Глава двадцатая

Мой план реализовывается как нельзя лучше, и теперь, удовлетворенный непревзойденным осуществлением задуманного, я уверенно иду к своей тетушке и организаторше всего этого бедлама, поправляющим идиотские накидки на стульях. Официанты сервируют круглые столы, при входе несколько человек делают что-то вроде арки из настоящих цветов, а мама Саши беседует в сторонке с моим дядькой.

— Марк, здравствуйте! — вдруг обращается она ко мне. У нее приятный голос и красивые стройные ноги, и внешне она так похожа на Сашу, что, само собой, меня это напрягает. — Можно вас на минутку?

Подхожу и сдержанно здороваюсь с ней, а с дядей мы обмениваемся рукопожатиями.

— Как дела, сынок? С ума сойти, живем в одном отеле, а почти не видимся! — хлопает дядя меня по плечу. — Ты, наверное, каждый день на экскурсиях зависаешь? Он ведь знает Барселону вдоль и поперек!

— Правда? — удивляется женщина. — Это похвально!

Пока эти двое обсуждают мои знания о Барселоне, я чувствую себя первоклассником, успехами которого восхищаются родственники.

— Вы, кажется, чего-то хотели, да? — как можно вежливее спрашиваю я Ольгу.

— Да, извини, мы немного заболтались. Я хотела кое-что дать тебе. — Она достает из большого красного кошелька в руках прямоугольную золотую карточку и протягивает ее мне. — Это абонемент на четверых в спа-салон. Он находится здесь на первом этаже. Отдохните с друзьями и не забудьте захватить с собой жениха.

— А мне можно? — смеется дядя.

— Что можно? — словно коршун, моя тетка вклинивается между ним и Ольгой, внимательно разглядывая золотую карточку в моих руках.

— Что ж, спасибо, — говорю я, улыбнувшись высокой блондинке. — Тогда до вечера. Пойду собирать парней.

Все прощаются со мной, и я выхожу в коридор. Ваню я застаю в ресторане на третьем этаже в компании каких-то Сашиных родственников. Он вежливо знакомит меня со всеми, но я и не пытаюсь запомнить их имена, потому что очень скоро весь этот спектакль подойдет к концу.

— Твоя будущая теща сделала нам подарок, — говорю я, демонстрируя золотую карточку, — давай говори всем «пока» и пойдем отдыхать.

— Это очень мило с ее стороны, но я не могу просто взять и уйти сейчас.

— Господи, ты с этими людьми наговоришься сегодня вечером и завтра, не занимайся ерундой!

— Марк, я не могу уйти! Через несколько минут сюда приедут Кадиевы, я должен их встретить!

— Пусть Саша встречает, это ее гости!

— Вообще-то это родственники с нашей стороны, Марк. Не помнишь тетю Оксану, они с мужем переехали в Калининград несколько лет назад? К тому же Саша занята, наводит красоту у Леры.

При упоминании этого имени мои челюсти сильно сжимаются.

— Идите с Леней и Костей втроем, ладно? А я, может быть, присоединюсь к вам позже, идет?

Остановившись на этом, я согласно киваю брату и выхожу из ресторана. Спускаюсь на ресепшн и звоню в номер Лени. Кратко объясняю ему, что и как, краем глаза наблюдая за прибывшими гостями отеля, регистрирующихся у стойки администратора.

— Я всеми руками и ногами за, а вот Костя вряд ли пойдет. Решил проведать его, но даже в номер не зашел, боюсь подхватить простуду от него.

— Зови девчонок, отдохнем вчетвером.

— Они же сегодня марафет наводить будут у Леры часа три, не меньше!

— Но ведь не сейчас они к ней собрались, банкет будет только вечером. Давай зови их, — нервно говорю я, — я уже хочу расслабиться!

— О! — заговорщически произносит Леня. — Ну, хорошо!

— Через двадцать минут встречаемся в холле. Не забудь плавки.

