38

Ярослав

Я никогда такого не чувствовал. Такой липкой, отвратной, такой всепоглощающей тревоги. Просто не доводилось. Злость, ярость, нервозность в разной степени – были. Но так, чтобы внутри мандраж, чтобы время ощущалось иррационально, то растягиваясь как резина, но вдруг неумолимо ускоряя бег, чтобы в руках и ногах кололо – такого не было.

И я не знаю, что делать. Это самое страшное. Не знаю, за какие ниточки дёргать, кому звонить, где искать. Раньше у меня был Бразинский, но тем хуже ситуация сейчас, потому что именно его мне нужно найти.

Я допустил ошибку – позволил одному человеку в моей жизни занимать слишком большое место. А когда большой кусок пазла вываливается, то картинка вся ломается.

Слишком доверял. Слишком многое поверял. А теперь получил по носу предательством.

– Ярослав Юрьевич, – Алиса аккуратно стучит и входит в кабинет. – Артём Васильевич приехал в офис.

Внутри всё подбирается, сжимается в тугую, плотную пружину. Хочется вцепиться ему в глотку, будто мы никогда и не были близкими друзьями.

Где-то на фоне царапается мысль, что а вдруг я ошибся? Вдруг Артём не при чём, а это моя подозрительность вышла на новый уровень и теперь уже зацепила тех редких людей, для кого я всё ещё важен?

Но тогда становится ещё страшнее. Потому что, чего бы там не хотел Артём, не думаю, что он причинит вред Соне и Ромке. А вот если похититель, а я уверен, что их похитили, неизвестный, то тут всё становится куда опаснее.

Дверь открывается после короткого стука, и на пороге показывается Бразинский.

– Яр, доброе утро, ты хотел меня видеть? – поднимает брови, и по его взгляду я уже всё вижу. Это он, пропажа моей семьи – его рук дело.

Артём идёт к столу как ни в чём не бывало, а я подаюсь ему навстречу. Внутри горит, мне хочется его попросту убить сейчас.

– Где они? – хватаю его за грудки и встряхиваю. – Где они, мать твою?

– Тише, Ярослав, ты что-то сегодня нервный, – его делано-спокойного ответа мне хватает, чтобы утвердиться в том, что я прав.

– Я спросил тебя! – встряхиваю его ещё раз, а он хватает меня за локти и с силой отталкивает. Демонстративно отряхивает пиджак.

– Успокойся, – его тон меняется. Нет ни привычного веселья, ни дружеской теплоты. – И присядь.

– К чёрту! – я готов снова вцепиться в него, но входит Алиса с двумя чашками кофе.

Сначала мне хочется прогнать её, но вдруг понимаю, что она делает это намерено, чтобы остудить меня. Напомнить, что мне стоит держать себя в руках. Чтобы дать понять, что сотрясанием воздуха и Артёма в этом воздухе я ничего не добьюсь. Её взгляд предостерегает, и это помогает мне попытаться взять себя в руки.

Сажусь в своё кресло и откидываюсь на спинку.

– Слушаю, – бросаю Бразинскому, а самого начинает от него тошнить.

Замечаю вещи, на которые раньше не обращал внимания. Хитрый бегающий взгляд, мерзкая самодовольная улыбочка, нервное подёргивание кистью. Будто кто-то выключил фильтры и человек предстал передо мною в своём реальном облике.

Какая-то струна в глубине души больно дёргается. Я считал его своим другом. Близким, надёжным. А когда у меня появилось слабое место, он туда ударил.

– С чего ты решил, что София и твой сын у меня?

– Может, с того, что ты сразу о них сейчас и заговорил? Я ведь сказал просто «они».

– Потому что они – единственное, о чём ты стал волноваться.

Да, это так.

– Куда ты их дел? Для чего это сделал, Артём? – прищуриваюсь и вглядываюсь в его глаза, пытаясь разгадать истинную причину. – Тебе настолько приглянулась моя женщина, что ты решил их похитить?

