22. Лиам

Я вдавливаю педаль газа в пол.

Всё-таки я нарушу сегодня несколько правил ради того, чтобы поскорее распробовать Беа.

— Чего ты хочешь? — рычу я, изнемогая от желания услышать об этом вслух от неё.

— Хочу, чтобы ты поскорее привёз меня к себе домой и…

Гортанный стон вырывается из её рта. Беа решилась дотронуться до себя. Накрыла пальчиками клитор и растирает его по кругу. Ловко, умело.

Готов поспорить, она знает, как шалить со своей девочкой в любом из положений — стоя, лёжа или сидя. Она умеет трахать себя пальчиками.

Но сейчас ей хочется кое-чего значительно большего и толстого, чем длинные пальцы.

— Не останавливайся! Говори вслух! — требую я.

Беатрис откровенно громко постанывает, приподнимая бёдра.

О да, она хочет почувствовать толстый член внутри себя.

Пальцы стиснули руль до побелевших костяшек. Стрелка спидометра неукоснительно ползёт к красной отметке.

Я пытаюсь принять удобное положение, чтобы член не разрывало адской болью. Но единственное удобное положение для моего члена находится между ножек красотки.

Между припухших половых губок цвета кофе с молоком. Хочется раздвинуть их пальцами, чтобы раскрыть нежно-розовую мякоть её киски.

— Смелее, Беа!

— Трахни меня… — выпускает откровенное словечко из милого ротика, двигая пальцами вокруг дырочки.

Кажется, мои трусы сейчас сгорят на мне вместе с джинсами.

Беа забавляется с собой. Ловко ныряет пальчиками в мякоть своей киски.

Сладкий аромат возбуждения Беа перебивает запах кожаного салона. Я вдыхаю его, словно дикое животное. Все мои первобытные инстинкты обострены до предела.

Кажется, что вот-вот спущу себя в трусы. Стискиваю зубы до сильного скрежета.

Желание припарковать тачку у обочины и трахнуть красотку становится всё сильнее.

Меня ещё не соблазняли так бесстыдно и чувственно.

Беа резко поднимается с сиденья и прижимается щекой к моему плечу. Трётся, как голодная кошка, и выдыхает на ухо:

— Долго нам ещё ехать? Я не могу терпеть…

Она обводит влажными пальцами мои губы. Я слизываю с них смазку и прихватываю зубами, втягивая в рот. Растираю вкус соков её киски по языку и рычу, покусывая пальцы, как хрустящие хлебные палочки.

— А-а-ах! Отпусти! — просит она, выдёргивает пальцы из моего рта.

Царапает ногтями футболку на груди и накрывает топорщащуюся ширинки.

— Обхвати его сильнее, — прошу, двигая бёдрами в её руку. — Давай, Беа, расстегни ширинку…

Она воюет с замком молнии.

Звук жужжащей застёжки — самый приятный для моих ушей за сегодня.

— Ого…

Беа шумно сглатывает, но всё же проводит по ткани боксеров. Член красноречиво выделяется сквозь ткань.

— Обхвати, он не кусается, — прошу, стараясь смотреть на дорогу и не прозевать нужный поворот.

— Взять его в руку?

— Я предпочёл бы засадить его тебе в рот, но для первого раза хватит и ладони.

Едва не умоляю подвигать по стволу рукой и подрочить мне.

— У меня есть идея получше.

Беа ныряет под мои руки.

Последние планки слетают с громким визгом.

Она собирается оседлать меня!

В целом, я не против, но делать это на ходу машины — сумасшествие.

Я же самоубийца, верно?

Но всё же отодвигаю кресло немного назад, чтобы девушка смогла уместиться на моих коленях.

Беа довольно усаживается на моих бёдрах. Она седлает меня и трётся мокрой промежностью о стояк.

Я выглядываю из-за её плеча на дорогу.

— Если мы разъебёмся, я предпочту быть в этот момент глубоко в тебе.