Глава 9

Ждать пришлось недолго, но за это время я не придумала ничего нового. А может, и правда такое изобретение, как часы, для этого мира сейчас неактуально.

Вышел Адлар и кивнул, чтобы я шла за ним. Но он не сразу направился на лестницу. Вначале перешел в другое крыло на этом же этаже и по очереди стукнул кулаком в две двери.

– Просыпайтесь! – прокричал он и только после этого стал спускаться по ступеням. Я, памятуя его наставление, ни на шаг от него не отходила.

На первом этаже в зале, где мы вчера ужинали, уже жарко пылал камин. Присев за стол рядом с Адларом, я поинтересовалась у него:

– Это ваш дом, да?

Зевнув, он утвердительно качнул головой.

– А Волдо и святой отец, они у вас живут?

– Вот еще. У Волдо рядом свое поместье, мы вчера туда и направлялись, да тебя по дороге встретили. А отче Бенедикт… Ну он так-то при храме приписан, только часто с нами проводит время. А тебе зачем? – Адлар отчаянно растирал лицо руками. Видно, совсем не выспался.

– Знакомлюсь с укладом вашей жизни. Очень надеюсь, что мне удастся вернуться обратно и я буду вспоминать добрым словом вас и свои приключения.

– Не думаю, что твоим планам суждено сбыться, дочь моя.

В зал зашел храмовник, а следом за ним заспанный, с отпечатком меховой подушки на щеке Волдо. Я аж подпрыгнула от такого обращения. Еще накануне он называл меня ведьмой и призывал сжечь, а сегодня, посмотрите-ка, дочь моя!

Пока они рассаживались, я во все глаза разглядывала отца Бенедикта, а то вчера с перепугу боялась лишний раз на него посмотреть. Высокий, поджарый, с очень прямой спиной. Пепельные волосы волнами ниспадали на плечи. Высокий лоб, серые, пронзительные глаза, тонкий нос с еле заметной горбинкой и ухоженная борода. Наверняка прихожанкам он очень приятен. И тембр голоса, когда не кричит про ведьм, обволакивающий и какой-то родной. Так, про что это я?

– Почему вы так думаете, святой отец?

Что он надумал в отношении меня?

– Видишь ли, наш Создатель, – он картинно поднял глаза к потолку и перекрестился, – крайне разумен. И если перенес тебя к нам, значит, на то имелись веские причины. Не думаешь же ты, что он тебя на день-два сюда определил? – и храмовник улыбнулся мне такой обворожительной улыбкой, что у меня аж мурашки побежали по спине.

М-да. Давненько я не оказывалась в компании настолько привлекательных молодых мужчин. Вернее, никогда.

– Но здесь мне не выжить. Одни волосы чего стоят… – я грустно вздохнула в ответ.

– Мой их дурным корнем, от него они зараз потемнеют, – это кухарка, что накрывала на стол, вклинилась в разговор со своевременной помощью.

– Спасибо, – я поблагодарила ее. – А где его взять?

– Да в любом доме его полно. Ты зайди потом на кухню – отсыплю, – с опаской кидая взгляды в мою сторону, но все же миролюбиво предложила она.

Это ж надо, какие разные люди. Бирк со мной вчера разговаривать боялся, а она на кухню приглашает.

– Но волосы это не главное, их и под головным убором можно спрятать. А как быть с тем, что я не знаю совершенно ничего о вашем мире? Я даже не знаю, как у вас принято обращаться к людям.

– Истинный господин – это к господам, святой отец – ко мне, а с остальными как хочешь, – пожал плечами храмовник. – Можно и собакой обозвать или просто “эй, ты”. – И он изящным жестом смахнул соринку с рукава.

У меня все больше складывалось впечатление, что он будто красуется передо мной. Только с чего бы?

– Ну, допустим. А чем я буду зарабатывать на жизнь? Как вообще легализуюсь в вашем мире? – Увидев удивленные взгляды, я поторопилась объяснить: – Как объяснить, откуда я взялась? Не скажешь же – на дороге нашли.

– Пока ты под нашей защитой, бояться тебе нечего. А в остальном давай думать, чем мы можем помочь друг другу. Расскажи остальным про время, что ты мне втолковывала. – Говоря это, Адлар отправил в рот приличный кусок мяса и закончил фразу с набитым ртом.

Я в который раз принялась объяснять, что без точного времени взаимодействие людей затруднено.

– Святой отец, как вы на службе ориентируетесь? Сколько она должна длиться?

– Сколько пожелаю, – беззастенчиво усмехнулся храмовник. – Когда Всевышний радуется, то и я с ним. А бывает тошно, поэтому ограничиваюсь малым.

Я снова предприняла попытку растолковать важность наличия часов на примере отправления обозов, но мои собеседники только пожали плечами. Этот ушел – жди следующий. Делов-то! Одним словом, мне не хватило знаний и красноречия, чтобы убедить их. А если я этим не смогла доказать, то про весь остальной мир не стоит и думать.

– Часы я привела в пример, потому что это первое, что пришло в голову. Я про ваше возвращение в столицу думаю. Вот и предложила…

– А что еще особенного есть в твоем мире? – спросил Волдо и громко рыгнул прямо за столом. Позорище, да и только!

– Я так сразу и не соображу. Может, ателье по пошиву одежды открыть в столице или ресторан? Правда, о тонкостях их мастерства я не имею понятия.

– Швей в столице достаточно, харчевен тоже, – возразил Адлар, тряхнув головой.

– Вы мне совсем не помогаете. Расскажите тогда, чего у вас нет! – предложила я, но сразу поняла, что они не смогут этого сделать. Как рассказать о том, чего не знаешь?

– Мне бы в столицу вашу попасть, самой осмотреться, но при этом вместе с вами. Так спокойнее будет.

– Нам нельзя отсюда выезжать. В любой момент нагрянут дознаватели, и, если не встретят нас – сразу в тюрьму. Когда поймают, – пояснил Адлар.

– А святой отец? Хотя, наверное, будет странно видеть храмовника в компании девушки.

– Дело не в этом, ему тоже нельзя покидать эти земли, – Адлар тяжело вздохнул.

– А на каких условиях вы можете выехать? Позволено ли вам проведать семью? К лекарю столичному на прием попасть? Одежду себе пошить? Что является уважительной причиной?

Судя по недоуменным переглядам, они и об этом не задумывались.

– И когда приедут дознаватели, вы тоже не знаете. Так?

Вот тут они единодушно кивнули в ответ.

– Тогда давайте договоримся следующим образом. Я помогаю вам вернуться в столицу, а вы мне – устроиться в этом мире и сохранить мою тайну.

– Согласен! – Адлер с Волдо ответили почти одновременно, а храмовник отвел взгляд.

– Святой отец? – обратилась я к нему.

– Ты не сможешь меня отсюда вытащить, надо мной власть церкви, – печально произнес он.

– А что, церковь не нуждается в деньгах или уникальных новинках? А если их предложите именно вы?

Я по-свойски подмигнула храмовнику. И еле удержалась от хохота, когда он изумленно приоткрыл рот.