ЧАСТЬ 64

— Ты хочешь сказать, что мы будем заперты в доме какое-то время? — недоверчиво переспросила я, все еще пытаясь осознать весь тот поток информации, что Морган вылил на меня за пару минут. Взгляд тут же упал на дверь и странная догадка пронзила сознание: — Подожди! Ты хочешь оставить меня в доме Джины, а сам…

— Правильно мыслишь, куколка. — отсалютовав мне стопкой водки, наигранно умиротворенно воскликнул мужчина. — Я уже поговорил с Джиной и Маркусом. Они согласны продлить путешествие на неопределенной срок. К тому же, они оба прекрасно знают русский, так что вам будет о чем поговорить. Все же не зря Маркус так усердно занимался саморазвитием жены…

— Пол, ты хочешь сказать, что собираешься и дальше заниматься работой, свободно разъезжая по городу, пока Мариша неизвестно где?! — ошарашенно воскликнула я, тут же подпрыгивая на месте. — На секундочку — без присмотра человек, который возможно виновен в чертовой туче покушений и смерти сотни людей в Гонконге!

Дыхание не хватало, а сердце грозило вырваться из груди. На секунду мне показалось, что предложенный Полом вариант дальнейшей жизни — начало конца. Интуиция настойчиво кричала, дескать мы умело прыгаем в ловушку недоброжелателей. Только вот едва голова снова закружилось, а тело пошатнулось, как уже знакомые руки заключили в свой плен, заставляя стоять на месте. Не без труда подняв взгляд в уверенные глаза Моргана, я увидела там уже знакомую уверенность и непоколебимость. Только вот незнакомые витки чего-то нового и нежного заставили немного расслабится и испытать прилив благодарности, за то, что не дает растворится в депрессиях и повторить печальный путь Мариши Рей.

— Послушай меня очень внимательно, куколка. — внезапно хрипло сказал Морган, вызывая приятную дрожь во всем теле. Я закрыла глаза, когда большой палец опустился на мою скулу и провел дорожку к губам и хотя почувствовать теплоту его пальцев было физически не возможно, я поклялась бы на всем, что угодно — мне удалось это сделать. — Сейчас мне нужно на работу, а так же съездить в больницу к Анне и поговорить с Кариной. Я буду в полной безопасности. К тебе же в это время приедет доктор, ты сдашь гормоны, как было оговорено ранее, а затем Джина обещала обеспечить тебе веселый день. Кажется, этот как-то связанно с ее новой коллекцией одежды на следующий сезон…

Проигнорировав последние слова мужчины, я несогласно замотала головой и уверенно заявила:

— Нет. Так не пойдет. Если ты говоришь, что охрана будет достойная, то я тоже могу поехать, почему нет? Тогда мы будем в равном положении… Или ты что-то от меня скрываешь? — уверенно отчеканила я, тем не менее лицо Моргана оставалось непоколебимым, тем самым заставляя скрепя зубами использовать скрытое оружие: — Послушай… Мне показалось, что мы начали достигать согласия и, знаешь, совершенно не хочется сейчас обнулять все и возвращаться в самое начало наших и без того не простых отношений. Поэтому если тебе есть, что скрывать — скажи, пока не поздно. Но если нет… Позволь мне быть рядом и не заставляй прятаться за семью замками.

— Это повышенная норма предосторожности, Настя. — словно отдавая военный приказ, на одном дыхание выпалил Пол, прежде чем заглянуть мне в глаза. Не знаю, что он увидел там, но тут же тяжело сглотнув отвернулся в сторону и сказал почти невероятные для наших взаимоотношений вещи: — Черт… Тебе нечего делать у меня на работе, но если есть желание, можешь съездить со мной в больницу к Анне. Там сейчас Карина с Костей. К тому же, там можно сдать гормоны…

Как бы я не пыталась, мне не удалось дослушать речь Моргана. Руки сами потянулись к его шее, а из горла вырвался какой-то невменяемый писк пятилетнего ребенка, которому подарили желанный подарок. И это не была косметика, телефон или даже машина. Эта было нечто нематериальное, что нельзя купить, но можно подарить — надежда, доверие и уступки.

