Глава 77. Ты же северянка!

Глоток. Ещё глоток. Горло делало непроизвольные рефлекторные движения — в него настойчиво вливали жидкость. Что происходит? Похоже, удар о твёрдый пол подвала лишил на какое-то время сознания, а теперь оно возвращалось. Тупая боль давила правый висок. Снежане потребовалась пара секунд, чтобы окончательно прийти в себя.

Она ощутила, что её движения ограничены — поняла, что привязана к стулу. Её голова была запрокинута чьей-то пятернёй, вцепившейся в волосы. Вторая рука этого кого-то бесцеремонно лила ей в рот что-то сладковато-горьковатое из стеклянного сосуда.

Снежана отчаянно начала отплёвываться. А затем стиснула губы. Наверняка, то, чем её пытаются напоить, совсем небезобидный компот.

— Этого будет более чем достаточно, — самодовольной репликой отреагировали на её нежелание и дальше глотать подозрительную жидкость.

Голос показался смутно знакомым.

Мужчина перестал тянуть Снежану за волосы и отошёл на пару шагов. Глаза щипало, будто в них насыпало песку. Пелена размывала картинку. Но всё же Снежане удалось, наконец, рассмотреть, что вокруг. Она находилась в подвале Тельмара. Крышка люка была закрыта. Света не слишком много — горела только пара настенных светильников. Мужчина, который насильно напоил какой-то дрянью, стоял к Снежане спиной. Высокий, широкоплечий, в длинном сером плаще с капюшоном. Кто он? Что ему нужно? Пока понятно только одно — этот негодяй специально столкнул Снежану вниз и воспользовался её обмороком, чтобы связать.

Она попробовала освободить руки, которые были стянуты за спиной верёвкой и вдобавок привязаны к спинке стула. Движение отозвалось резкой болью. Похоже, правое плечо сильно ушиблено. Правая нога тоже ощутимо ныла. Видимо, правая сторона тела приняла основной удар при падении. Освободиться так просто не получится. И дело не только в боли. И ноги, и корпус были надёжно зафиксированы.

Попробовать закричать? Звук из погреба вряд ли долетит до охраны, которая дежурит под дверью кабинета. Поэтому Снежане и не заткнули рот кляпом. А может, охранников уже тоже нейтрализовали?

— Развяжите немедленно, — потребовала она.

— Пока рано, — ответил обладатель плаща, не разворачиваясь.

— Что значит пока?

— Развяжу, когда яд подействует.

— Яд?

Это блеф или мерзавец действительно влил в Снежану отраву? Да что ему от неё надо?! Она напряжённо наблюдала, как он перебирал содержимое одного из стеллажей, пока не нашёл то, что искал — таймер. У Тельмара имелся целый набор специальных приспособлений, для того чтобы отмерять время — от нескольких минут до нескольких часов. Тельмар использовал их в экспериментах. Они были похожи на песочные часы. Только начинка не песок, а вязкая жидкость.

— Яд подействует через два часа, — обладатель плаща перевернул таймер и поставил на стол. Синяя жидкость тоненькой струйкой потекла из верхней части в нижнюю.

Снежану прошиб холодный пот. Чем дальше тем больше она понимала, что насчёт яда — это не злая шутка, а правда.

— Я хотел обойтись без лишних жертв. Убийства — не мой метод, — обладатель плаща развернулся к ней лицом и скинул капюшон.

Первое, что бросилось Снежане в глаза — ярко-рыжая шевелюра, а в следующее мгновение она поняла, кто перед ней — Млистон, отец Ларитты. Снежана не слишком хорошо его знала. Видела всего несколько раз — он сопровождал дочь на мероприятия фестиваля.

— Если бы эта тупица Ларитта послушалась меня, сидела бы тихо, то мне не пришлось бы прибегать к радикальным мерам. Я говорил ей, что всё сделаю сам. Её задача была не высовываться, но она проявила излишнюю инициативу. Так что за свою скоропостижную кончину скажи спасибо ей. После того, как ты узнала её маленький секрет, я вынужден закрыть тебе рот. Как жаль, что у меня не осталось зелья забвения, но зато есть яд.

Это он про беременность Ларитты? Боится, что Снежана кому-то бы рассказала? Решил спасти честь дочери, умертвив свидетеля её греха? В голове не укладывалось. Сердце ухало. Паника комом подступала к горлу. Снежана глядела на своего отравителя с ужасом. Неужели можно вот так просто, как о мелкой бытовой проблеме, рассказывать о готовящемся убийстве? Вернее, уже практически совершённом убийстве?