Кладу трубку и долго смотрю на черный глянцевый чемоданчик одной влюбленной парочки, рядом со мной. Такой гладкий и блестящий, прям как… Черный «Лексус».

Они улыбаются друг другу, крепко держатся за руки, и мне становится невыносимо тошно. Возвращаясь в свой номер, я все больше осознаю, что с каждой минутой ненавижу эту поездку и эту чертову свадьбу еще больше. Я не удивлен поведением Саши, которая решила под конец своей свободной жизни поразвлечься с каким-то мужиком, и я невероятно взбешен поступком Леры.

Тетка в магазине была права, она тот еще подарочек. Делает вид, что правильная и скромная, а сама без стеснения трахается с мужиком на глазах у пьяных подружек, а через пару часов без особого сопротивления ложится в постель со мной! Пытаюсь представить, как она кричит от наслаждения, когда чужие руки сжимают ее бедра, и меня накрывает необузданная ярость, которую я тут же выплескиваю на прикроватную тумбочку, смахнув с нее на пол несколько рекламных бумажек и две бутылки с водой.

И что больше всего выводит меня из себя, так это отношение Леры к нашей близости. Бедняжка, она так переживает, что об этом может узнать Саша, которая будет не просто в бешенстве, а по-настоящему возненавидит свою подружку за то, что та так легко раздвинула передо мной свои ножки.

Господи, Лера, я же говорила тебе, что он урод! Он озабоченный кретин! Зачем ты так поступила?! Ты ведь моя подруга!

Ох, поскорее бы насладиться этой картиной и свалить отсюда, чтобы больше не видеть всех этих лиц, которые уже до чертиков надоели за эти дни.

Вообще не понимаю, почему для удовлетворения своих сексуальных желаний я решил остановиться только на Лере, на этой лживой гадине?! Куда ни глянь — полно симпатичных девочек, с которыми можно приятно провести время.

Нетерпеливо хватаю свои плавки и вылетаю из номера, намереваясь как следует отдохнуть перед невероятной кульминацией сегодняшнего спектакля.

* * *

— И кому из вас двоих пришла в голову эта прекрасная идея? — Настя откидывает голову на мягкую водоотталкивающую подушку и не спеша проводит рукой по темно-зеленой воде в квадратном бассейне с джакузи.

— Это мама Саши постаралась, — говорит Леня, не отрывая глаз от влажной груди Светы в красном бикини. — Зачетная теща, правда?

— И Ваня решил обидеть ее, не воспользовавшись приглашением?

— Он занят, — отвечаю я Насте, которая нежится в бурчащей воде напротив меня.

Мы обмениваемся с Леней взглядом, и я замечаю, как вожделенно он облизывает губы, глядя как Света поправляет тонкую завязку на треугольном лифе.

— Как твои дела, красавчик? — обращается ко мне Настя, приподняв голову. — Мы с тобой давно не виделись.

— Лучше всех. Вообще-то я видел тебя сегодня утром, ты завтракала в ресторане.

— Мм, да ты следишь за мной! — игриво отвечает она, кусая нижнюю губу. Ее слова нервируют меня, потому что то же самое прошлым вечером говорила мне Лера. — Что же не подошел ко мне?

— Нужно было кое-куда зайти. Да и страшно стало, после того как разъяренная Саша пронеслась мимо меня.

Настя наигранно хмурится, надув губки, потом кидает на подругу короткий взгляд и снова переключается на меня.

— На то были причины. Вы с Леней зло подшутили над ней, и это нехорошо.

Смотрю на Леню, который сидит уже рядом со Светой и что-то тихонько рассказывает ей на ухо, потом снова перевожу взгляд на Настю, демонстративно поправляющую черный лиф, с трудом скрывающий эффектные полные груди, и пытаюсь представить, как буду сжимать их в ладонях через несколько минут.

Пытаюсь.

