Глава десятая
Ночь, которую многие ждали и планировали, постепенно подходит к завершению. Марку удается загладить возникший конфликт между Леней и персоналом клуба, суть которого мне так и не удается до конца понять. Вскоре на улицу выходят Настя и Света, заметно помятые и уставшие. Саша с Ваней долго сидят в кустах и выходят к нам, лишь когда Марк заказывает такси.
Автомобили приезжают быстро. Леня, Настя, Саша и Ваня занимают одну машину, а нам троим достается вторая. Света, едва держась на ногах, залезает на переднее сиденье и ударяется головой о дверную арку, заругавшись так громко, что несколько прогуливающихся человек, поворачивают к ней головы. Должно быть, русские.
Меня бросает в дрожь, когда на заднем сиденье оказываемся только мы с Марком. Конечно, как же иначе!
Темнота и тусклые огни за тонированными стеклами превращают атмосферу в салоне в плавящуюся субстанцию, готовую потечь из всех щелей, стоит только мужчине рядом со мной взглянуть на меня.
— Сильно ударилась? — спрашиваю я Свету, наклонившись вперед.
— Угу, — протягивает она сонно, упираясь щекой в окно. — Не забудьте только меня здесь…
Я смотрю на нее и чувствую пристальный взгляд справа. Крепче прижимаюсь к левой дверце, как будто рядом со мной сидит голодный зверь, готовый атаковать, и стискиваю колени.
Голова Марка поворачивается к окну, а рука упирается в широкий подлокотник. Придерживая подбородок пальцами, он тихо спрашивает:
— Хорошо провела время?
— Незабываемо.
— Врешь. Незабываемо ты проведешь его только со мной. — Он поворачивает ко мне лицо, серьезное и задумчивое. — И ты это знаешь.
— Ты всегда такой озабоченный? — вдруг вырывается у меня.
Его глаза темнеют, а сверкающий клык насмешливо сверкает.
— Не часто. Однако рядом с тобой я думаю только о том, чтобы потрахаться. Быстро, медленно, жестко. Я хочу все.
Потрясенная услышанным, еще сильнее стискиваю колени и тут же жалею, что сделала это так заметно. Его прямолинейность пугает и интригует меня одновременно.
— Думаю, тебя не натягивали уже очень и очень давно.
— Хватит…
Он резко подвигается ко мне, задевая плечом мою руку, и внимательно смотрит на губы, которые я не в силах сомкнуть. Дышу ртом, стараюсь тихо, но жар внутри не позволяет молчать.
— Просто скажи мне, чего ты хочешь, и я исполню любое твое желание. С удовольствием.
— Мне ничего от тебя не нужно. Хотя нет — отцепись от меня.
Импульсы в теле из-за алкоголя.
Все из-за шампанского.
— Снова не убедила. И не надоело ходить вокруг да около? Просто скажи мне…
Он хрипит, кулаки сжаты, и каждый его горячий вздох на моей шее болью отдается внизу живота.
— Скажи мне…
Голос требовательный, почти рычащий. В моем теле вибрируют вены, разгоняя по ним разгоряченную кровь, и я не в силах заставить себя промолчать.
— Я…
— Приехали?! — громко подрывается Света, напугав водителя и нас. Она резко оборачивается и пытается проморгать сонные глаза. — Приехали?
— Нет! — рычит Марк, прожигая ее разъяренным взглядом.
Оставшиеся три минуты мы молчим, но эта тишина еще сильнее накаляет обстановку.
Накаляет и нервирует меня. Такое чувство, что на мне тяжелый жилет с каким-нибудь взрывным устройством, и время до взрыва контролируется скоростью моего пульса.
У входа в отель нас никто не ждет, видимо, ребята приехали раньше нас и уже ушли отдыхать. Я помогаю Свете выбраться из машины, жалея, что позволила себе выпить лишнего. Не будь я так пьяна, как следует ответила бы Марку на пошлости, что он говорил мне несколько минут назад. И пока он расплачивается за такси, мы не спеша идем со Светой к лифтам.
— Отличная ночь, да? — спрашивает она заплетающимся языком. — Мы так веселились! Представляешь, я занималась сексом не под одеялом!
— Ух ты! Здорово. Я проведу тебя до номера. Тише-тише, держись!
