Глава 3

Ладно, сейчас главное — не раскисать. Согласно сказке, фея пришла к Золушке, когда та хорошенько упахалась в пользу мачехи и сводных сестёр. Значит, работаем по сценарию.

Пункт первый — упахаться!

Ещё раз окидываю взглядом полный капец на кухне и понимаю, что с этим пунктом проблем не будет. Главное — выжить после него. Хотя… я всегда, когда нервничаю, что-то убираю. Возможно, так даже лучше, заодно и нервы успокою.

Итак, приготовить завтрак. Немного торможу, не понимая, где взять продукты. Холодильника-то нет. Но потом включаю голову — оказывается, невзирая ни на что, она у Золушки довольно светлая — и быстро нахожу всё нужное для приготовления.

Итого: на завтрак у весёлого семейства — овсяная каша на молоке, с ягодами и мёдом, яичница и чай. Оказывается, тут есть и кофе, только совсем мало, одна порция. Поэтому его я делаю для себя, ибо нечего! Кто работает — тот ест. Прописная истина!

Себе же делаю бутерброд с последним куском буженины. Быстро его съедаю, пока никто не успел забрать, и выношу завтрак дамам.

— Фи! Что это? — Длинный Нос с презрительной гримасой набирает ложкой вязкую кашу и шлёпает её назад в тарелку.

— Это завтрак, — отвечаю. — Питательный и полезный для здоровья.

— Я не хочу кашу, — кривится вторая сестра. — А где там было мясо?

— Нету, — отвечаю быстро, выставляю все тарелки с тележки на скрипучих колёсиках.

— Как это нету? Я же вчера ела, и там ещё оставался большой кусок, — настаивает пышечка.

— Вчера оставался, а сегодня уже нет. Мыши, наверное, украли, — пожимаю плечами и ухожу на кухню. Пусть сами себе разбираются, а мне некогда.

Ну что ж… приступим. Закатываю рукава на стареньком платье, подбираю повыше подол и принимаюсь за уборку. Начинаю с полок, карнизов, люстры. Потом — мебель, окна.

Где-то на уровне печки у меня уже начинает ломить все члены. А когда добираюсь до мытья полов, понимаю, что обед дамочки будут готовить себе сами. У меня сил нет никаких.

К счастью, на кухне показывается голова мачехи, которая, удивлённо тараща глаза на чистоту вокруг, сообщает, что они едут в город и вернутся к ужину. Поэтому я могу перебрать горох, гречку и ещё что-то там ля-ля. Я просто киваю, стоя в позе собаки лицом вниз с тряпкой в руках. Швабры ведь тут не предусмотрено, так что приходится по старинке — ползать на четвереньках.

Когда заканчиваю с кухней, кажется, что сейчас упаду в обморок — голова кружится, ножки трясутся. Ручки тоже. А ещё ужасно хочется есть. Порыскав по шкафчикам, нахожу какой-то давно засохший сухарик и понимаю, что продуктовых магазинов тут тоже нет, а значит, даже хлеб придётся печь самой.

Заунывно взвыв, выползаю во двор погреться на ещё тёплом осеннем солнышке. И застываю в ужасе.