— С чего ты взяла, что я тоже принимал в этом участие?

— А я и не подумала о тебе, это Лера поняла, что жестокая шуточка про стриптизерш — твоего ума дело. Злишься, что так легко спалился, да?

Не то слово! Меня выводит из себя, что это чертово имя даже сейчас вклинивается в расслабляющую обстановку!

— Брось, ты ведь знаешь, что это была не шутка, — забрасываю я удочку. — У Лени просто длинный язык.

— Ты меня интригуешь, Марк, — воркует она, дотронувшись пальцами ноги под водой до моего колена. — Значит, все-таки вам четверым удалось на славу поразвлечься?

— Мальчишник без секса — не мальчишник.

— Если честно, я думала, что вы, как лохи, остались ни с чем, потому что Ваня не захотел веселиться. Что ж, я рада за вас.

— Одна птичка напела мне, что у девочек тоже была горячая ночка, — заигрываю я, кинув взгляд в сторону Лени, который уже разминает плечи Свете.

— Болтушка, — улыбается Настя, наблюдая за Леней. — Что сказать, а мы тоже умеем веселиться.

— Тебе понравилось?

— Это мягко сказано, — мурлычет она, проводя ногой по моим бедрам. — Это был высший пилотаж.

— Надеюсь, все были в восторге, ведь не все веселье досталось только тебе?

Ее нога вот-вот прикоснется к моим плавкам.

— Я была пьяная, почти ничего не помню.

Хватаю ее за лодыжку и резко тяну на себя. Она обхватывает ногами мои бедра и кладет ладони на плечи.

— Значит, не так уж весело тебе было, раз ты забыла детали.

— Тебя интересуют детали, — тянет она, не отрывая глаз от моих губ. — Так бы сразу сказал. Но прости, я не могу рассказать тебе. Ты наверняка болтливее, чем твой друг.

— Ты ошибаешься, зайка, — шепчу я ей на ухо и чувствую, как она сильнее прижимается к моему телу, — мне просто нравится слушать непристойности.

— Тебя это заводит?

— И не представляешь как.

Она тихонько хихикает, кидает в сторону Светы с Леней оценивающий взгляд и, закусив нижнюю губу, обхватывает рукой мой подбородок и медленно проводит языком по моим губам.

— Все девочки были в восторге, — шепчет она.

— Точно?

— Поверь мне.

— Невеста развлекалась? — шепчу я, закрыв глаза и сжимая под водой ее пышные ягодицы.

— Безусловно.

— И остальные?

— О да, нам всем очень понравилась программа, — тянет она, всасывая мочку моего уха.

— Хорошо. Что тебе запомнилось лучше всего?

— Парни были очень опытными. Ай! Хочешь оставить на моей попе синяки?

— Прости, зайка, просто она такая упругая, не рассчитал силу. Значит, каждая из вас занималась сексом с опытным испанцем? И даже Лера?

Она хихикает мне в ухо и жадно всасывает кожу на шее.

— И даже эта скромняшка Лера, — шепчет она. — Поверь мне, это было незабываемо. Ай!

Тяжело рычу, с трудом удерживая в себе злость, и с силой впиваюсь в женские губы. Они пухлые, но твердые, не такие мягкие, как у Леры. И от осознания того, что именно сейчас я продолжаю думать о ней, да еще и сравнивать ее с Настей, меня накрывает сокрушительная ярость. Я сжимаю ладонями упругие ягодицы, требовательно врываюсь языком в теплый рот, пытаясь хоть на минуту забыть об этой лгунье, что так просто обвела меня вокруг пальца.

— Ты такой напористый, — шепчет Настя, с трудом оторвавшись от меня. — Иди за мной.

Поглощенный ненавистью и злобой, я с трудом перевожу дыхание и смотрю, как Настя поспешно выходит из джакузи, набрасывает на себя полупрозрачный длинный халат, хватает полотенце и скрывается за темными стеклянными дверями.