В глазах Млистона не было гнева. Да и других чувств они не выражали. Холодные, отстранённые, беспристрастные, будто обращённые внутрь себя. Почему-то именно сейчас Снежана окончательно перестала сомневаться, что её собрались убить. Этот ненормальный не блефует. Он действительно влил в Снежану яд. Что же делать? У неё осталось только два часа? Есть ли противоядие? Хотелось верить, что есть. Возможно даже среди препаратов Тельмара. Снежане бы только выбраться отсюда.

Но как? Это невозможно. Млистон сел на стул напротив неё на расстоянии пары метров. Будет хладнокровно ждать, пока Снежана отключится? Видимо, да. На это его расчёт. Когда яд возьмёт своё, он отвяжет Снежану и имитирует несчастный случай.

Волна страха и безысходности накатила с новой силой. Бум. Бум. Бум. Сердце стучало так громко, что заглушало мысли. Нет. Так не пойдёт. Главное — не терять хладнокровие. Не давать приступам паники нейтрализовать способность думать. Если и можно спастись, то только переиграв мерзавца. Каким образом?.. Ни одной идеи. Когда твои глаза заворожено глядят на тоненькую струйку часов, отсчитывающую твои последние минуты, способность сконцентрироваться отключается.

Нет, Снежана не будет раскисать. Она врач. Два часа — это уйма времени. За два часа можно спасти не одну жизнь. И собственную тоже можно спасти. Надо ударить по слабостям мерзавца. Такие люди бывают трусливы. Попробовать сыграть на этом?

— Вы просчитались, господин Млистон, — подавляя дрожь в голосе, произнесла она. — Готовили ловушку для меня, но попали в неё сами. Через полчаса в кабинет зайдут гвардейцы, которые дежурят у двери. У них приказ не оставлять меня одну больше чем на тридцать минут. У вас ещё есть шанс спастись, если отвяжете меня и дадите выйти…

— Не надо принимать меня за идиота, — перебил подонок. — Гвардейцы сюда не зайдут. Король так боится, что тайна болезни его сына раскроется, что запретил кому бы то ни было нарушать владения Тельмара без его на то разрешения.

Млистон знает о болезни Твинсена? Откуда?

— Твоя охрана мне не помеха. Когда всё закончится, я выйду отсюда так же, как и зашёл — через лабораторию.

Этот мерзавец знает и о запасном выходе из кабинета. Всё предусмотрел.

— Можешь не сомневаться, я побеспокоился о том, чтобы ближайшие два часа нас никто не потревожил, — мерзко улыбнувшись, продолжил Млистон. — Тельмар появится здесь ещё не скоро. Он на Большом Совете, который по моим расчетам продлится достаточно долго. На Крайдана тоже не надейся. Он ускакал к жёнушке. Застанет её почившей. Мои ему соболезнования. И даже если сие событие не побудит его к длительной скорби, и он тут же отправится назад, всё равно прибудет в столицу не раньше завтрашнего утра.

Супругу Крайдана тоже должны отравить? И это тоже дело рук Млистона? Да что он за человек? Что за игру ведёт? Снежана поняла, что всё гораздо сложнее, чем подумала вначале.

Он снова замолк. И она молчала. Ей ясно дали понять, что помощи ждать неоткуда. Синяя струйка жидкости равнодушно текла, понижая уровень верхней колбы часов. Казалось, уже четверть её содержимого была внизу. Снежана ощутила, как холодеют руки. Это начало сказываться действие яда или просто очередной приступ паники? Нет! Отставить панику! Думать! Как можно сбежать, если ты привязан? Никак? Но ты же в магическом мире, Снежана! У тебя в потайном кармашке бюстье хранится сильнейший артефакт. Стоит надеть его на шею — и ты окажешься дома. Сознание тут же зацепилось за эту идею. Если бы только высвободить хотя бы одну руку, тогда можно спастись. Окажись Снежана дома, в своей комнате в общежитии, Света тут же бы вызвала скорою. Реанимация, интенсивная терапия, аппарат ИВЛ — её бы спасли, даже если бы и не сразу поняли, что за яд попал в организм. Во всяком случае, шанс велик.

Но как высвободить руку? Сама Снежана не сможет. А кроме неё тут только один человек. Но он этого тоже не сделает. Проснувшаяся было надежда начала таять… Нет! Не сдаваться! Ты же врач, Снежана! Они никогда не опускают руки. И, кстати, не только врач. Снежана — представительница гордого сильного северного рода Магвайр-л’Арата. Она северянка. Точно! Она же северянка! Её же все обвиняли в наличии пресловутого ментального дара женского воздействия на мужчину. Даже Тельмар убеждал, что ей дан подобный дар, Только владеть она им не умеет. Похоже, самое время научиться.

