56. Джейдан

Адам Бакер повиновался, всхлипывая, как девица.

— Ты левша или правша?

— П-п-правша!

— Ты делал это правой рукой?

— На на-а-а-до!

— Ты. Делал. Это. Правой. Рукой?

— Правой!

— Положи правую руку поверх платья. Растопырь пальцы. Размахнись и ударь молотком.

— П-прошу-у-у-у… Возьмите денег! У меня старая и больная мама. Я и сам болен. У меня повышенный холестерин и слабое сердце. Пожалуйста-а-а-а!

— Не хочешь? Не делай этого. Я отправлю тебя в тюрьму, твою рыхлую белую жопу сделают достоянием общественности.

— Не на-а-а-до! Это было так давно!

Толстяк схватился пальцами за рукоять металлического молотка для отбойки мяса, но не решался нанести удар.

— Давно? Может быть, это было давно. Девочка уже выросла, но её до сих пор мутит от зелёного цвета и от одной фразы. Напомнить? Только я её немного изменю…

Я сделал паузу.

— Будь хорошим и послушным мальчиком. Ты же не хочешь, чтобы твоя мама узнала…

Усмехнулся и обвёл в воздухе фигуру Адама Бакера дулом пистолета.

— Бей, твою мать!

Толстяк заорал и ударил себе по пальцам, сбив кожу до мяса. Заскулил, как побитый щенок.

— Слабо, — покачал я головой.

Забрал у него молоток. На моих руках были натянуты перчатки.

Я не боялся оставить отпечатки пальцев. Я ударил по его руке сильнее. Несколько раз.

— Вот теперь это похоже на удар! — усмехнулся я, посмотрев на раздробленные пальцы. — А теперь собирай свою клешню.

Я свернул платье и пинком заставил мужчину шевелиться. Толстяк подвывал, держа руку у груди.

— А теперь мы поступим так. Дойдём до края проезжей части. Если успеешь перебежать дорогу на красный свет, считай, что тебе повезло. Доберёшься до больницы, там тебя подлечат. Если не успеешь, твои проблемы.

— Я не могу-у-у-у… Я медленно бегаю. Я не хочу умирать.

— Кто говорит о смерти? Просто шевели своими толстыми ляжками быстрее и останешься жив!

Я подтолкнул его дулом в спину. Он запыхтел, вышел на крыльцо дома, а потом внезапно решил дёрнуть в сторону.

Задумал удрать, ускользнуть или просто думал, что успеет схватить грабли, прислонённые к стене дома.

Но ему не повезло, он запнулся и полетел вниз.

Всего четыре ступеньки. Но жирная туша упала, громко хрустнув сломанным шейным позвонком.

Я повернул носком туфли его голову. Толстяк размозжил черепушку о каменные ступеньки при падении. Он сдохнет. Без шансов.