Глава 11 · Попала в сети

Новость о том, что я понравилась принцу, заставляла сердце ликовать. Поэтому вечером к реке я заявилась в крайне приподнятом настроении. А вот Лайэль, напротив, казалось, был не в духе. Вытащив спутанную сеть, он как смог развесил ее на камышах и, потирая подбородок, размышлял, что делать дальше.

— А, ты вовремя, привет, — бросил мне через плечо и взялся за первый узел. — Ну как успехи?

Говорит, а такое ощущение, что знает, и отчего-то злится. Мне кажется, или он совсем не рад, что я прошла этот этап? Хотя, возможно, я надумываю. Ну мало ли, какие у него проблемы? Может, рыба не клюет.

Стараясь не обращать внимания на то, как он хмурит брови, я уселась на небольшую скамеечку и взахлеб выложила ему все события сегодняшнего дня. Даже про Тьярри рассказала, восхитившись его железной выдержкой. А уж разговор с распорядителем поведала почти дословно, в конце повторив тот же вопрос, что так расстроил Ваффеля.

Лайэль задумчиво раскладывал сеть.

— Ну, может, и понравилась, — проговорил, не глядя на меня. — А может быть, из вредности, чтоб понервировать Совет. Флориан с ними не ладит, если ты не знала.

Я знала. И помнила слова господина Морденелло о том, что Флориан скорее женится на лесной фурии, лишь бы им не угодить. Очень не хотелось думать, что принц ассоциирует меня именно с ней, но если это поможет выиграть отбор, то я не против.

В голове толкалась огромная куча вопросов, на которые мне так и не ответил Ваффель, поэтому я высыпала их на Лайэля. Особенно интересовало, что означали переливы.

— Да ничего сложного, — он немного оживился, повернулся и наконец-то посмотрел в глаза. — Это древнее растение, напитанное кровью династии. Есть у них такая традиция: новый властитель и его наследники проливают кровь под корнями этой стинарры. Специально, например, порезав себе руку, или приходят с поля боя и сидят под ней, а кровь стекает. Жен тоже касается, кстати.

— А эти сиреневые переливы?

— Означают тупо природную совместимость с кровью правящей династии. У нас столько рас перемешано, не мудрено. Если стинарра не отреагировала, значит пара несовместима. То есть детей у них не будет. Сама понимаешь, этих отсеют, принцу нужен наследник. А его способны родить те, у кого заиграло сиреневым. Изумрудные — это девочки.

— У меня не будет девочки? — ахнула я.

— С принцем — нет. Однозначно. Стинарра не ошибается.

— Но как же так? — я разочарованно вздохнула. — А как же платьишки, косички, цветочные куколки и все такое⁈ Мальчишки они же… — я вспомнила пацанов Греттель и поежилась. — Они такие хулиганы!

— В данном случае — это наследники, Ди. Правящей династии, если что. Подержи вот этот узел, — он вручил мне край сети и перелез через меня с другим.

— Нет, я понимаю, но девочки… Я всегда хотела дочку…

— Еще раз повторю, с принцем у вас девочки не будет. Ну, если тебе очень хочется, попробуй со мной, — он нахально хохотнул и вручил мне второй угол сети. — Вставай, нужно ее растянуть.

Понимаю, что он пошутил, но щеки вспыхнули от его предложения алым румянцем. Я поднялась и пыхтя возмущением отошла на несколько шагов. Сеть немного отползла, но центральный клубок был спутан намертво.

— А почему на короля дерево реагировало золотом?

— Потому что он ее хозяин, потомок того, кто много веков назад ее посадил и поливал своею кровью. Кстати, с помощью этой стинарры легко уличить неверную жену, она сразу укажет, принадлежит ли дитя к роду правителей. Имей в виду, — он хитро подмигнул.

Вот хам! Всерьез что ли решил, что я прибегу к нему за девочкой?

— Когда я прикасалась к ней, мне показалось, что по корням струилась сиренево-золотая змейка.

