35 глава

– Ками, ты слишком много думаешь о том, чего еще даже нет, – говорит Вика в трубку телефона. – Главное, что месячные пришли. И поверь, это действительно главное. Кстати, я договорилась с врачом, сдам анализы, и выберем дату операции. Всяко лучше, чем нянчить младенца. Тем более начались бы занятия, а меня бы токсикоз вырубил. Нет, спасибо. – Ее голос звучит тихо и лениво, словно она уже устала от всего этого. – И ты прекращай себя накручивать. Пока ничего ужасного не произошло. Так ведь? – Так, – соглашаюсь я. Но все утро перед глазами картинки, как Оля узнает о нас с Женей, и моя с таким трудом выстроенная жизнь рушится. – Когда самолет? – уточняет Вика. – Сейчас будем выезжать в аэропорт. Неделя пролетела незаметно. И столько всего случилось… – А Каримов? Он остается или тоже летит? – Оставляет здесь дочку с няней еще на неделю, а сам тоже летит. Только мы в Москву, а он в какой-то другой город по делам. Я, честно говоря, не особо в курсе. – Вы больше не разговаривали? – Почти не пересекаемся. Эдуард Викторович все время с дочкой, а я с Женей. Вчера мы с ним впервые поругались. – Из-за чего? – оживляется Вика. – Ему неприятно, когда я упоминаю Олю и говорю, что мы – два предателя, которые встречаются за ее спиной. Но это ведь правда. Женя резко оборвал меня и сказал, чтобы прекратила себя накручивать. Но как не накручивать, если для меня это важно? Что если придется выбирать между семьей и ним? – А если бы и впрямь пришлось выбирать? – Даже думать о таком не хочу. Мы какое-то время молчим. Это место, вилла – стали временной реальностью, в которой я позволила себе быть счастливой. Показалось даже, что мы с Женей можем быть вместе без последствий. Однако это была лишь иллюзия. Вчера я случайно подслушала разговор Каримова с отцом, они по громкой связи обсуждали какую-то предстоящую поездку. Папа упомянул, что возьмет меня с собой, но Эдуард Викторович с ухмылкой усомнился в этом. Похоже, отец убежден, что между мной и Каримовым есть взаимный интерес, и все распланировал. – Ками… – В спальню заходит Женя. – Собралась? – Да, – киваю я и возвращаюсь к разговору с Викой. – Все, мне пора, – бормочу в трубку. – Вечером увидимся. Симону привет. – Симону? От меня тоже передавай! – громче произносит Женя. – Можешь включить видеосвязь? Я скажу ему пару слов, – посмеивается он и подходит ближе. – Хотя не надо, скоро лично увидимся. Я чувствую теплое дыхание на шее, легкий поцелуй, от которого мурашки бегут по коже. Раньше это бы успокоило, но сейчас этого мало. Волнуюсь ужасно. Из-за предстоящего перелета, из-за возвращения, из-за сложных разговоров, что будут в ближайшие дни. И просто потому, что мне страшно. Но объясниться с Олей нужно. Это лучше, чем жить во лжи и предательстве. Очевидно же, что расстаться с Женей в угоду ожиданиям родственников – безумие и ошибка. – Хорошего полета, – произносит Вика и отключается. Женя поворачивает меня к себе вместе со стулом и смотрит в глаза. Знаю, что он собирается сказать, но не хочу его слушать. Ничего не хочу, кроме как продлить дни умиротворения и спокойствия. Он, видимо, понимает это и улыбается. – Такси ждет внизу. Пошли? Я киваю. Осматриваю напоследок комнату, не забыла ли чего. Кажется, кроме сердца, ничего не осталось. Столько эмоций я испытала на вилле. Поразительно! Будто все было не со мной и не по-настоящему. Всего несколько дней, а жизнь изменилась. Словно заново разделилась на до и после. И хотя, будущее, безусловно, пугает, но хочется идти вперед. Может быть, это означает, что я на верном пути? В машине Каримов садится рядом с водителем, а мы с Женей – на заднее сиденье. Пока