Глава 5

— Ты готова сделать выбор? — раздалось тихое. Голос был низким, очень похожим на мужской. Но я так и не разобралась, кому именно он принадлежал. Дрожь пробежала по телу. Я поймала себя на мысли, что сейчас, почувствовав этого мужчину, я не просто перестала бояться предстоящей ночи, я стала ее предвкушать. Я хотела секса, хотела трогать и пробовать на вкус этого хищника.

— Номер шесть, — слетело с губ на выдохе.

Теперь оставалось уповать на свое везение. И на то, что хищник не решит разделить меня в бутерброде.

Волнение нарастало. Сердце билось все сильней. Настала тишина. Я не знала, что происходит вокруг. Я стояла неподвижно, не зная, могу ли снять повязку с глаз.

Они ушли? Номер шесть остался? И если да, то почему молчит? И что мне делать?

— Можешь снять повязку, — раздался в тишине хриплый мужской голос. Вздрогнула. Дыхание перехватило. Так просто, но в то же время проникновенно сказано.

Я чувствовала себя странно. Меня словно укачивало на волнах. Тело налилось тяжестью, голова немного кружилась.

Я повиновалась его приказу. Распахнула глаза. Несколько секунд мне понадобилось на то, чтобы привыкнуть. В комнате царила полутьма.

Я обернулась. Он сидел на диване. Верхняя часть тела была во мраке, но все что мне нужно было, я рассмотреть смогла. Красив. Крепкий, сильный. Мои ощущения не обманули.

На нем были джинсы, ткань которых едва ли не трещала от крепких бугрящихся мышц его бедер. Его руки были расставлены по обе стороны. Обратила внимание на широкие кисти, длинные пальцы. Низ живота стянуло тугой пульсацией. В этот момент почему-то пришла в голову мысль: Сколько у меня не было секса? Полгода. Кажется, будто вечность.

Зазвучала музыка. Медленная, распаляющая. А он продолжал сидеть и следить за мной. Я не видела его глаз, но чувствовала жар его взгляда. Он молчал. А мне так хотелось танцевать. И я начала. Плавные, грациозные движения. Ничего конкретного — просто отдалась магии музыки.

На мне был минимум одежды — кружевной лиф и трусики. Но в этом скромном одеянии я чувствовала себя королевой красоты. Может это алкоголь всему виной, может само место — атмосфера здесь была завораживающей. Казалось, будто все что происходит здесь ненастоящее, плод воображения. И можно отпустить себя, расслабиться. Позволить себе быть плохой девочкой, сделать то, на что никогда бы не решилась в обычной жизни. Секс с незнакомцем. За крупную сумму денег. Да еще и с таким красавцем. Ворошилова хорошую работу нашла, думаю, ей удалось загладить свою вину.

Я вдруг почувствовала его за своей спиной. Мужской аромат окутал меня. Я чувствовала твердость его тела, касания его пальцев. Сначала осторожные, но с каждым последующим контактом становящиеся наглыми, властными.

— Сними белье, — низкий, практически утробный голос. Новая волна мурашек, и каждый нерв в напряжении. Завела руку за спину, отстегнула застежку. Лиф упал к моим ногам. Подцепив пальцем ткань трусиков, стянула их — эта часть гардероба так же оказались на полу.

Его пальцы вдруг схватили меня. Жестко. Он подтолкнул меня к стене. От неожиданности с губ сорвался стон. Испугалась, но всего лишь на мгновение. Потому что в следующий момент его горячие губы коснулись моего плеча. Нежно. Словно успокаивая.

Он поставил мои ладони на прохладную поверхность стены. Ничего не говорил, но я и так поняла, что «номер шесть» не хочет моих касаний. Его твердая грудь упиралась в мою спину, его руки ласкали мои бедра, грудь и живот. А я умирала от желания.

— Расставь ножки… вот так, — его шепот где-то на задворках сознания. Пальцы одной его руки стискивают мой сосок, в то время как другой он гладит меня ТАМ. Всхлипнула от первого касания. Голова кругом и последние страхи в пропасть. Это что-то запредельное.

Его руки такие умелые, он вертел мной как ему хотелось. И я перестала бояться того, что буду выглядеть глупой и неопытной.

— Вот так, умница, девочка, — его губы покрывали жадным поцелуями линию моего позвонка. Он спускался вниз к пояснице, а я уже как голодная самка бесстыдно выгибалась попой ему навстречу, желая, чтобы он оказался во мне. Я терлась о его стояк сквозь грубую ткань джинсов и с ума сходила от желания.