Лайэль поднял глаза и как-то странно посмотрел на меня.

— Тебе показалось, — наконец сказал он. — Корни крайне редко реагируют и показывают только будущее. Золотая нить — это будущее рода правителей Алайи. Если бы стинарра отреагировала золотом, отбор уже был бы завершен.

Я задумалась. Наверное, он прав, возможно, просто солнечные блики отразились, а возможно, просто показалось, ведь никто, кроме меня, этого не заметил. Я досадливо вздохнула.

— Да ладно тебе! — Лайэль растащил сеть по траве и теперь делал надрезы ножом по краям центрального клубка. — Вот прям так он тебе нужен?

Я возмущенно полыхнула носом:

— О чем ты говоришь? Конечно! В чем смысл жизни девушки? Удачно выйти замуж! Это, можно сказать, некая великая цель, как истинный смысл моего существования!

— Тебе нужен сам Флориан? Зачем? — Лайэль ловко подрезал очередную петлю и зацепил ее зубами.

— Как зачем? Он же принц! В нем же все! Положение в обществе, состояние! Я помогу сестре наладить жизнь, выучить детей…

— Ты не поняла вопроса. Я спросил о Флориане, а ты говоришь о его статусе.

— Но я еще не видела его! Кстати, ты оказался прав, он опять не появился! Если бы Греттель не видела его тогда, я бы уже сочла, что он страшный как подземный демон, и поэтому прячется ото всех, чтобы невесты не разбежались врассыпную!

— Ха-ха! — Лайэль искренне развеселился и вручил мне очередной отвоеванный у сети кусок. — Не страшный, не переживай, — успокоил меня, деловито рассматривая спутанные края. — И появится, куда он денется, он на девок падкий!

— Как странно… Ты хорошо знаешь принца, традиции королевской семьи. Откуда? Расскажи! — этот вопрос не давал мне покоя.

— Да так… — Лайэль досадливо сморщил нос, словно ему было неприятно об этом говорить. — Мы вместе росли. Когда-то даже дружили, если с таким, как он, вообще можно дружить. А потом не поделили девушку. И все: теперь я здесь, а он там, и мне запрещено показываться пред его светлы очи, — усмехнулся он.

Вот это было неожиданно. Он был другом принца?

— Значит ты не из прислуги? Ты не просто рыбак?

Лайэль снова поморщился:

— Диали, давай оставим эту тему. Во-первых, я могу соврать, поверь, со мной частенько так бывает. Во-вторых, ну зачем тебе это? Будет интересно, спросишь потом у Флориана. Идет?

Стало немного обидно. Но личность Лайэля теперь для меня была окружена ореолом невидимой тайны. Я с восхищением наблюдала, как ловко он орудует руками, воодушевленно распутывая узлы. То есть парень явно из знатной семьи, но что сподвигло его остаться во дворце после опалы принца? Почему он не уехал домой? Или… Или у него больше нет дома?

Я ахнула. Возможно. Меридорские войны стерли с лица земли огромное количество городов и селений. Спрашивать об этом было неудобно, не хотелось бередить старые раны, если таковые имелись, поэтому я зацепилась за тему попроще:

— Судя по всему, девушка выбрала тебя? — улыбнулась я. И пусть я еще не видела принца, но выбор девушки отлично понимала. Лайэль обладал не просто холодной красотой, была в его образе какая-то теплинка, какая-то дурманящая манкость, которая так и тянула прикоснуться.

— Смеешься? — он поднялся и отряхнул штаны. — Она не выбирала. Флориан долго думал и тормозил, а я взял — и завалил. Только и делов. Мне она не отказала, а у него, оказывается, были чувства…

От такого откровенного признания я оторопела, вспыхнув. Наверное, можно было догадаться, что парень его возраста и внешности вряд ли будет скромным девственником, но его слова меня огорошили. Я представила ту девушку в его руках и покраснела до кончиков волос. Благо, он не дал мне опомниться.

