64. Джейдан

— Я слышала, как моя мамочка кричала на весь дом, — с довольной улыбкой заявляет Грейс.

Медленно поднимает руку и начинает водить пальчиками на моей груди.

— Я думала, что ты женился на моей маме из-за чувств к ней

Я издаю смешок. Да, я испытываю к Мэрилин чувства.

Много чувств. Пренебрежение, неприязнь, презрение…

— Но, оказывается, она шантажирует тебя тем, что ты не самый хороший парень, да? Шантажирует моего порочного и грязного папочку…

Её обращение «папочка» всегда действует на меня как удар кувалдой по голове.

Я начинаю плохо соображать, понимая только одно… Хочется вытрахать членом слово «папочка» из её ротика…

Грейс пытается обнять меня. Я перехватываю тонкие запястья, отстраняя девушку от себя.

— Это тебя не касается. Ясно?

— Что?

Я отдаляю Грейс на расстояние вытянутой руки.

— Мои дела с твоей матерью тебя не касаются, — повторяю. — Ты хотела сказать мне ещё что-то? Или закончила?

Грейс поджимает губы. Обида плещется в её глазах.

— Я хотела сказать тебе, что ты безумно мне понравился. С первого дня нашей встречи. Хотела сказать, что не могла выкинуть нашу встречу из головы два года. Хотела сказать, что храню то кольцо с чёрным бриллиантом. Но…

Девушка покидает комнату торопливым шагом, оборачиваясь на пороге.

— Но тебя же это не касается, так?

Грейс-Патриция вихрем проносится к себе в комнату.

Громыхаю кулаками по столу от ярости и возбуждения, которые не могут найти выход.

Едва сдерживаясь, поднимаюсь к ней. Дверь закрыта. Дёргаю за ручку.

— Открой.

В ответ слышатся лишь сдавленные всхлипы и приглушённые рыдания. Твою мать!

Ненавижу женские слёзы! Терпеть их не могу! Не выношу от слова совсем!

Мне сразу становится хреново. А когда плачет Грейс, то, кажется, будто мою душу разъедает серной кислотой.

— Я открою эту грёбаную дверь!

— Не надо! Оставайся за ней! Я не хочу видеть и слышать тебя. Отчим! — выплёвывает она.

Вот это было сказано зря. Терпеть не могу, когда Грейс подчёркивает, что я её отчим. Это звучит, как пощёчина и плевок!

Толкаю дверь, стоит только налечь плечом.

Зря, что ли, меня обучали открывать двери с одного пинка и удара кулаком?

Грейс плачет, уткнувшись лицом в подушку. Она оборачивается на треск разломанной двери.

— Это была дверь в моей комнате! — возмущается она сквозь слёзы.

— Это, блядь, мой дом. Я могу не оставить в нём и камня на камне! Ясно? — рычу я.

Через мгновение я оказываюсь на кровати, нависая над Грейс.

— Уходи!

Рывком раздвигаю её ноги, упираясь каменным стояком в промежность.

— Уверена, что хочешь именно этого, Принцесса?