Закрываю глаза, пытаясь успокоить разыгравшиеся нервы, но в мыслях одна лишь Лера. Она игриво улыбается, кусает губы и прижимает к себе чужое мужское тело. Я закипаю, как чайник, резко выхожу из джакузи и, не глядя на парочку в бурлящей воде, выхожу из комнаты, по пути накручивая на бедра полотенце.

В огромном длинном бассейне плавают отдыхающие, наслаждаясь теплой водой и гидромассажем. Мимо меня проходит пузатый мужчина в широких плавательных шортах, и, проводив его взглядом, я гляжу на возбужденную девушку в прозрачном черном халате, стоящую в широких стеклянных дверях.

Настя игриво подзывает меня указательным пальцем, и меня снова накрывает воспоминание о Лере, которая делала точно так же прошлой ночью.

Пытаюсь понять, что конкретно в данный момент выбивает меня из колеи, но все, о чем я могу думать, так или иначе связано с Лерой. Волосы, губы, секс, голос, улыбка… Окончательно потеряв контроль над своими мыслями, я кидаюсь к стеклянным дверям, собираясь во что бы то ни стало выбить эту лгунью из моей головы.

— Я думала, что ты заблудился, сладенький, — щебечет Настя, стоя в небольшой раздевалке. Она упирается локтем о стену и демонстративно отставляет ножку вперед. — Заходи в гости.

Врываюсь в тесное помещение, с грохотом захлопываю дверь за собой и, словно дикарь, обхватываю женское тело мокрыми руками.

Настя целует меня, больно впиваясь ногтями в спину, а я все пытаюсь заглушить осточертевшие мне мысли, жадно целуя женские губы, которые кажутся мне совершенно чужими.

Боже!

Ей не хватило в ту ночь приключений, и она решила поразвлечься со мной. Кто знает, может, она успела перетрахать всех мужиков в этом отеле, пока мы здесь живем. И даже Костю.

— Сука, — вырывается у меня в жадном поцелуе.

Настя чуть отстраняется от меня и переводит дыхание.

— Что?

Смотрю на нее, такую влажную и раскрасневшуюся, с прилипшими черными волосами на лице и думаю, что в любое другое время и иные обстоятельства эта девушка свела бы меня с ума, а сейчас даже мой член в штанах отказывается реагировать на нее должным образом.

Черт возьми, да когда же такое было?!

Меня накрывает истерический смех, я падаю на пол и бьюсь затылком о светлую стену, громко смеясь над собственной никчемностью.

— Надо запомнить этот день, — говорю я Насте, облизывая губы.

Продолжая смеяться, я наблюдаю, как она поправляет свой халат, прижимаясь спиной к стене, и смущенно убирает влажные волосы с лица.

— Прости меня, — говорю я, немного успокоившись. — Сегодня паршивый день.

— Ладно. Иногда такое бывает.

Она спокойно смотрит на меня, но прижимает руки к груди так, словно пытается спрятать их от моих глаз.

— Ты красивая, Насть. И очень сексуальная.

На ее лице появляется слабая улыбка:

— Но не настолько, чтобы заставить тебя не думать о другой.

Ее слова заставляют меня улыбнуться. И эта улыбка пропитана горечью, которую я не ощущал многие годы.

— У вас, у женщин, на это чуйка, да?

— Что-то типа того, — пожимает она плечами. — Но, несмотря на то, что ты отстранился от меня, я, можно сказать, счастлива.

— Думаешь, как хорошо, что тебя миновал секс с этим сумасшедшим, да? — усмехаюсь я, все еще не до конца веря в то, что происходит сейчас.

— Нет. Я завидую белой завистью той, другой. Мужчина, которому она небезразлична, самостоятельно пришел к тому, что спать с другими женщинами — неправильно, и осознанно остановился. Должно быть, она в тебе уже слишком глубоко.