66. Грейс

Между нами нет границ и различий.

Я глубоко увязла в нём, как муха в медовом сиропе. Но боже прости, мне не хочется выплывать. Я хочу тонуть в нём ещё глубже.

Он — моё всё… Он просто мой! Что бы он сам ни говорил на этот счёт.

Джейдан сдерживается. Но потом напряжение между нами становится таким сильным, что при соприкосновении рук и губ проскальзывает искра, как от удара током.

Тело дрожит, и я жадно глотаю воздух.

Но через мгновение я забываю, что такое дышать. Потому что Джейдан обрушивает на меня мощь своего жёсткого и властного поцелуя.

Он грызёт и сосёт мои губы, остервенело кусая их. Неразборчиво шепчет извинения и зализывает укусы языком, а потом начинает проникать им в мой ротик.

Остро. Быстро. Глубоко.

Я трясусь от предвкушения под его мощным, сильным телом. Он целует меня и, не разрывая поцелуя, раскачивает своими бёдрами. Таранит меня сквозь слои нашей одежды.

— Джейдан! — успеваю выкрикнуть я и прижимаюсь теснее.

Он уже не удерживает мои руки. Я обхватила отчима за шею, удерживая на месте.

Он задирает мою кофточку, грубо сжимая мою ладонями. Его смуглая кожа смотрится вызывающе и дерзко.

Шумно сглатываю, глядя, как футболка прилипла к его телу. Начинаю стаскивать её за ворот.

— Принцесса, я не успел принять душ после пробежки!

— Плевать, — стону я. — Хочу твоё тело.

Джейдан отстраняется и стаскивает футболку. Я словно кошка, унюхавшая кошачью мяту, тянусь к нему. Облизываю кожу и целую.

Его кожа горячая и влажная от пота.

Он пахнет мускусом и дикостью, силой, мощью… Сексом. Целую его грудь, царапая спину ногтями.

— Остановись, — его лицо искажает странная гримаса, когда мои губы добираются до чернильной татуировки в виде огромных букв.

— Остановись! — рычит он и поднимается.

Я протягиваю руки, но хватаю лишь пустоту.

— Что это было? — недоумённо спрашиваю я.

Я же чувствовала, что он был возбуждён, не меньше меня. Он очень сильно хотел меня.

Ему тоже нужен был наш дикий и жадный, грязный и вкусный секс.

Но Джейдан уже стоит около кровати, хмуро натягивая футболку на своё идеальное тело.

Мокрая футболка скручивается жгутом на его груди. Отчим рычит, избавляясь от потной тряпки, отшвыривая её в сторону.

— Что случилось?

— Случилось! Я же твой отчим! — рявкает он.

— Дело не в этом! — возражаю я.

Я интуицией чувствую, что дело не в этом.

В чём-то другом. Но не могу понять, в чём именно. А он не хочет помочь мне понять.