Он вдруг отстранился. Мне стало холодно без него. Но я боялась сделать что-то не так, поэтому осталась неподвижной.

Я слышала, как он раздевается. Как ходит по комнате, как устраивается на диване.

— Иди сюда, — раздался его голос в тишине. Я обернулась. Снова не видно его лица, а вот то, что пониже… Мужчина был абсолютно голым. И я не знала, на что мне хочется смотреть больше — на его крепкие ноги, мощную грудь или огромный эрегированный член. Однозначно, от последнего тут же пересохло во рту.

— Ну и что заставляет тебя думать, а не выполнить мой приказ? — его голос был недовольным. Я стояла и смотрела завороженно на то, как его крепкая ладонь обхватывает мощный ствол. Вверх-вниз. Два плавных движения как призыв к действию. Но несмотря на его великолепие, я не забыла, зачем именно нахожусь здесь.

Вспомнила, Катины слова об оплате.

— Деньги…

Мой голос звучал очень хрипло. Прочистила горло. Он ухмыльнулся. Протянул руку в сторону и вытянул из кармана джинсов пачку банкнот. Бросил ее на рядом стоящий стол.

— Ко мне…

Приказ, током по венам. Словно и ждала только этих слов. Рванула к нему. Устроилась сверху. Он не давал мне приблизиться к его губам. Не давал поцеловать себя. Не хочет, считая меня проституткой? Брезгует? На мгновение стало обидно. Но я тут же одернула себя. Ведь по сути так и есть.

Его руки сжали полушария моих грудей, он потерся членом о мой вход. Головокружение в голове заставило зажмуриться. Я отдалась его рукам, его воле. Просто плыла по течению. А оно было похоже на бег горной реки.

Фоновая музыка набирала обороты, как и его движения. Огромный и сильный, в такой маленькой во мне. Он срывал с моих губ стоны, он заставлял меня задыхаться от полноты ощущений. Цунами — не меньше.

Я скакала на нем, словно чокнутая. И когда была уже близка, вдруг почувствовала его губы на своих. Распахнула глаза от удивления и замерла. Ледяные голубые глаза, которые преследуют до сих пор в кошмарах. Мне не забыть никогда их ненависть. Всегда смотрели на меня с презрением. А сейчас в них был дурман.

Все произошло так быстро. Будто в прорубь с ледяной водой меня бросили. И я ушла туда с головой. Подскочила, и рванула от него к противоположной стене. Как можно дальше. Как можно скорей. Дыхание стало частым — воздух входил в легкие с трудом. Началось. То, от чего я столько лет пытаюсь избавиться. Паника. Страх.

***

— Куда пошла? Вернулась! — раздалось гневное рычание. А я распахнула глаза, уставилась на него. Нет. Не показалось. Это был он. Ужас моей средней школы. Тот, кто отравлял мне жизнь последние три года учебы. Я ненавижу этого ублюдка, а он стал свидетелем моего падения.

— Сюда иди, быстро.

— Нет, Марсель. Ни за что! Зачем ты сюда пришел? Зачем? — я мотала головой, пятясь от него. Я была так напугана, что не могла даже правильно выразить свою мысль. Зачем ему я? Для чего он заплатил? Неужели, даже спустя три года разлуки он не забыл своих гадких обещаний и угроз?

Не успела и пискнуть, как он рванул ко мне и схватил. Больно сжав мое плечо, развернул к себе спиной. Всхлипнула, когда почувствовала его член возле своего входа. Плоть все еще была распухшей после недавнего секса и предательски пульсировала. Я все еще не получила того, чего так хотела. Но гордость кричала надрывно.

— Не смей меня трогать!

— Ты будешь скакать на моем члене, пока я не кончу. Пока не возьму все, за что заплатил, — прорычал, вонзаясь в меня. Грубо, жестко. Ненавижу его. За то, что унижает меня снова, за то, что ноги подкосились от того, как чувствовался он внутри. Перевернул, поднял меня на руки, продолжая трахать и смотреть в глаза. Наглый, самоуверенный, сволочь, а я улетаю. Не хочу этого, но срывает в пропасть.

Сжал мой подбородок, крепко.

— На меня смотри, сучка, слышишь? В глаза каждую долбанную секунду, — он был не в себе. Невероятно зол, на грани.

В какой- то момент я перестала чувствовать что- либо, перестала понимать, где я. Был только его член во мне и мои ногти, царапающие его спину. А он рычал только и сильней вбивался в меня.

Как только все закончилось он просто сбросил мои ноги со своей талии и отошел. Между нами повисла тишина. Вернулся стыд и холод. Было мерзко от самой себя, от всего происходящего вокруг. Клянусь, если бы меня сняла семейная пара и разделила в бутерброд — было бы не так противно.

