ГЛАВА 79

День не задался с самого утра. Люди, посланные наблюдать за Натаниэлем, доложили наследнику престола и королю о том, что городской особняк готов принять в своих стенах молодую хозяйку. Вот только сам хозяин, отправившийся в бордель, так и не соизволил до сих пор покинуть его гостеприимные стены. Зная взрывной характер брата и его огромную магическую силу, король приказал ждать до последнего. Огромные деньги, которые потребовал с него Нат за заключение этого брака, давали ему надежду на то, что он будет в храме вовремя. А бордель? Это даже хорошо! Это значит, что за эти дни он так и не узнал о том, что его отец и старший брат изменили свое решение и гости, собирающиеся в храме, приглашены на заключение брака, а не на помолвку.

Шепотки, разговоры и, в конце концов, откровенное недоумение и злорадные замечания гостей раздавались все громче, а жениха все не было.

Долгое ожидание наконец-то закончилось, когда все поняли, что герцог Эверли не явился на свое бракосочетание. Королевская семья покинула храм, а гости были вынуждены прождать еще целый час, прежде чем смогли отправиться восвояси. К концу дня по столице поползли слухи о самоубийстве брата короля.

В отличие от королевского семейства никто из посторонних так и не узнал о том, что Натаниэль отказался от титула, родовой собственности и денег, о том, что оформил на племянников усадьбы и особняки. Но вот о том, что он, убитый горем, напивался, что не смог пережить своего уродства и, отвергнутый высокородными красавицами, ушел из жизни, об этом шептались все кому не лень.

Серое ведомство в очередной раз приступило к розыску, а королевская семья собралась в закрытых покоях дворца для проведения запрещенного в королевстве ритуала поиска по крови, ибо никто из них в этот раз не сомневался в том, что Натаниэль жив. Его не нашли ни в одном столичном борделе, да и вообще в городе. Его счета в банках оказались аннулированы, а из особняка, в котором он проживал, исчезли книги, оружие, одежда, ковры и гобелены, а также мелкие, любимые им безделушки. А самое главное, договор дарения, оформленный на его имя, долженствующий вступить в силу после его помолвки, лежал на столе в кабинете для всеобщего обозрения, словно насмешка.

Взбешенный своеволием младшего брата, король с трудом сдерживал гнев и строил планы, ожидая окончания ритуала. Натаниэль был нужен семье. Значит, он будет найден. А уж способ принудить его к повиновению найти можно всегда. Его величество король был не просто зол, он был еще и очень обижен. Всю жизнь он старался быть понимающим и доброжелательным с братом, исподволь приучал его к покорности и повиновению. И вот сейчас, когда он был уверен в том, что у него получилось, что-то пошло не так, как он планировал.

Красивый, молодой, сильный маг и воин. Такой брат мог бы претендовать на престол, пока… Пока не стал уродом. Хотел ли он стать королем или нет? Теперь не важно. Могли захотеть высокородные. Теперь же они не поддержат притязания урода на престол, а значит, именно сейчас Нат стал полезен и безопасен. Серые в руках принца. Трон тоже в безопасности, и потому Натаниэль просто обязан стать заботливым мужем и отцом. Так надо. Так будет.

Год назад Валиен был просто уверен в том, что брат не вернется. Еще никто и никогда не возвращался с арены амфитеатра мурдов. Откуда взялась эта вдова? Откуда взялась эта Анаш? Что на самом деле произошло в этих засушливых степях?

Но все вышло даже лучше, чем он планировал ранее. Брат вернулся. Вернулся искалеченный, но уверенный в том, что его ждали, его искали. Уверенный в том, что точно знает, кто виноват.

И все же все еще можно исправить. Осталось только найти этого упрямца. Найти и убедить в том, что он им нужен. Король был просто уверен в том, что его младший брат должен заплатить за то унижение, что пережили в храме, по его милости, все они. Вот только надежды его разбились, когда он услышал слова святоши, проводившего ритуал: «Сегодня в полдень ваш брат умер. Его больше нет». Он ускользнул из жесткой хватки короля, но, видимо, не сумел скрыться от своей судьбы.

На следующий день на всех городских магистратах королевства были вывешены черные флаги. «Новостной листок» сообщил о смерти герцога Эверли от полученных ран и о захоронении его тела в семейном склепе. На целых тридцать дней королевство погрузилось в траур. Члены правящей семьи отстояли на коленях в главном храме столицы поминальный молебен.

Землю укутал снег. Жизнь в столице замерла, потому что в связи с печальными событиями королевская семья покинула ее до весны.

Ну да, до разговоров в этот день дело так и не дошло. Никогда еще я не была так счастлива! И теперь я больше чем уверена, что, даже если я умру прямо сейчас, моя душа не покинет этот мир и не будет скитаться, как неприкаянный странник. Они привязали меня к себе навсегда, намертво, — мой любимый, мои дети. Мой ласковый, мой нежный, просто мой. И самое главное, это его клятва. Мне никогда не придется сомневаться в его верности и любви. Он действительно мой, на веки вечные. Я благодарна богам за этот драгоценный подарок!