— Ой, ну что ты! Я сама…
Мы с трудом заходим в лифт, и прежде, чем двери успевают закрыться, замечаю потемневшее лицо Марка, направляющегося к нам.
— Где твоя карточка?
— Мне так понравилось! Я сегодня летала! Я была на небесах!
Она расправляет руки в стороны и изображает полет птички. Пока она «летает», достаю из ее маленькой сумочки на плече карточку от номера и сжимаю ее в руке. Лифт плавно останавливается на пятнадцатом этаже, и мы выходим в длинный яркий коридор.
— Кто были эти парни? — тянет она сонно. — Знаешь, что они делали пальцами?
— Нет, милая, но, думаю будет лучше, если ты все расскажешь мне завтра, хорошо?
— Ладно! — протягивает она, лениво улыбаясь. — Я без сил!
Провожу картой в специальном замке и распахиваю дверь. Пропускаю в номер Свету, шатающуюся от стенки к стенке, и, пожелав спокойной ночи, оставляю ее одну.
На полпути к лифтам останавливаюсь, переводя дух. Тяжесть внизу живота не исчезает, а лишь усиливается, стоит мне только подумать о словах Марка. Боже, я уже была готова сказать, что хочу почувствовать его в себе, вспомнить, какого это полностью отдаваться мужчине и наслаждаться каждым вздохом и прикосновением.
Я спятила. Спятила!
Нет, все то, что он говорил, было слишком пошло и грязно. Не будь я так пьяна, то, наверное, смогла бы как следует ответить ему.
Наверное.
Кажется, минут десять назад я была в этом полностью уверена, а теперь говорю «наверное»?!
Вызываю лифт, и двери тут же открываются. Залетаю в кабину и с силой жму на кнопку двадцатого этажа. Прижимаюсь спиной к прохладной стене, громко дыша ртом, а между тем лифт плавно едет вверх. Жмурюсь так сильно, как будто в глаза светит яркое солнце. Первым делом я встану под струи ледяной воды и буду стоять так до тех пор, пока порочные мысли до единой не исчезнут из моей головы. Я ведь не такая озабоченная, какой представляет меня Марк. Да и с чего ему пришло это в голову? Совершенно не понимаю, я сбита с толку и отчаянно пытаюсь утихомирить бурлящие мысли, но голова идет кругом.
Лифт останавливается на моем этаже, и секунды, прежде чем разъезжаются двери, кажутся мне вечностью. Делаю выпад вперед, но тут же замираю, не в силах вдохнуть плотный и душный воздух. Чувствую, как с виска издевательски стекает тонкая струйка пота.
Я попалась.
Это игра?
Марк напряженно глядит на меня, упираясь руками о стены, и его ноздри заметно и жадно хватают воздух. Еще доля секунды, и он врывается в кабину, с грохотом ударяет по кнопкам и толкает меня к стене. Горячие ладони залезают под юбку, обхватывают ягодицы и сжимают так сильно, что я вскрикиваю.
— Теперь некуда деваться.
Влажный рот накрывает мой, отправляя в горло хриплые и дикие звуки. Руки блуждают по мне с невероятной силой, словно целую вечность они были скованы неразрывными цепями. Я задираю голову и поднимаюсь на цыпочки, чтобы чувствовать его губы еще больше, еще сильнее, и одной рукой Марк задирает мою ногу, а я крепко обхватываю ею мужские узкие бедра.
Мои тело сжимают крепкие руки, жадно и беспорядочно. Я с трудом набираю воздух, когда губы Марка останавливаются на моей шее. Необузданная страсть, с который мы постепенно поглощаем друг друга, уничтожает во мне все преграды, за которыми я так старательно прятала свои желания. Дрожащими пальцами я провожу по черным коротким волосам и с силой прижимаю к себе голову Марка. Чувствую его гладкие и острые зубы на шее, там, где по вздувшейся венке течет алая кровь. Из моего горла вырывается глубокий стон, а мышцы внизу живота сжимаются в резком и коротком спазме.
Что же я делаю?
Это не я. Это не я!
Ловким движение Марк подхватывает меня за ягодицы, и я запрыгиваю на его бедра. Он целует меня, безжалостно вторгаясь своим языком в мой горячий рот, а я не могу найти в себе силы воспротивиться этому. Знаю, что должна, но не могу.
