38 глава

Арина

Я сидела за столом и вяло ковыряла вилкой студенистое нечто, лежавшее на тарелке и попахивавшее рыбой. Фу! С детства рыбу ненавижу. Рис и рыбу! И кто бы сомневался, что вот эта ерундень — любимое блюдо Овсянки, то бишь Риссуэллы? Я передумала, согласна быть Ариэллой, только уберите эту гадость от меня подальше!

Покосившись на тарелку Аркенуса, сидевшего рядом, с завистью отметила, что ему положили отбивную с тушеными овощами. Уууу, гад!

Мало того, что бросил меня в комнате, так и не поговорив, мало того, что я даже не сумела выйти из комнаты, чтобы его найти, наткнувшись на двух служанок, присланных мне помочь собраться к ужину, так теперь еще и поесть не дает!

— Дорогая, кушай, это же твоя любимая галиматья, — услышала я приторный голос королевы, сидевшей справа от меня.

Конечно, она сказала что-то другое, правильно назвав блюдо, но для меня это был просто набор звуков, а на галиматью эта гадость, как по мне, была похожа больше.

Тяжело вздохнув, бросила взгляд на отрешенного Мартина, сидевшего чуть дальше, и подмигнула ему, с удовлетворением отметив, как ребенок повеселел.

Под столом, время от времени, тихонько порыкивал Зубастик, и я всерьез подумывала, не скормить ли ему это рыбное нечто. Останавливала мысль, что жрать ему все равно нечем. А носящаяся по коридорам мокрая, воняющая рыбой агрессивно настроенная тапка — это вообще жуть.

И вообще, какого черта я все еще изображаю Овсянку?! Арк знает, что я не она, все Ваенги знают, что я не она, между собой они уже тоже разобрались, моя личность установлена, почему я должна страдать над этой тарелкой?

Видимо, мой очередной вздох был чересчур красноречивым и громким, а может, Аркенус перехватил мой голодный взгляд, но, едва заметно улыбнувшись, переставил наши тарелки местами. О! Моя ты лапа!

— Лучше? — спросил тихо, с трудом сдерживая улыбку.

— Благодарю, — сдержанно кивнула, хотя в этот момент была готова расцеловать его.

Но мне еще серьезный разговор с ним затевать. И если четвертый пункт под вопросом, по первым трем я намерена узнать все в подробностях. Удовлетворенно вздохнув, с кровожадным видом принялась кромсать отбивную ножом, представляя, как позже получу все ответы.

Но несколько переусердствовала, надавив чуть сильнее, отчего металл по фарфору издал крайне мерзкий звук. И нечего так на меня смотреть. Может, это Аркенус с таким звуком воткнул вилку в студенистое нечто? И вообще, почему здесь так тихо, как на похоронах?! Кроме прозвучавшей реплики королевы, пропитанной лестью и фальшью, в банкетном зале, или что это за комната, царила полнейшая тишина.

Бледные Ваенги сидели молча и смотрели только на Аркенуса. Ну и мне иногда перепадали косые взгляды. Кажется, почти не ели даже. Только Мартин пребывал на своей волне и особо не обращал внимания на окружающих. Да Аркенус вел себя как обычно.

Ладно, какое мне дело до остальных? Я хочу есть. Вот и буду. Тем более что пахнет вкусно… Главное, следить, чтобы никто в бокал не плюнул, а то слишком уж пристально на меня смотрит королева.

— Мне нужно ненадолго отлучиться, — шепнул мне Аркенус несколько минут спустя.

— Снова?! — от неожиданности и возмущения я практически прокричала это слово, угрожающе наставив на властелина вилку с наколотым крупным кусочком морковки.

С глухим чавком оная сорвалась с зубцов и ляпнулась в рыбный холодец, недоеденный Аркенусом. Все, кто находился за столом, кажется, и вовсе перестали дышать. Где-то одиноко звякнула вилка, и кто-то гулко сглотнул.

— Я ненадолго, дорогая, — обворожительно улыбнулся властелин, явно забавляясь реакцией окружающих. — Ты даже не успеешь соскучиться.