— Так! Ничего не получилось, я сдаюсь! — он бросил узел и взялся за нож. — Держи вот тут и тут!

У меня уже не хватало рук. Лайэль намотал мне на ладони колючие плети, распутанную часть оттащил в сторону и бросил на траву и начал аккуратно вырезать спутанный узел.

— А нельзя на этих самых сомов поставить другую сеть? — вдруг озарило меня. В самом деле, тут их не один десяток, а он прицепился именно к этой!

— Не-е, — Лайэль увлеченно резал путы. — Эта сделана из перекрученной теквирской нити, ее только нож берет. Ты видела пещерного сома?

— Нет, — искренне напугалась я.

— Ну вот! Там зубы как лезвия! И водятся они только в проливах, в подводных пещерах в устьях рек, где те впадают в море, поэтому и форма у этой сети другая. Она ставится на мелководье и светится в темноте, привлекая их внимание.

— Ну раз так… Я не видела ни моря, ни сомов, ни пещер, поэтому поверю тебе на слово, — я приняла из его рук еще один освобожденный край и теперь походила на паучиху, запутавшуюся в собственной паутине.

— Не видела моря? — удивился Лайэль. — А хочешь посмотреть? — он вручил мне еще одну плеть, а я аж осела от изумления.

— Как посмотреть?

— Глазами! — засмеялся он. — Возьму тебя с собой на сомов, когда луна станет полной. В это время особенно красиво, в устье распускаются розовые водоросли, похожи на розу, но без листьев, при свете луны умопомрачительное зрелище. Пойдешь?

Соблазн был велик, но я отрицательно замотала головой. Идти куда-то ночью с малознакомым парнем, чтобы посмотреть на каких-то зубастых сомов? Безусловно, я хочу, но страшно же! Остатки разума и здравого смысла пока еще были со мной. Что будет, если во дворце узнают, что я по ночам встречаюсь с мужчиной? И кому я докажу, что мы ходили за сомами?

Лайэль усмехнулся, отбросил узел и полюбовался на творение рук своих. М-да, куча перекрученных ошметков и посередине кривая дыра. Если в эту сеть и можно поймать кого-то, то только жуткого неудачника.

— Ничего, заштопаем! — деловито улыбнулся он и потянулся, распрямляя спину. — Так! Давай распутаем вот этот край!

Я завороженно зависла, наблюдая, как перекатываются мышцы его рук — рельефные и упругие, сразу видно — физический труд ему не чужд. Он молча поймал мой взгляд, отобрал тяжелые плети, что-то помудрил и вручил два края обратно.

— Отходи! — сеть перекрутилась колбасой. — Теперь повернись! — я перевернулась вокруг своей оси и оказалась в коконе. — Подныривай!

Он приподнял какой-то край. Я рыбкой нырнула туда и — о, чудо! — колбаса размоталась!

— Как ты это сделал? — удивилась я.

— Терпение и сноровка! — он взялся за концы и обошел вокруг меня. Здесь сеть образовывала воздушный узел, и чтобы его развязать придется покувыркаться.

— Лайэль, нам это не распутать, — осторожно выдохнула я.

— Спокойно, Диньдилика, слушайся меня! Итак, на чем мы остановились? Значит, Флориан нужен тебе, чтобы облегчить жизнь сестры?

Я запнулась. Не ожидала, что он вернется к этой теме, но спорить не стала и уверенно кивнула.

— Поднырни вот сюда и присядь, — я ловко проделала манипуляции, но, видимо, не в ту сторону, потому что вместо того чтобы распутаться, сеть снова запуталась, и Лайэль оказался ближе ко мне.

— А какая польза в этом лично для тебя? — спросил, глядя сквозь сеть, потому что я держала ее на вытянутых руках.

— Ну как какая? Я уже сказала — выгодно выйти замуж!

— Только и всего? — его глаза настойчиво буравили меня, так, что становилось неуютно.