– А с чего ты взял, что это похищение, Ярослав? – он снова удивлённо поднимает брови, а я будто только сейчас понимаю, насколько неприятно это выглядит. – У твоего дома есть камеры, запроси видео и сам посмотри. Соня сама села ко мне в машину.

– Значит, ты ей угрожал. Или обманул, она ведь не знает, какой ты козёл, Тёма. Я вот не знал.

Бразинский встаёт и, засунув руки в карманы брюк начинает по-хозяйски расхаживать по моему кабинету. Раньше он тоже так делал, но мы были друзьями, и я не видел в этом крамолы.

– А ты не допускаешь мысли, что она от тебя просто сбежала? – поворачивается и пристально смотрит. – Ты угрозами заставил её бросить привычную жизнь. При этом угрожал отобрать у неё самое дорогое, самое ценное – ребёнка. А женщины такого не прощают, Ярослав. Она тебя ненавидит и боится, а я предложил ей защиту.

Внутри пульсирует. Словно игла с каждым толчком крови входит в сердце. Ведь всё именно так и было. Я поступил как сволочь, я её обидел. Ей было страшно, выхода не было.

Но ведь всё изменилось между нами. Всё стало иначе. Особенно этой ночью. Вчера днём. Мне показалось, она выглядела счастливой. И Ромка тоже, а это важно для Софии.

Неужто правда сбежала?.. Нет, не верю.

– Ты лжёшь, – говорю Бразинскому, но в ответ он ухмыляется.

– А ты не так уверен в своих словах как обычно, да, Яр?

– Отвечай, где они. Иначе…

– Иначе, что? – подходит ближе и опирается на стол рядом со мной. А потом достаёт из кармана флешку и кладёт на мой ноутбук. – Тут все твои коды, Ярослав. Все разработки месторождений, вся внутренняя информация.

– Я в курсе, что ты её украл. Всё, кроме самых важных файлов, потому что их там нет, Тёма. Они есть только здесь, – показываю пальцем на свой висок. – Но я тебя ещё раз спрашиваю, где Соня и Рома?

Я тоже встаю. Замираем друг напротив друга, готовые вцепиться в глотку.

– Чем я тебе так насолил, Артём?

– Ты ещё спрашиваешь? – отвечает уже без ухмылок, серьёзно. – Я столько лет рядом с тобой, прикрываю тебя, обеспечиваю безопасность. Но всё, на что ты смог раскошелиться – это должность начальника службы безопасности. Я один верил в тебя, а ты оставил меня подчинённым холопом.

– Твоя зарплата выше, чем в других компаниях на той же должности.

Бразинский невесело усмехается.

– Ты сейчас серьёзно? Зарплата? Да какая на хуй зарплата, Яр? Я долю хотел. Часть бизнеса. Парнётром быть, понимаешь?

Нет, не понимаю. Меня шокирует эта претензия.

– Чтобы быть партнёром, нужно вкладываться, а ты все деньги спускал на дачи и шлюх.

– То есть я не достаточно сил вложил в тебя?

Меня его позиция искренне удивляет, даже поражает. Бред полный.

– Я должен был тебе отдать часть бизнеса потому, что ты хороший друг? Ты, Артём, с какой планеты? Так дела не делаются.

– Зажал часть, теперь отдашь всё. Или не получишь свою провинциальную простушку обратно. Так и просидит в лесу без связи, а жратвы у неё на пару дней, – он говорит, а вот мне поднимается кипящая волна уже не ярости, нет, – ненависти. Вот как оказывается может всё перевернуться. – И щенок твой единственный и неповторимый. Так что думай, Яр, что тебе дороже.

Бразинский отворачивается и вальяжно выходит из кабинета, оставляя меня гореть от ярости и ненависти. И только тот факт, что только он знает, где Соня и Рома, останавливает меня от того, чтобы швырнуть ему перочинный нож в спину.