Лифт издает плавный сигнал, и двери раскрываются. Марк резко выходит в яркий коридор, не отрываясь от моих губ. Он движется быстро и уверенно, сжимая ладонями мои ягодицы, и, когда останавливается перед нужной дверью, впечатывает меня в стену и одной рукой пытается открыть электронный замок.
Я исследую пальцами его широкую шею, кожа на ней такая горячая, что может обжечь мои пальцы. Прохладная пряжка ремня на его джинсах приятно упирается мне между ног, и мое тело инстинктивно движется на ней. Слышу тяжелое дыхание Марка, ввалившегося в свой номер, слышу, с каким грохотом захлопнулась входная дверь, и осознание долгожданной уединенности мучительно сдавливает меня изнутри.
— Теперь ты никуда не денешься, — хрипит он мне на ухо, кусая шею. — Теперь ты моя.
Сейчас я хочу именно этого, принадлежать только ему, Марку. Он впивается в мои губы, я жадно всасываю его влажный язык, и на долю секунды у меня дух захватывает. Я лечу назад, прижимаясь к горячему телу, и приземляюсь на мягкую белую простынь. Запрокидываю голову и выгибаюсь навстречу жарким поцелуям.
— Сегодня это будет грубо, — хрипит Марк, нависая надо мной. Он просовывает руку в свои джинсы, щелкает пряжка ремня. — Сейчас я отымею тебя, зайка.
Боже, мое тело хочет этого. Я спятила.
Нужно бежать. Нет, я хочу остаться.
Как же приятны эти давно позабытые прикосновения…
Нет! Возьми себя в руки! Лера, возьми себя в руки!
Марк хватает мои волосы и дерзко глядит в глаза. Нижняя челюсть хищно выдвигается вперед, я вижу эти чертовски острые зубы и мечтаю, чтобы они впились в мою шею.
Стоп! Стоп! Остановись!
Но Марк резко приподнимается на колени, хватает меня за плечи и переворачивает на живот. Рука прижимает меня к кровати, крепко держась за растрепавшиеся волосы, а другая задирает мне ногу. Я вижу свое согнутое колено, моя спина выгибается, и мучительные секунды ожидания длятся целую вечность. Теплая ладонь ложится между моих ног, и я вновь издаю глубокий стон.
Когда исчезло мое белье?! Еще чуть-чуть, и я утону, коснусь бесконечно темного дна и больше никогда не всплыву на поверхность…
Черт возьми, но до чего же все это приятно и страшно одновременно. Словно раненный и беспомощный зверь я извиваюсь под натиском охотника, а мысли настолько спутаны, что я уже не чувствую связи с реальностью.
— Скажи мне, — хрипит голос сзади. — Скажи мне, чего ты хочешь.
Я с силой сжимаю челюсти и пытаюсь вытерпеть эту сладкую муку, но его ладонь лишь усиливает давление.
— Хочешь, чтобы я грубо вошел в тебя? Скорее, Лера…
Спазм сжимает меня, и я с трудом шепчу:
— Да…
— Что? Повтори, зайка.
— Да…
И я касаюсь беспросветного дна. Вскрикиваю от резкой обжигающей боли, хватаю ртом плотный воздух, а мужская рука, вцепившаяся в волосы, тянет мою голову назад.
— Вот так ты хотела?
Снова резкий толчок разрывает меня, но теперь горячая боль превращается в блаженную и желанную. Я извиваюсь, ежесекундно увязая в порочной пучине, а дикая мужская сила превращает меня в слабую жертву.
— Скажи, что тебе нравится это. Скажи…
— Мне нравится, — шепотом говорю я. Сжимаю в руках простыни, ведь еще чуть-чуть, и я взорвусь.
Еще чуть-чуть.
Внезапно Марк отстраняется, грубо переворачивает меня и жадно впивается в губы. Острые клыки задевают нежную кожу, и я чувствую во рту привкус крови. Дико, страшно, но невероятно чувственно.
Сумасшествие!
Марк поднимается на руках, темные глаза расторопно пробегают по мне, и, ловко двинув бедрами, он снова врывается в мое тело. Его руки обхватывают мои и крепко удерживают над головой, а обжигающее дыхание током пробегает по моей шее.
Я обезврежена, уничтожена, распадаюсь на песчинки и больше никогда не смогу вернуть себя прежнюю.
Я утонула. И, к сожалению, мне это нравится.