Я подняла с пола белье и быстренько оделась.

— Не уходи. Сейчас выпью и продолжим, — бросил лениво, закуривая. Расслабленный и абсолютно голый, он сидел на диване. Черт возьми, как ему это удавалось? Постоянно быть королем, быть хозяином ситуации.

— Ты думаешь, я останусь с тобой? — прошипела сквозь стиснутые зубы. Я больше не боялась его. Мы не в школе, и он не вожак маленьких глупых шавок и не сможет никого на меня натравить. Он поимел меня — это факт. Но я ни за что не позволю ему унижать меня и дальше.

— Да если бы я знала, что это ты, я бы никогда…

— Но ты сама выбрала меня, Марь Иванна, — улыбнулся довольно, перебив меня на полуслове.

Я подумала о том, что он изменился. Стал в два раза шире, по всей видимости, при деньгах, да и, что скрывать, весьма привлекателен. Но в то же время это тот самый у*бок, который натравил на меня половину класса и из-за кого я рыдала каждый чертов день. И эта кличка, которой он окрестил меня — сильней ледяного душа в себя привела.

Застегнув лифчик, поправила его и приблизилась к нему. Наклонилась, близко-близко. Еще раз вдохнула его запах. Чтобы запомнить, как теперь пахнет монстр.

— Одеколон ты купил хороший, но от твоей натуры запашек идет дрянной.

Не успела отстраниться, он схватил меня за скулу. Глаза лютой ненавистью пылали.

— Самое дрянное в этом мире было только что на мне, — процедил сквозь зубы, смакуя каждое слово. — И очень хорошо смотрелось, — улыбнулся, сделав затяжку.

Сбросила его руку.

— Больше не смей подходить ко мне. Забери свои деньги и засунь их себе в зад. Или подрочи на них остаток ночи, потому что больше ты не подойдёшь ко мне и на пушечный выстрел!

Он засмеялся. Громко так, заливисто. Я развернулась к выходу, но его голос заставил меня остановиться.

— Эй, Марь Иванна! Помнишь, я обещал, что ты будешь стонать от того, как хорошо я буду тебя трахать? Так вот, я сдержал свое слово. И запомни следующее — этот трах был далеко не последним. Тебе не отделаться от меня, я твой сраный кошмар.

— Пошел к черту, — процедила сквозь зубы, фурией вылетая в коридор. Пронеслась напрямую к раздевалке.

— Кать! — заметив подругу, сидящую в кресле в углу комнаты, бросилась к ней. Удивленная, Ворошилова подскочила навстречу.

— Кать, давай уйдем… Я не хочу, я передумала… — в моих глаза стояли слезы.

— Лесь, что значит передумала? За тебя заплатили, ты до утра не можешь никуда уйти. Не подставляй меня так! — рассвирепела она. Встряхнув меня за плечи, посмотрела сердито. А меня раздирало от рыданий. Я понимала, если Марсель сейчас выйдет и скажет руководству клуба о моем побеге, я подведу всех. Но я не могла. Просто не могла…

— Кать, это Адашев был.

— Кто?

— Марсель Адашев! Я его выбрала, представляешь?! А когда узнала, что это он… Кать, пожалуйста, не заставляй меня, — взмолилась, схватившись за подругу как за спасательный плод.

— Лесь, я не знаю, что делать… Но, Гео нас убьет. И Адашев уж точно не станет тебя прикрывать. Ты ведь понимаешь?

— Что же мне делать? — всхлипнула, чувствуя, что вот-вот и разрыдаюсь в голос.

Катя замолчала. Что-то усиленно обдумывая.

— Значит так, сейчас одеваешься. И уходишь через черный. Будем надеяться, что Марсель просто переключиться на кого-нибудь другого. Но если Гео позвонит и начнет тебя искать — я ничего не знала. Поняла?

Я тут же кивнула. Катя вышла из комнаты, а я бросилась переодеваться. Спустя пять минут я уже была у черного входа. Оставалось буквально десять метров — и заветная свобода. Но как только я схватилась за ручку, за спиной раздался знакомый голос.

— Ну и куда ты собралась?

***

В дверях стоял Гео. Он смотрел на меня так зло, казалось, в любой момент отдаст приказ охране растерзать меня.

— Я… — попыталась придумать хоть что-то. Но мозг упорно отказывался выдавать что-то членораздельное.

— Она меня ждет, мы уходим, — раздалось сбоку. От звучания ЕГО голоса озноб по спине пробежал. Гео обернулся, удивленно уставился на Адашева.