едем, я смотрю в окно и вспоминаю прощание Эдуарда Викторовича с дочкой. Света устроила истерику. Плакала, просила папу не уезжать и с отчаянной силой цеплялась крохотными пальчиками за его рубашку. Невольно сжимаюсь, снова и снова прокручивая в голове эту сцену. Маленький человек, который любит так сильно, что готов на все, лишь бы папа не ушел. Расставание отца и дочери было пропитано чистой болью и напомнило мне прощание с мамой. Хотя я тогда уже была взрослой. На мгновение закрываю глаза, воскрешая те эмоции. Зачастую не убегать от них – и есть шаг к принятию. Но сколько бы я ни пыталась, они, как якорь, остаются внутри. Внезапно пронзает другая мысль. А если бы месячные не начались? Если бы я забеременела и у нас с Женей родился ребенок? Такая же славная малышка, как Света? Как бы мы тогда действовали? Ответов нет. Но сердце сжимается. Этот вопрос звучит и звучит в ушах, как заезженная пластинка. Хотя более чем очевидно: сейчас нам дети не нужны и все к лучшему. Сначала разобраться бы с тем, что есть. После регистрации на рейсы каждый занят своими делами. Я пью кофе в ожидании вылета, рассматриваю людей и стараюсь больше не нагружать себя мыслями. Прокручиваю в голове изученные материалы. Это немного отвлекает. Женя что-то делает в телефоне, а Каримов ведет переговоры. Полет проходит хорошо. Смаривает сон, и я засыпаю на плече Жени. После посадки он настаивает, что отвезет меня домой на такси. Я не против, хочу подольше побыть с ним. Открывшая дверь Вика радостно улыбается, а я ощущаю себя выброшенной в незнакомую реальность. Женя заносит чемодан в квартиру и обещает, что заедет вечером. Он собирается встретить Олю и поговорить с ней. Я молчу. Сердце грохочет, будто сейчас сорвусь с обрыва. Хочется оттянуть момент, но, наверное, не стоит. – Как будут новости, я позвоню. – Поцеловав меня в губы, Женя уходит. Шумно вздыхаю и иду обнимать Симона. Вика что-то болтает, но я почти не вникаю. Беру кота на руки и, зарывшись лицом в его шерсть, опускаюсь на пол. Симон громко мурлычет, трется о меня. Давно не видела его таким ласковым. – Соскучился, да? Будто в ответ он начинает еще больше нежничать. Потискав кота, я разбираю вещи. Вика помогает. Показываю ей шрамы, рассказываю о походе и вкратце – как здорово было с Женей на вилле. – А у вас с Мишей как? – интересуюсь я. – Все нормально. Мы созвонились. Пару раз встретились. Я не стала скрывать от него, что была задержка и я делала тест… Мы решили всегда предохраняться. И только так! – Все-таки отношения? – Не знаю. Он слишком занят своей работой. В приоритете у Миши всегда будут компьютеры и его странные приложения. Пока мы просто встречаемся и приятно проводим время. А дальше посмотрим. – Что с Лёней? – Лё-ёня?.. – тянет Вика. – Объявился на днях. Просил прощения, умолял вернуться. Я его отшила. И получила от этого невероятное удовольствие, – улыбается она. Я тоже улыбаюсь. Мы еще немного болтаем, Вика оставляет меня одну. Бесцельно брожу по комнатам и изредка разговариваю с Симоном. Не могу до конца осознать, что случившееся в Грузии действительно было со мной. Через несколько часов телефон по-прежнему молчит. Наматывая круги по квартире, я проверяю экран каждые пять минут. Где Женя? Почему он не звонит? Почему не едет? Потом вспоминаю, что добавила его в черный список. Разблокировав контакт, я набираю номер. Гудки. Пустота. Ничего. Звоню снова. И снова нет ответа. Я сажусь на диван и закрываю глаза. Странное предчувствие холодной змеей ползет под кожей. Накатывает паника. Ведь если бы все было хорошо, Женя бы уже приехал или хотя бы перезвонил, правда? Значит, ни черта не хорошо?