2 глава

— Да не трогайте вы меня, вдруг у вас руки грязные? Я брезгливая, между прочим. И вообще, поставьте туда, где взяли! — возмущалась я на ходу, пока непонятные балахонистые личности вели меня куда-то по коридору.

Ну как вели… Взяли с обеих сторон под локоток и попытались сдвинуть. А мне и так страшно, к тому же, полы у них холодные, мне даже носков никто выдать не додумался, да и в детстве любила кататься так, когда мама с папой вели за ручку с двух сторон… К чему это я? А, я и поджала под себя ножки. Мне идти никуда не надо, уговор был только на алтарь, куда я добровольно притопала. Вот им надо — пусть и несут. А эти гады и понесли!

— Да поставьте, говорю же вам!

— И ты пойдешь дальше сама? — уточнил один из них, продолжая идти.

— Нет, конечно! Мне что, делать больше нечего?!

Только что осознала, что меня не собираются жертвоприношать… Тьфу ты! Приносить в жертву! А значит, я не могу выполнить часть своей сделки, следовательно, не могу рассчитывать и на обратный ход.

Меня накрыло паникой.

Оказаться в фэнтези, где местный Темный Властелин с какого-то перепугу передумал проводить ритуал — испытание не для слабонервных. Я вообще поначалу думала, что меня просто накрыло обещанными галлюцинациями, вот и согласилась на дурацкую сделку! А теперь мне страшно, а когда мне страшно — инстинкт самосохранения в ужасе сбегает, и я начинаю чудить!

— Что ж вы делаете, ироды-ы! Рученьки мои бедные мне оторвете-е, — надрывалась я, болтаясь между этими балахонщиками.

От неожиданности они синхронно отпустили меня, и я, не успев сориентироваться, грохнулась на пол, ощутимо приложившись об него коленками.

— Ай! Больно, вообще-то! — вскрикнула обиженно, сморгнув невольно выступившие слезы.

— Ну так, ты же сама… — еще на что-то надеялся один из балахонщиков.

— Что я сама?! Ууу! Гады, платье мне испачкали, — протянула, вытаскивая из-под попы бледно-сиреневые лоскуты полупрозрачной юбки.

Вытянув ноги, тут же скользнула взглядом по изодранным коленкам. Правая была разбита сильнее, и из нее теперь вяло сочилась кровь.

— Надо было самой идти… — неуверенно пробормотал второй стражник, или кто он там, и попытался цапнуть меня за локоть.

— Руки убрал! Да что за день сегодня такой?! Один припадочный кинжал не смог воткнуть куда надо, всю грудь исцарапал, во, смотри! — я оттянула край платья пониже, демонстрируя балахонщикам царапины.

Парни заинтересованно подались вперед, рассматривая, подозреваю, совсем не царапины.

— Но-но, хватит глазеть, я смущаюсь. И я не договорила, между прочим! — я повысила голос, не предпринимая попыток встать. — Теперь еще ты!

Скривившись, осторожно отряхнула с раненой коленки прилипшие мелкие песчинки.

— Кто? — вклинился в наш разговор еще один голос.

— Что «кто»? Коленку мне разбил, не видишь, что ли?! — возмутилась, кивнув на коленку, и только после этого подняла голову.

Опачки, Властелин вернулся! Или это просто балахон похожий? Интересно, они их вообще когда-нибудь снимают, или мне придется ориентироваться по голосам?

— Кто из них разбил тебе коленку? — повторил мужчина ледяным тоном.

Но на меня не подействовало. Это он еще не слышал, как моя нежно любимая мамуля спрашивает, кто оставил немытую тарелку на столе — вот там уж точно все вымораживает изнутри.

— Он, — ткнула я наугад в ближайшего стражника.

У парня, кажется, от этого даже балахон побледнел. Особенно, когда третий участник разговора перевел взгляд на него.

— Или он, — добавила задумчиво, кивнув на второго.

Тот и вовсе, кажется, едва не сполз по стеночке.

— Не знаю. Признавайтесь, кто из вас уронил меня первым? — заявила требовательно под заинтересованным взглядом третьего балахонщика.

— М-мы не рон-няли… Сама упала… — слегка заикаясь, выдавил один из стражников.

— Идти не хотела, мы н-несли, — поспешно закивал второй.

— Это называется «несли»?! Да вы бы еще за ногу меня потащили, бамкая головой о ступеньки! О времена, о нравы! — патетично взвыла я, попытавшись все же встать, ибо надоело смотреть на них снизу вверх.

Но в ударенной коленке что-то протестующее щелкнуло, заставив меня зашипеть от боли. Черт! Еще ж и упала на то колено, которым некогда хорошо так приложилась о лед на катке!

— Ясно, — кивнул третий балахонщик и, шагнув ко мне, одним мимолетным движением подхватил на руки.

Я машинально обвила его за шею руками, удивленно уставившись ему в глаза. По крайней мере, надеюсь, что у него там глаза — без балахона с надвинутым по самый подбородок капюшоном я пока никого из них не видела.

— Так нормально? — уточнил он невозмутимым тоном, но мне на миг почудилось, что его губы дрогнули в подобии улыбки.

Прислушавшись к собственным ощущениям, неуверенно пожала плечами.

— Да вроде ничего так… Ну что, теперь на алтарь? — предложила преувеличенно радостным тоном, все же опознав в этом балахоне Властелина.

И в следующую секунду испуганно пискнула, покрепче обхватив руками шею мужчины, когда его руки дрогнули, едва не выронив меня. И ты, Брут?! В смысле, хватит меня тут ронять!

— Я не буду судить род Ваенгов за измену, как и обещал, успокойся, — процедил он сквозь зубы, все же удержав меня на руках.