— Но… — я невольно бросила опасливый взгляд на какую-то родственницу Риссуэллы, сверлившую меня ненавидящим взглядом.

Аркенус поднялся со своего места и все же склонился ко мне, одарив невесомым поцелуем в висок, отчего я вздрогнула. Мамочки, верните мне тиранистого властелина, что вдруг за нежности, а? Тапочка, покусай его, а то что-то я…

— На тебе все еще моя защита, я держу свое слово, — шепнул он едва слышно, и меня осыпало искорками открывшегося телепорта.

Э? И все? Я ж тут уже настроилась на прощальный поцелуй, раз пошли такие дела! Ууу, обломщик. Тапочка, вот однозначно покусай его, ага?

Тяжело вздохнув, окинула взглядом сидевших за столом Ваенгов, заметно оживившихся с уходом Арка. И смотрят же так плотоядно, брр! А сидевший наискосок дяденька, промакивавший накрахмаленным платочком лысину, уже открыл рот, явно собираясь меня о чем-то спросить. Даже подался вперед от нетерпения. Нет уж, вот на разговоры я точно не настроена! Люди, ау, вы знаете, что я не Овсянка, отстаньте от меня, а? Завтра я уеду и все. Надеюсь.

— Скажите, дорогая, а… — начала вдруг донельзя язвительным тоном довольно молодая девушка, сидевшая почти на самом конце стола, но тут я уже сработала на опережение.

— Мартин, зайка, не хочешь сесть возле меня? — выпалила, обращаясь к единственному адекватному представителю королевской семьи и, пока он не успел возразить, добавила. — Аркенус на ужин все равно не вернется, тут местечко свободное.

И поспешно передвинула тарелку властелина подальше, освобождая место. Ваенги повторно застыли, выпучив глаза, и уже сами заинтересованно уставились на пустовавший рядом со мной стул. Ну нет, я позвала Мартина! Тетка Овсянки дернулась было, чтобы подсесть ко мне, но Зубастик угрожающе зарычал под столом, и все остались на своих местах.

Мартин же бесхитростно улыбнулся и с удовольствием пересел ко мне, куда ему тут же подали чистые столовые приборы и тарелку. Бодаться с ним за место никто не рискнул. Подозреваю, если некромантика всерьез задеть, ожившими тапочками дело не обойдется.

— Дорогая, не слишком ли много вы на себя берете, позволяя кому-либо занимать место императора? — процедила королева ядовито.

О, куда и девались приторные нотки? И это она о собственном сыне «кто-либо»? Вот же селедка недоделанная!

— Я кому-либо и не позволила, только тому, кого действительно рада видеть рядом. И не беспокойтесь, мы с моим женихом сами разберемся, — заверила ее и ласково улыбнулась, похлопав ресничками.

На донесшееся в ответ шипение предпочла не обращать внимания. Повернувшись к Мартину, улыбнулась ему уже искренне.

— Спасибо, — тихо шепнул он и, смутившись, тут же поспешил перевести разговор на другую тему. — Ты взяла тапочку с собой? Круто!

— Ой, точняк! Я ж для тебя ее притащила! Вернее, Зубастик и так бы пришлепал, но Арк снял с него заклинание, так что дарю. Ну и вторую тоже потом отдам, она в комнате осталась. Может, тоже захочешь оживить, — спохватилась, вспомнив о подарке.

Мартин недоверчиво вытаращил глаза, похоже, не веря, что я говорю серьезно.21b4bc

— Ты сейчас серьезно? Даришь Зубастика мне? — выдохнул он пораженно, повторив выдуманную на ходу кличку для ожившего монстрика.

— Ага. Отныне он твой, обещала же, — подмигнула ему и пододвинула к себе тарелку с отбивной Аркенуса.

— Спасибо… — пробормотал Мартин растерянно и притих, сосредоточившись тоже на своем ужине.

Ваенги некоторое время еще сверлили меня ненавидящими взглядами, но потихоньку расслабились и начали переговариваться между собой, больше не обращая на нас с Мартином внимания.

