Глава 30.

Кирилл

Просыпаюсь от наглого солнечного луча, что светит мне в глаз. Тру глаза, проверяя телефон. Время к полудню, ничего себе мы дрыхнем. Переворачиваюсь на другой бок, лицом к Соне. Она сладко спит, даже посапывает. Свернулась калачиком, руки под щеку подложила как маленькая.

Волосы спутанные, губы припухшие просто беда.

Устала моя девочка. Чет меня занесло вчера. Ночью вдруг словил паничку что это наш первый и последний раз после разлуки. Ну и увлекся немного.

Медленно тяну с нее простынь. Любуюсь. Красивая невозможно.

Да блть! Психую, заметив проступившие синяки на Сониных бедрах и талии. Сука, ну что я за зверина?

Очень хочется ее пожалеть. Зацеловать всю, залюбить. Но наступаю на горло своей «хотелки» ибо знаю, как сильно она устала и что ей действительно нужен отдых.

Вчера в наш крайний секс она держалась уже на силе воле и природном упрямстве. Улыбаюсь, вспомнив как было горячо. Мой кипяточек.

Соня смешно морщит нос во сне, переворачивается на другой бок, упираясь круглой попкой аккурат в мой утренний стояк.

Шиплю, закатывая глаза.

А-а-а. Твою ж мать! Не надо так. Я же не железный.

Поражаясь своей воле, невесомо целую Соню в макушку и линяю с дивана от греха подальше.

Натягиваю трусы, брюки, на рубашке не хватает пары пуговиц. Лыблюсь как дурак.

Моя тигрица. Оборачиваюсь к спящей красавице. Присаживаюсь на корточки рассматривая.

Темные кудри рассыпаны по подушке, веер ресниц подрагивает, пухлые губы маняще приоткрыты. Хороша.

Глубоко вдыхаю, грудину распирает давно забытым восторгом. Внутри будто теплая патока разливается. Мне легко и счастливо.

Склоняюсь, целуя курносый нос. Усилием воли заставляю себя выйти из комнаты.

Бреду в ванную комнату. Быстро умываюсь, чищу зубы пальцем. Фантазируя о том, что скоро в ванной моего дома станет на одну зубную щетку больше. Я уверен, что смогу убедить Соню переехать. А если нет, будем искать компромисс.

На кухне варю кофе, чтобы быстрее проснуться. Параллельно пытаясь дозвониться до Лики. Но противный, механический голос в очередной раз сообщает, что телефон абонента выключен.

Еще через три попытки услышать племянницу все-таки начинаю паниковать. Нервно растираю морду, пытаясь убедить себя, что все хорошо и ничего страшного не случилось. А Лика просто не слышит или опять забыла зарядить телефон. Но это ни хрена не работает!

Соню будить жалко. Она и так ни черта не выспалась из-за меня.

Сейчас главное — быстро добраться домой и убедиться, что с детьми все в порядке.

Через приложение заказываю такси, параллельно надеваю пальто и обувь. На мгновение зависаю на спящей Соне и выхожу из квартиры, захлопнув дверь.

Такси, как назло, ползет ужасно медленно, кажется, собирая все утренние пробки. И к моменту, когда залетаю в подъезд я уже максимально заведен.

Трясущимися руками лезу за ключами, роняю связку. Да блть! И когда наконец-то открываю дверь в квартиру, ору как раненый медведь:

- Лика! Лика!!!

- Ау? - выходит мне навстречу племянница.

На голове ободок Мини, под глазами патчи, в руках бутерброд.

Облегченно выдыхаю. Все нормально.

- Что у тебя с телефоном? Почему я не могу дозвониться?! - психую, снимая пальто и обувь.

- А что с ним? - удивленно переспрашивает племянница. - С утра все нормально было.

- Я пять раз тебя набирал! Телефон выключен. Мальчишки где?

- На кухне. Мы завтракаем.

В ванной быстро мою руки и иду на кухню. Парни сидят, склонившись над Ликиным телефоном, играют.

Живые, здоровые и судя по пустым тарелкам, даже сытые. Я зря волновался. Но как не дергаться? Учитывая талант близнецов находить приключения на ровном месте.

Стучу кулаком по косяку.

Близнецы синхронно поднимают головы.

- Привет, мужики.

- Папа! - верещит Матвей и первым спрыгивает со стула.

Лис тут же несется за братом.

Раскрываю объятия, ловлю обоих.

- Де ты был? Мы скучали!

- Я тоже скучал. Как вы здесь?

- Ховошо! Поели! - докладывает Мот.

Лис кивает, соглашаясь. Крепко обнимаю обоих.

Надо же, я реально соскучился. От сыновей пахнет молоком и шоколадом. У младшего подбородок перемазан шоколадной пастой. Ясно, чем они завтракали.

- Кирилл, блин, Мот недавно играл в гонки и выбрал режим «самолета», - виновато куксится Лика, проверяя свой телефон.

И почему я не удивлен? Но ругаться нет ни сил, ни желания. Все живы, здоровы, и я бесконечно благодарен вселенной за это потрясающее утро.

- А ты, почему один? - подозрительно щурится племянница. - Соня не вернется? Вы совсем разругались?

- Не велнется? - растерянно замирает Мот.

Лис недовольно хмурится, кладет ладошки мне на щеки.

- Нет, скорее наоборот. Мы помирились. И Соня обязательно вернется, - успокаиваю детей.

Лика облегченно выдыхает, мальчишки расплываются в счастливых улыбках. Мое же сердце делает кульбит, потому что с каждым днем я все острее понимаю, как сильно им нужна мать.

И спасибо господу Богу и моему ненормальному брату, что их мама-Соня. Голову даю на отсечение, что она будет сумасшедшей матерью в хорошем смысле этого слова.

