Глава 2

— Доча, будешь картошечку? — мама заглядывает в комнату, где я стою перед зеркалом в одном белье. — С маслицем, чесноком и зеленью. Твоя любимая.

— Нет, мамуль. Я уже гречки поела.

Пресная греча и вареная курогрудь. Фу. Гадость конечно лютая, но я решительно собираюсь худеть!

Зато при мысли о картошечке с хрустящей корочкой во рту выделяется слюна.

Мама удивленно поднимает брови, но не задает лишних вопросов.

А у меня перед глазами мелькают лица моих однокурсников и просто зевак. Слышу их мерзкий издевательский смех.

И главное — взгляд Толи. Как будто я насекомое, жалкий муравей.

Толстуха. Жалкая, наивная жируха, которая поверила в искреннюю любовь со стороны первого красавчика нашего факультета.

Оттягиваю складку на животе, которая нависает над резинкой трусиков. Со злостью сжимаю полную грудь.

Они все думают, что меня никто не захочет. Что я мерзкая, неуклюжая, некрасивая, изгой.

Но ведь это неправда!

Я не жирная, а просто плотная. С меня не свисает жир, складки не колышутся при ходьбе, как холодец. У меня красивые голубые глаза и пухлые губы. Приятное лицо.

Верчусь перед зеркалом и снова слышу их насмешки. Моя самооценка размазана в ноль. И как бы я не пыталась убедить себя в том, что я красивая, и ничего не надо менять, мне это не удается.

Хорошо, что скоро экзамены, а потом каникулы. Я все лето не буду видеть лживые лица моих однокурсников!

Хорошо, что я экономно обращалась с деньгами. Копила на хороший ноутбук, но теперь решаю потратить сбережения на спортзал и личного тренера. Мне надо немного подтянуть мышцы, бросить заедать все проблемы сладостями, и все будет в порядке.

Я заставлю Толика подавиться своими мерзкими словами!

* * *

Я страшно потею в этой обтягивающей спортивной форме. Кажется, все в зале смотрят только на меня! Эти раскачанные мужики с руками-кувалдами. Стройные фитоняшки с упругими попами, один взгляд на которых вызывает во мне бешеный комплекс неполноценности.

Все пялятся на то, как я неловко переминаюсь у тренажера.

— Вероника, — ко мне подходит девушка-администратор.

У нее модное каре, блестящие волосы, неброский макияж и потрясающая стройная фигурка. На моем фоне она выглядит дюймовочкой.

— Вашего персонального тренера зовут Ярослав. Сейчас он подойдет.

Киваю и прогоняю дрожь волнения.

Будет ли мой тренер строгим? Вдруг заставит делать сто подходов, я буду помирать и молить о пощаде, тогда как он будет просить еще и еще. И все, абсолютно все будут на меня пялиться!

Такого стыда я могу и не пережить.

Мысленно отвешиваю себе затрещину. Кому я вообще нужна? Все в зале занимаются своими делами, своими скульптурными телами, никому нет до меня дела. Я просто слишком много о себе возомнила.

— Вероника?

Дергаюсь и рывком оборачиваюсь на бархатный мужской голос.

Надо мной возвышается настоящий атлет. Греческий бог, ожившая статуя. Темная щетина покрывает лицо, темные глаза пронзают, взгляд медленно ползет вниз, исследуя каждый сантиметр моего пухлого тела.

Во рту пересыхает. Сглатываю слюну и облизываю губы.

А он хорош. Даже слишком.

Тушуюсь на его фоне.

— Здр-равствуйте, Яр-рослав.

Черт, заикаюсь, как идиотка!

Что он обо мне подумает?

А тем временем его огненный взгляд вновь скользит по мне. Он оценивает объемы предстоящей работы. А они, надо сказать, внушительные.

Невольно залипаю на бугристых мышцах рук и плеч. Даже сквозь майку заметно, какой каменный у него пресс.

Сколько же лет он потратил на тренировки?