Она посмотрела на Млистона долгим изучающим взглядом. Как это делается? Что она должна предпринять? Попытаться флиртовать? Или дальше вот так же сверлить взглядом? Давать мысленные команды? А может надо заговорить? Дразнить, вывести на эмоции? Лучше всё сразу.

— Чьего ребёнка носит Ларитта?

— Ларитта носит будущего короля Лангобора.

Снежана так и думала. Речь про власть, про смену династий. Идёт крупная игра. А она просто случайно перешла дорогу.

— Вы просчитались — принц не назовёт её имя.

— Не важно, чьё имя назовёт принц. Его никто не поддержит. Будет тайное голосование и каждый из Советников проголосует за мою дочь. Каждый. В таком случае даже король не сможет наложить вето на решение Совета.

Снежана заметила, как оживился Млистон. В его глазах загорелся нездоровый огонь. Возможно, она идёт в правильном направлении.

— Они не будут голосовать за неё, — презрительно сощурилась Снежана, продолжая заводить мерзавца.

— Проголосуют, — он подался вперёд. — Сегодня утром каждый из них получил конверт. Особенный конверт. Когда они прочитали содержимое, уверен, у них у всех начали трястись руки. У каждого из этих холёных знатных магов есть грешки. Ещё какие грешки. Каждый тянет на смертный приговор или с десяток лет в пещере Коэна. Они думали, что никто не знает о их грязных пороках, но я знаю. Знаю про каждого. И там, в посланиях, им обещано, что если они проголосуют неправильно, то об их грехах станет известно королю.

Млистон подскочил. Начал расхаживать по подвалу.

— Ты думаешь, у твоего теперешнего опекуна нет грешка? О, как ты ошибаешься. Когда его любовница понесла, он разыскал по её просьбе зелье, которое должно было выкинуть плод. Но зелье лишь искалечило ребёнка. На свет появилась девочка-уродец. Как думаешь, оставит ли король Демира главой тайной канцелярии, если узнает о таком? А хочешь расскажу, какой грешок водится за другим членом Совета — целителем? Уж вот кому грозит плаха. Это его кобра когда-то отправила на тот свет королеву, и скоро к ней присоединится и принц. Хорошо, что горбуну невдомёк, что кое-кто помог его кобре выбраться наружу.

Так вот оно что. Тельмар не виноват. Дело совсем не в том, что он не досмотрел за змеёй. Его питомца специально использовали, чтобы организовать покушение.

— Зачем вы это сделали?

— Зачем? — Млистон зловеще улыбнулся. — Тебе я расскажу. Такая красавица вправе знать всю красоту моего замысла.

Он перестал метаться по комнате, схватил стул и, пододвинув вплотную к Снежане, сел.

— Когда наш прошлый король, не имевший наследников, испустил дух, произошла смена королевских династий — престол занял Арттерик. Разве справедливо, что это снова был представитель Запада? Наш южный род не менее древний и тоже претендовал на трон. Но Высший суд отказался даже изучать нашу родословную. Нас обсмеяли и унизили. Тогда я был ещё совсем юн, но жажда справедливости во мне была сильна. Я собрал сильнейших магов Юга и принёс им магическую клятву, что следующим королём Лангобора станет представитель нашего южного рода. Причём чистейший южанин без примеси других кровей.

Теперь картина начала прорисовываться. Вот, оказывается, что за клятва, про которую твердила Ларитта.

— Сначала план был прост. Подстроить череду несчастных случаев, которые бы истребили всю королевскую семью. И случай с коброй был первым. Но после первого покушения, королевская охрана была настолько усилена, что сложно было подготовить следующее покушение. Год за годом планы срывались. Однако какое-то время назад я понял, что новое покушение и ненужно. Принцу осталось недолго. Король торопился с фестивалем. Моей задачей было только сделать из Советников послушных марионеток. А это было не так и сложно, если не считать Крайдана. С ним мне пришлось изрядно повозиться. Зато у остальных я быстро отыскал слабости. Слабости есть почти у всех, не так ли?

Рука Млистона уже с минуту скользила то по бедру Снежаны, то поднималась выше. Снежана чувствовала, что у неё получается. Она смотрела на мерзавца пристально, не давала ему отвести взгляд, мысленно приказывала ему развязать себя.

— У всех есть слабости, — согласилась она, — даже у тебя. Ослабь верёвку, высвободи мою руку. Ведь ты же хочешь почувствовать мою ладонь, скользящей по твоему телу.

— О, да, — простонал он. Подался вперёд и начал возиться с узлами.

Через пару секунд Снежана ощутила, что обе её руки свободны…