И я ни капли не сомневаюсь, что сыновья и Лика ее примут и обязательно полюбят.

- Ты голодный? Будешь омлет? - предлагает племяшка.

- Буду.

Есть правда, очень хочется. Тихонько напевая, Лика начинает колдовать у плиты.

Мальчишки крутятся рядом и в итоге лезут ко мне на руки. Усаживаю их удобнее на колени.

- А Соня кто? - хлопает ресницами Мот.

Лика оборачивается, делает «большие» глаза, кивая на братьев. Она считает, что давно пора рассказать им правду. И сейчас, видимо, самое время.

Как будто это так просто. Вообще, наверное, уже действительно можно. Теперь я уверен, Соня ни за что не отступится от близнецов.

Вспоминаю все советы Лидии Серафимовны. Но все равно люто туплю от напряжения, не зная как начать. Не каждый день я сообщаю детям, что их мать жива. Мысленно крещусь. Ну с богом!

- Парни, вы уже взрослые, все понимаете. Поэтому теперь вам можно доверить один очень важный секрет.

- Какой секлет? - хлопает глазами Мот.

Лис кладет ладошку на мой подбородок и поворачивает к себе. В глазенках тревога.

- Помните мы с Лидией Серафимовной рассказывали вам бывают случаи, когда дети теряются?

Близнецы переглядываются и кивают. Лика нервно кусает щеку. Сглатываю, сам нервничаю.

Момент истины, конечно.

- Ну вот, а в нашей семье получилось наоборот. У нас потерялась мама. Соня - ваша родная мама. Много лет назад сначала я потерялся, и Соня пошла меня искать, и тоже потерялась. И пока нас не было, о вас заботились Веня с Вероникой. И мы с Соней очень благодарны им за это, - хриплю, при воспоминании о брате голос мой просаживается.

Потому что все еще больно и непонятно. Но, несмотря ни на что, мне его очень не хватает.

Лика шмыгнув носом, отворачивается, худенькие плечики подрагивают. Плачет. Она тоже скучает.

- А потом? - снова подает голос Мот.

- А потом мы нашлись. Я нашелся первым, забрал вас. А сейчас нашлась Соня. И теперь мы будем жить все вместе. Соня теперь будет вашей мамой и всегда будет с нами.

Мальчишки долго молчат, переваривая информацию. Заплаканная Лика молча ставит передо мной тарелку с омлетом. Показывает большой палец.

Я же сижу как на иголках в ожидании реакции сыновей. Поняли они меня?

- Соня-мама? - неуверенно уточняет Матвей.

- Да. Ваша родная мама.

- А мама Ника на небуске? - растопыривает пальчики Мот.

Лис кивает, присоединяясь к вопросу брата.

- Да, мама Ника на небушке. Смотрит и радуется, что теперь у вас снова будет мама, - еле выдавливаю из себя.

Все эти разговоры режут меня по живому. Но я знаю, что близнецам нужно все проговаривать, чтобы они правильно понимали ситуацию, не придумывали лишнего и не ушли в отрицание. И тогда есть шанс, что их с Соней адаптация пройдет мягко.

- А Соня не уйдет на небуско? - беспокоится Мот.

После вопроса старшего Лис замирает, поднимает на меня испуганный взгляд.

Твою ж мать... К такому меня жизнь не готовила.

Лика жмурится, закрыв рот ладошками. Вот кому сейчас очень больно.

- Иди к нам, - раскрываю объятия еще шире.

Лика тихо плачет и обнимает братьев.

- Нет, Матвей, Соня не уйдет на небушко. Она всегда будет с нами. Будет заботиться о вас и очень любить.

- Как? Как будет? - трясет ладошками Мот.

Кажется, его очень взбудоражила новость о новой маме.

- Ну, будет готовить вам вкусняшки, будет купать, играть, книжки читать, - перечисляю все, что приходит в голову.

- И пришьет вам резинку на варежки. Она обещала, - шепчет Лика.

Варежки на резинку? Черт, такая мелочь. Но безумно важная, потому что это обещала мама.

- Холосо, - складывает ручки на коленки Мот.

- А ты, что скажешь? - поворачиваюсь к младшему.

Сердце мое грохочет на максималках. Больше всего я переживаю именно за Лиса. Он самый уязвимый из всех. Как он примет Соню?

Елисей неожиданно сильно обнимает меня за шею и часто кивает, значит согласен. Слава Богу.

- Хотите позвоним маме?

- Да!

Парни двигаются ближе друг к другу, готовые звонить. По очереди целую их в макушки, Лика уворачивается и уходит умываться. Маленькая колючка.

Набираю Соню, она долго не отвечает, а затем вызов сбрасывается. Набираю еще раз, то же самое. Что за?..

Перезванивает.

Прижимаю трубку плечом к уху.

- Привет, Солнце.

- Солнце? - усмехается мужской голос.

Отпускаю сыновей на пол, поднимаюсь. Затылок обжигает нехорошей догадкой.

- Хола, русский.

Дергаюсь, как от удара. Вот оно как значит. Испанец нарисовался.

- Соня где? - быкую сразу.

Ибо какого хера этот испанский стыд берет ее телефон? Что вообще он делает у нее в квартире?

- Софи со мной. И она моя. Смирись. Ты лишний, русский! - шипит испанец с жутким акцентом и сбрасывает вызов.

Не понял. Это что сейчас было? Он чо сука бессмертный?

Набираю еще раз, но телефон уже недоступен! То есть Соня моя там одна с ним?

Перед глазами встает кровавая пелена. Дышу как загнанный зверь, сжимая кулаки. Как он сказал? Лишний?

Скалюсь, чувствуя, как по венам растекается адреналин, а загривок топит кипятком.

Я тебе сука покажу кто здесь лишний!