— А разве этого мало?

— Но мало ли за кого можно выйти еще!

— За кого, например? — этот разговор начинал раздражать, я не понимала, к чему он ведет.

— Например, за любимого, — Лайэль хмыкнул, загнав меня в ступор, и отвернулся, продумывая, что делать дальше с сетью.

Я растерялась. Да, мне приходило это в голову, а что, если у нас не получится любви, но я гнала от себя эту мысль прочь.

— Может быть, я полюблю его! — бросила с вызовом.

— Может быть… может быть… — задумчиво проговорил Лайэль, деловито обошел вокруг, и сеть затянула меня в плотный кокон.

— Понимаешь, трудно говорить об этом, когда еще не знаешь жениха! — почему-то бросилась оправдываться я. — Вот почему он не выходит? Это уже просто неприлично! Как тут полюбить, когда я даже посмотреть на него не могу?

Лайэль почесал переносицу, перекинул сеть через локоть и попросил меня пролезть в очередную петлю.

— Ну так посмотри, кто тебе мешает? — бросил, увлеченно продолжая свое дело.

Я замерла на полушаге.

— Что значит — посмотри? Где я его увижу?

Лайэль вздохнул, видя, что маневр с петлей все лишь усугубил, отобрал у меня один край и всучил другой.

— Центральное крыло замка со стороны сада. Мраморные балюстрады с сердоликовыми драконами. Второй этаж, крайнее окно слева возле башенки с флюгером и драконом без одного клыка. Это его спальня. Не спутаешь, если пойдешь вечером, окно будет светиться красным. Там куча растительности — залезть и спрятаться вовсе не проблема.

— Лайэль! — я вылупила глаза и наступила на сеть, та осела с его плеча, заставив его пригнуться, а я запуталась ногами и рухнула в траву, утянув его за собой. Теперь мы были похожи на двух мух в паутине. — Ты предлагаешь мне подглядывать за ним?

— Я? Нет! Это ты только что изъявила желание на него посмотреть! — и глаза такие наивно-невинные, будто речь о том, чтобы пироженку с кухни стащить!

Я трепыхнулась в сети, но стало понятно — выбраться сложно. Кто может попасться в дырявую сеть? Правильно. Невеста-неудачница!

Лайэль давно довольно лыбился, словно понимал — я пойду! И это заставляло меня злиться.

— Только уговор, — он подтянул сеть, и его губы оказались прямо возле моего лица, нас разделяли только пара слоев мелкой сети. — Я помогу тебе увидеть принца, а ты пойдешь со мной к пещерам за сомами.

Я дернулась, пытаясь встать, но сеть держала меня крепко, или это он удерживал ее так, что я не могла двинуться с места?

— Я никуда не пойду! — заявила по слогам, цепенея от его глаз. Вроде такой холодный цвет, а взгляд обжигающе теплый. Смотрит, словно обнимает, аж дрожь берет. — Ни подглядывать за принцем, ни с тобой за сомами! Тем более, тебе нечем их ловить, ты испортил сеть!

Он засмеялся, отпустил руки и поднялся, ловко стряхнув с меня путы.

— Вылезай! Солнце садится, Ди! Беги, а то не успеешь. И помни, наш договор в силе!

— Какой еще договор? Лайэль! Я не пойду! — я грозно топнула ногой. Разбирала злость и непонятное отчаяние. С чего он взял, что я побегу? Как понял, что хочу идти с ним ночью в лес? И зачем… зачем так быстро отпустил меня?

Он примирительно поднял вверх руки.

— Ладно, ладно! Не ходи, как скажешь! А насчет сомов подумай. Впереди еще несколько этапов… А я знаю все привычки принца… — он задумчиво выгнул бровь, глядя в сторону. — Я помогу тебе, ты — мне, как такой договор? — он вернул взгляд на меня и победно улыбнулся.

Чтоб тебя, поганец! В сердцах отбросила ногою сеть. Меня душил тихий смех…