Тихий стук в дверь и осторожное шевеление еще мгновение назад крепко спящей у него под боком молодой жены заставило Натана, бывшего еще вчера герцогом Эверли, проснуться и прислушаться к своим чувствам и тому, что его окружало. Она выскользнула из кровати и совершенно бесшумно шагнула к двери. Он почувствовал, что там ее ждал мужчина. Маленький мужчина.

— Мы готовы, — произнес он, как только Миира приоткрыла дверь. Услышав в ответ: — Начинайте без меня, я сейчас оденусь и приду. — Ребенок убежал вдаль по коридору, при этом его поступь была сравнима с тем, как движутся опытные охотники, она была легка и почти беззвучна.

Легкий шелест одежды, но его негромкий вопрос: «Куда? Почему без меня?» — остановил эти торопливые сборы.

— Разбудили тебя? Извини, я не хотела тебя будить. Ты за четыре дня так устал! Мне так хотелось, чтобы ты отдохнул получше. До завтрака ещё два часа, а у мальчиков тренировка. Я и так вчера ее пропустила. Кент вот напомнить пришел, — объяснила ему закончившая одеваться Миира и шагнула к неплотно прикрытой двери. Вот только выйти она не успела. Услышанный вопрос заставил ее остановиться.

— Какая тренировка? При чем здесь ты?

— У нас есть большой тренировочный зал. Мои сыновья учатся владеть своим телом и оружием. Тренировки проходят два раза в день по два часа, — пояснила она, задержавшись на пороге комнаты.

— Обязательные и регулярные тренировки это, конечно, хорошо, но я так и не понял, зачем на тренировках нужно присутствие беременной женщины, — заявил ее молодой муж.

— Ну понимаешь, — замялась было она, но потом, глубоко вздохнув, решительно сказала: — Дело в том, что эти тренировки провожу с ними я. Ты не волнуйся! Сейчас я не веду активных тренировок, только правлю показанное ранее, но без моего присутствия они не смогут. Заученные до автоматизма ошибки исправлять намного труднее. Ты же воин. Ты понимаешь, о чем я говорю?

— Я-то воин… А вот при чем здесь ты? Хотелось бы мне на это посмотреть! — заявил Натан и, шагнув к ней, уже совершенно одетый, пошутил: — Ты их штопальной иглой учишь владеть? Или веером?

— Что б ты понимал! — услышал он в ответ, следуя за своей женой по коридору. — Любого хорошо обученного воина можно убить штопальной иглой. Самое главное, знать, как к нему подойти и куда ударить.

Он улыбался, следуя за ней, чуть недоверчиво, насмешливо, но недолго. То, что он увидел в тренировочном зале, поразило его до глубины души.

Они были там, все восемь мальчишек, от самого старшего до самого младшего. Одетые в непривычные для него черные костюмы, стоящие в два ряда и выполняющие, судя по всему, группу разминочных упражнений. Никто из них не среагировал на открытие дверей и на появление в зале двух взрослых людей. Их движения плавно перетекали одно в другое.

— Присядь! — Она жестом указала ему на ряд кресел, стоящих у дальней стены, а сама шагнула к своим мальчишкам и начала поправлять положение стопы у одного, постановку рук у другого, движение рук у самого маленького.

Разминка закончилась. Началась работа в парах. Через некоторое время Миира присела в кресло и начала внимательно следить за детьми, давая непонятные ему указания…

Тренировка закончилась ровно через два часа. Мальчишки одновременно поклонились своей учительнице и убежали, весело переговариваясь, а он все молчал. И наконец спросил:

— Давно они занимаются?

— Чуть больше года, — услышал в ответ.

— Что они уже могут? — продолжал расспросы бывший глава Серых, задумчиво и внимательно глядя на свою любимую.

— Могут они еще очень мало, но дать отпор взрослому, ничего не подозревающему бандиту и выскользнуть из захвата — это да, это у них получится уже сейчас, — сказала она с улыбкой. — Ну, пойдем умываться, переодеваться и завтракать. Мы с малышками так проголодались, что начнем тебя сейчас надкусывать, если нас никто не покормит.

— А секреты? — смеясь, спросил Натан.

— А секреты сразу после завтрака. Мои сыновья с удовольствием расскажут их тебе если не все, то почти все. Они приняли тебя, а значит, секретов у нас от тебя со временем не будет совсем, — пообещала Миира и оказалась права.

Они рассказали ему все. С гордостью и восхищением о том, что умеет их любимая матушка. С потрясающей доверчивостью о том, кем были они сами до встречи с ней и как им жилось. И уже под вечер, у камина, после очередной тренировки, о ее приключениях в степи. А он слушал их, теперь уже своих сыновей, и мысленно добавлял к их рассказу то, что они знать не могли, а она еще не успела ему поведать. Он наконец-то понял, кто был тот воин, что невзначай почистил тракты от разбойников, кто «повеселился» в столице в особняке казначея и Ниэлы, кто навестил святош в их неприступном монастыре. Теперь он знал, что уносит каждый вечер в постель на руках высшую ведьму, уснувшую под негромкий говор сыновей, сильнейшего мага, богиню Анаш, неуловимого воришку и самую любящую и любимую женщину, сумевшую изменить жизнь тех, кто ее окружает. Самое большое сокровище, какое только может найти мужчина в своей жизни.