Это настоящая машина. Киборг, а не человек. И он будет меня тренировать. Сдерет три шкуры и заставит потеть на коврике до потери сознания.

Тревожно сглатываю. Может, еще не поздно сбежать?

Ярослав ловит мой трусливый взгляд, направленный к выходу из зала. Ухмыляется.

— С этого дня я твой личный тренер, Вероника. И ты должна во всем мне подчиняться, — произносит он твердо. И этому голосу хочется покориться. От него у меня по рукам бегут мурашки.

— Хорошо, как скажете, — лечепу я, а Ярослав довольно улыбается. — Можно просто Ника.

— У тебя прекрасная женственная фигура. Только над ней надо немного поработать.

Его взгляд очерчивает мою грудь и живот. Почему мне кажется в его глазах что-то хищное?

Ушам не верю! Этот спортсмен сказал, что у меня прекрасная фигура?

— Я буду стараться.

— Не сомневаюсь. От меня еще никто просто так не уходил.

Он сейчас шутит или говорит серьезно? Не могу понять.

— Что ж, начнем.

А начинаем мы с позорной процедуры. Со взвешивания и изменения объемов. Мне хочется провалиться сквозь землю от стыда, но тренер ведет себя так, будто для него это самая обыденная процедура на свете.

Даже если он и думает, как такая молодая могла нажрать столько лишних килограмм, то ничем этого не показывает.

И я ему за это благодарна.

Сильные руки с измерительной лентой обмеряют мою грудь. Он случайно касается ее пальцами, и меня охватывает странное волнительное чувство.

Тренер усмехается.

— Расслабься, Ника. Я не сделаю тебе ничего плохого.

Весь следующий час я стараюсь сосредоточиться. Слушаю внимательно все указания брутального темноволосого тренера. И стараюсь не слишком явно любоваться его мужественностью.

На фоне Ярослава Толик кажется… каким-то бледным. Или мне хочется так думать из-за обиды.

Ярослав рассказывает мне о правильном питании, показывает как работать с тренажерами. Потом под его надзором я делаю разминку и упражнения.

Никогда в жизни мне не было так тяжело и не хотелось сдохнуть! Я в гораздо более худшей физической форме, чем думала. Мои мышцы быстро превращаются в желе и не хотят двигаться.

— Ника, — бархатный голос с ноткой легкой угрозы побуждает меня шевелиться. — Ты ведь не хочешь, чтобы я наказал тебя дополнительными подходами?

— Я больше не могу, — стону и падаю на коврик как мешок с картошкой.

Ярослав ухмыляется.

— Ты все можешь.

— Я больше к вам не приду, я умру!

Вместо ответа тренер помогает мне встать на ноги. На секунду я оказываюсь прижата к его мускулистой груди. Смотрю на него снизу вверх и глупо моргаю.

А потом краснею. Его руки лежат у меня на талии (точнее там, где она по идее должна быть). Его крепкий поджарый живот соприкасается с моим — большим и мягким.

Он бегло опускает взгляд на мою грудь, а потом смотрит мне в глаза и ухмыляется.

— А теперь растяжка.

Боже, я никогда в жизни не садилась на шпагат! Но от страха перед Ярославом готова это сделать.

Ух, еще чуть-чуть, и на мне или штаны лопнут, или я упаду в обморок. Нельзя так издеваться над человеком!

— Ты молодец, Ника, — хвалит Ярослав, и мышцы на его груди напрягаются. Невольно залипаю на это зрелище. — Тренировка окончена. Жду тебя в понедельник в это же время.

С этими словами он разворачивается и уходит, оставляя меня бестолково хлопать глазами и переваривать услышанное.

Я чувствую даже некое разочарование от того, что он ушел. Мне было безумно тяжело, но повиноваться тренеру и исполнять его команды мне даже понравилось.

У меня самой не хватило бы силы воли на эти бесконечные подходы.

Медленно плетусь в раздевалку, чтобы снова смотреть на жилистые тела фитоняшек и сравнивать себя с ними. Но я ведь не хуже, я просто другая. И я должна доказать это хотя бы себе.