— Ммм… Может, тебе что-то нужно? — поинтересовался мальчик спустя минут пять.

— В каком плане?

— Ну, не знаю… Ты мне подарила Зубастика, а что мне дать тебе взамен? — уточнил он деловито.

Отложив в сторону вилку, тяжело вздохнула и обернулась к Мартину, что-то прикинувшему у себя в голове и сделавшему выводы, которые вписываются в реалии его окружения.

— Солнышко, подарок — на то и подарок, что не ожидается ничего в ответ.

— И какой тогда смысл? — нахмурился он, в самом деле пытаясь понять. — Имею в виду, какой резон дарить без ответа?

— Чтобы принести кому-то радость. Вот я тебе подарила, ты улыбнулся — и мне приятно, — растолковала ему простую истину.

Некоторое время он рассматривал меня с удивлением, после чего довольно усмехнулся и выдал едва ли не с восхищением:

— Ты странная.

— Ага! Будто ты только сейчас это понял, — фыркнула и, не удержавшись, взъерошила его волосы рукой.

— Эй!

Но возмущения в его голосе почти не было, наоборот, он расправил плечи, оживился, от него так и исходили флюиды радости. Бросив на него очередной взгляд, едва удержалась от смеха, заметив у него на коленях Зубастика. И когда только успел взять на руки?

— Слушай, а чего здесь нет Овсянки? В смысле, твоей сестры? — все же поинтересовалась у мальчика, еще раз пробежавшись взглядом по недружелюбным лицам других Ваенгов.

— Не-не, ей это имя больше подходит, — улыбнулся он. — Не знаю. Она почти постоянно в своей комнате торчит, я уже давно ее не видел. Да и к лучшему, на самом деле.

Мартин поморщился, без особого интереса поковыряв свое рагу. Не нужно было быть психологом, чтобы определить, что отношения у мальчика с сестрой ну о-очень натянутые. Впрочем, как и с другими родственниками, включая родителей, насколько я поняла.

— Почему?

— Вечно ей все не так. То еда не такая, то тарелки не так стоят, то вдруг вспоминает, что у нее нет подходящих сережек к новому платью, истерики на пустом месте. Однажды я оживил кролика, которого она ела — вот тогда визгу было, ууу… Зато хотя бы появилась веская причина для ее криков, — довольно усмехнулся мальчишка, а в его глазах на миг мелькнул колдовской зеленый огонек.

Угу, я поняла, Мартина лучше не злить. Или, по крайней мере, когда он не в духе, лучше на время стать вегетарианкой.

— Вообще жаль, что моя сестра не ты. Пусть бы Риску отдали императору, а ты осталась со мной, — вздохнул Мартин, тем временем, искренне, вяло продолжая ковыряться в своей тарелке.

У меня на миг даже перехватило дыхание после этой фразы и защемило в груди. Сглотнув комок, вставший в горле, постаралась не показать, насколько сильное впечатление принц произвел своими словами. Мальчик же продолжил рассуждать:

— Риска больше подходит императору, такая же темная душой, как и он.

— Почему ты считаешь, что у них темные души? Ты ведь не знаешь хорошо императора. Да и к сестре, возможно, несправедлив.

— Поступки говорят сами за себя. Ты слишком хорошая, светлая для него, но я бы на его месте тоже выбрал тебя, а не Риску, — заявил он серьезным тоном, который обычно не ожидаешь услышать от ребенка, и тут же добавил, улыбнувшись. — Ты уже доела? Может, пойдем отсюда? Они еще долго будут сидеть, перемывать всем косточки.

И снова я убедилась, что родственными чувствами между Мартином и остальными Ваенгами и не пахло. Может, его просто усыновили? Ну хороший же мальчик, меньше всего хочется оставлять его с этими злыднями.

— Ага, пойдем, — улыбнулась в ответ, вскакивая со стула, и добавила заговорщицким шепотом. — Я бы тоже не отказалась иметь такого брата, как ты.

Сияющая улыбка, появившаяся на лице мальчика, теплом согрела мое сердце.