— Вам не понравилось в клубе? Почему вы покидаете так быстро? Или девушка вас разочаровала?

— Нет, все отлично. Но мы решили покуражиться с девочкой в другом месте, — приблизившись, он обнял меня за талию, прижав к себе. Его рука была такой сильной, а тело таким крепким. И от всего этого мне было не по себе. Хотелось бежать. Но куда бежать? И как потом смотреть в глаза Кате? Я не могла так подставить подругу, поэтому, сцепив зубы, улыбалась, пытаясь запудрит мозги администратору.

— В таком случае, мы рады, что смогли угодить и ждем вас в клуб еще. Не смею задерживать, — улыбнувшись, Гео отправился вглубь по коридору. Как только мы остались одни, страх вернулся.

Я попыталась отстраниться от Марселя, но его руки крепко держали меня.

— Не дергайся, Марь Иванна. Я только что спас твою тушку. Так что ты мне должна, — прозвучал его голос у самого уха, а потом я почувствовала как его губы коснулись моей кожи. Вздрогнула.

— Не смей прикасаться ко мне, Адашев. Поиграл и уходи. Что тебе еще нужно?

Он посмотрел на меня внимательно. Губы мужчины скривила улыбка.

— Ты, Кравченко. Всегда только ты, — он забрался пальцами под мою блузку, а меня ознобом било.

— Жди меня на улице у входа. Я машину заберу. Поедем, пообщаемся туда, где потише, — он наконец-то выпустил меня. Зябко обняв себя за плечи, я просто стояла и молчала. Мне хотелось плакать. Хотелось кричать или ударить его. Но что я могла сделать? Да и был ли смысл сопротивляться? Он все равно найдет меня. А если сбегу, Кате несдобровать. Похоже у меня не было выхода.

— Ладно. Только не трогай меня больше, — посильней закуталась в куртку. Он ухмыльнулся.

— Мне ведь не нужно говорить о последствиях твоего бегства?

Ему нравилось мое положение рабыни. Более того, этот козел упивался моим унижением.

— Не дурочка, — процедила сквозь зубы и, развернувшись, толкнула дверь черного входа и выскочила в морозную ночь. Он остался внутри.

Я подошла к дороге. Было холодно. Но еще больше знобило внутри от боли и обиды. Слезы текли по щекам.

Никто и никогда не мог защитить меня от него. Всю школу, каждый день этот ублюдок устраивал надо мной издевательства. Из-за него я начала встречаться с Потаповым. И только он смог немного утихомирить Адашева. Те пару месяцев что мы были вместе с Андреем, Марсель не трогал меня. Не знаю, как Потапов смог его утихомирить, но тогда я вздохнула полной грудью. И вот, спустя три года, это чудовище вернулось. Нужно быть идиоткой, чтобы надеяться, будто я смогу скрыться от него.

Ход мыслей прервал внезапно затормозивший у моих ног автомобиль. Отскочила на пару шагов. Водительское стекло опустилось и на меня уставилась дамочка.

— Ну чего стоишь, запрыгивай быстрее. Или хочешь его дождаться?

Ее слова удивили меня.

— Простите, что?

— Ты хочешь провести остаток ночи с этим? — последнее слово она произнесла с пренебрежением. Было такое чувство словно она Адашева идиотом обозвала. На ее губах расплылась улыбка. Веселая такая, искристая. Обратила внимание на ровный ряд ее белых зубов. Мне почему-то захотелось довериться ей. Может потому что она выглядела весьма привлекательно? А может потому что она была единственным возможным для меня спасением?

— Но у меня будут проблемы. Он выкупил меня на эту ночь…

Женщина ухмыльнулась.

— Слушай, зайка, ты либо останешься здесь дрожать от страха и голода в ожидании голодного волка, либо запрыгнешь в мою тачку и мы укатим в закат. Поверь, никаких проблем у тебя из-за этого не возникнет. Я здесь на особом счету. Вроде как привилегированный постоялец. А твой хозяин здесь впервые. Как ты думаешь, на чью сторону встанет руководство клуба?

Я посмотрела по сторонам. Улица все еще была пуста. Эта женщина была странной. Но в то же время я верила ее словам. Ее внешний вид создавал впечатление женщины, живущей в достатке. Дорогая машина, одежда. Вполне возможно, ее мнение на самом деле имеет здесь большой вес.

— Ну так, что? — спросила со скучающим видом.

Я побежала к пассажирскому. Даже если она солгала, и у нас будут проблемы — я все равно не стану ждать Адашева. Все что угодно, но только не рядом с ним.