— Тише, тише… — притворно недовольно возмутился мужчине, тем не менее сжал меня так крепко, что при всем желании я бы не смогла вырваться из его хватки. Но я и не собиралась. Мне хотелось прижаться к нему всем телом, залезть под кожу, ощутить запах и растворится в нем. Раз и навсегда. — После больницы ты вернешься обратно и проведешь день с Джиной.

— Зато я буду знать, что ты на самом деле в безопасности, а не обманываешь и успокаиваешь меня. — тихо выдохнула я, понимая, как тяжело будет расцепить объятья, из которых ты питаешь жизнь. Когда это произошло? Что случилось с маленькой девочкой Настей, которая боялась поднимать взгляд на грозного господина Моргана?

Не успела я дать ответ на свой риторический вопрос, как Пол сам слегка отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза. Признаться, ему удалось смутить меня своей явной озадаченностью.

— Ты на самом деле волнуешься о моей безопасности? — с долькой явного сомнения прошептал он и когда я непроизвольно насупилась, провел ладонью по моей шее, словно лучше меня зная, как это успокаивает. — Куколка, на твоем месте я бы лично подсунул взрывчатку мне под машину. Серьезно! Одни плюсы. Исчезнет разом моральный урод и появятся миллионы, как компенсация.

— Ты прав, так и будет. — лютая злость на Пола, что посмел даже подумать о чем-то подобном, окатила лавиной реальности. Сделав шаг назад, я отвернулась к стеклянному столику и проведя пальцем по мраморной балерине на нем, тихо прошептала: — Ты сделал мне больно, и с этим тяжко, но возможно жить. Как-то я задумывалась, что если тебя не станет? Исчезнут ли мои проблемы? Сотрется ли прошлое? Нет. В любом варианте реальности оно будет прежним. И у меня есть выбор: греть обиду, либо жить настоящим… — набрав полные легкие воздуха, я повернулась к мужчине, и с трудом сдерживая порыв закрыть глаза, выдохнула: — Я бы могла жить настоящее без тебя, но… отчетливо понимаю, что не хочу этого. Мне нравится Морган, которого я вижу сейчас. Люди не меняются, нет. Они лишь обнажают те качества, что всегда теплились внутри их, а так же ущемляют другие, темные…

— Думаешь, я стал лучше? — недоверчиво спросил Морган и несогласно хмыкнув, тут же с горечью добавил: — Не тешь себя лживыми надеждами. Мы оба знаем правду.

— Ты не стал лучше. — в конец осмелев и сделав шаг к мужчине, я опустила руку на его грудь и тихо прошептала: — Ты только позволил мне узнать другую свою грань. И, черт побери, я ничего не могу поделать — она безумно мне нравится…

— Ох, Настя… Ты сводишь меня с ума. — внезапно, после утробного рыка, Пол сделал шаг ко мне и заключив в крепкие объятья подарил безумный поцелуй, полный чувств и эмоций. Скрытых, невысказанный, разрывающих изнутри. Его губы скользнули по подбородку, оставляя мягкий след, и лишь проведя дорожку по шее уперлись в ложбинку, слегка покалывая острой щетиной. — Знаю, тебе неприятно будет это слышать и совсем не хочется знать, но я люблю тебя, куколка. Так сильно, что меня самого это пугает.

Тело пронзила странная судорога, заставляя одеревенеть и замереть на месте. Мысли разбежались, легкие начали жечь, а легкая дрожь в пальцах заставляя нервно бить мужчину по лацканам пиджака. Я должна была что-то ответить. Должна. Мне было, что сказать, но… Я боялась этих слов, как огня. Они сжигали все преграды, заставляли миг вокруг отступить и затаится. Теперь не было секретов.

Готова ли была я?

— Мне… Мне совсем не неприятно это слышать… — совсем не отвечая за себя, прошептала почти беззвучно. — Пол, я просто… Мне нужно… Ты же понимаешь?

— Ты ничего не должна отвечать или оправдываться. Что за мысли? — тихо шепнул мужчина, обдавая меня неприкрытой нежностью и спокойствием. Его губы снова накрыли мои, прежде чем завершить этот неловкий разговор: — Иди, собирайся. Визит к Анне будет быстрым. Жду тебя внизу.