Да я вообще тут самая спокойная! И конечно же, безумно рада за этих Ванг, кем бы они ни были, только я при чем? Или все же при чем? На всякий случай покивала с глубокомысленным видом.

— Это значит, что к алтарю мы сейчас не идем? — уточнила с грустью, когда мужчина понес меня в сторону, противоположную залу, где он меня оцарапал кинжалом.

— Не идем.

Когда он не пытается заморозить всех тоном своего голоса, а говорит вот так, почти с улыбкой, то даже приятно слушать… Но мне такое не подходит, увы.

— Давай через часик тогда, хорошо? — предложила миролюбиво, с комфортом расположив голову на его плече.

Властелин споткнулся, что-то прошипев себе под нос, но промолчал.

— Два часика?

Мужчина ускорил шаг.

— Предпочитаешь закалывать почти невинных девиц на рассвете?

Мы перешли практически на бег.

— Ты не подумай, я не осуждаю, у каждого свои предпочтения. Кстати, можно попросить подстелить одеялко? Очень уж плита там холодная. И протерли б ее, что ли, камни там смахнули, не знаю, неудобно же лежать. Сам, небось, не пробовал… — разглагольствовала я, пригревшись в его объятьях, только сильно сбивал с мысли какой-то странный звук, похожий на скрип зубов.

— Ну или подушку, тоже неплохо… Кстати, платье мне другое выдадут? А то это испачкалось, да и подол порвался слегка. Кто-то же додумался обрядить меня в этот ужас — ткань прозрачная, все видно, труселя даже можно рассмотреть. Или так надо для ритуала? Не, мне как бы не принципиально, просто…

— Пришли! — гаркнули над ухом, сбивая с мысли, и сгрузили перед какой-то дверью.

Правда, когда я попыталась упасть, придержал.

— Спасибо. Тут еще один алтарь? — поинтересовалась бесхитростно, а в ответ донеслось невнятное рычание.

Обернувшись, смерила его удивленным взглядом. Кстати, а сколько ему лет? Может, он уже совсем того, старикашка, вот с помощью жертвоприношения должен был вернуть себе силы? Потому и в балахоне.

Хм… А другие тогда почему? Все старикашки? Жуть какая! Хотя нет, знаю! Остальные молодые, но носят балахоны, чтобы не смущать своего властелина, теперь сходится.

— Твоя комната. Одежду принесут, — буркнул объект моего обсуждения и замысловатым пассом руки открыл дверь.

И к чему эта демонстрация? Просто толкнуть или повернуть ручку двери уже не модно? Будто я магии не видела — мои галлюцинации временами мне и не то показывали… Ладно, было всего пару раз, и то только слуховые, но могло бы быть и зрительное что-то!

Смерив мужчину подозрительным взглядом, собралась уже переступить порог комнаты, но вспомнила о насущном.

— Переносим все же на утро, да? Да не стоило так суетиться, я бы и на алтаре подождала… Или зажали одеяло?

— Иди в комнату, — процедил он почти угрожающим тоном. Довела-таки?

— Слушай, вот чисто по-человечески, ну хочется же провести сейчас ритуал, да? Или ты кинжал потерял? Да ты не переживай, можем сейчас быстренько сбегать на кухню и подобрать ножичек подходящий, ты, главное, с настроения не сбивайся! — воодушевилась я, а в следующий миг отметила очередной замысловатый пасс рукой, и какая-то невидимая сила подхватила меня и втолкнула внутрь комнаты.

За спиной с оглушительным хлопком закрылась дверь. Угу. Жертвоприношения сейчас не будет. Поняла, не дура. С тоскливым вздохом оглядела предоставленную мне богато отделанную спальню. Взгляд тут же прикипел к огромной кровати, занимавшей большую часть комнаты. Больше всего заинтересовал зеркальный потолок над ней.

Я искренне надеюсь, что мне просто одолжили чью-то спальню до утра, а не подселили к кому-то! Не-не-не, я на такое не подписывалась! Куда-то исчезнувший на время страх накатил с удвоенной силой. Я тут же метнулась к шкафу, дабы проверить его на наличие чьей-то мужской одежды. Если к тому, что умру, я была готова, то… то… А, не, зря паникую, шкаф пустой. Ну ладно тогда.

На всякий случай проверила и ящики письменного стола, стоявшего у окна, но там тоже было пусто. Комната мне определенно досталась нежилая. Это радует.

Прошлепав босыми ногами по каменному полу к двери — что за нелюбовь к мягким теплым коврам? — ради очистки совести дернула за ручку, но, как и ожидалось, меня заперли. Да я бы и сама не ушла, чего нервничать так? И в первый раз добровольно притопала для ритуала…

Испустив еще один тяжелый вздох, обошла комнату по периметру. И только сейчас обнаружила неприметную небольшую дверь за шкафом. Толкнув ее, возликовала — ванная! Ура-ура! Кое-куда мне тоже уже давно хотелось. Живем!

И уже не удержалась от радостного возгласа, поняв, что тут есть горячая вода. Набрав себе полную ванну, с наслаждением скинула с себя полупрозрачные тряпки и забралась в нее по самую шею. Ровный ряд каких-то соблазнительно пахнущих разноцветных баночек, выстроенных у стены на полочке, настраивал на благодушный лад.

Тупая пульсирующая боль уже расплывалась от затылка к вискам, грозясь вскоре охватить все области головы, знаменуя приближающийся приступ, но пока у меня еще было время понежиться в ванне. И заодно вспомнить, как же я докатилась до жизни такой, и придумать, как теперь выпутаться из сложившейся ситуации…