Эпилог Кирилл

Кирилл

Дверь открываю своим ключом, стряхиваю капли с волос. Октябрь в этом году богат на дожди и командировки. Снимаю пальто, разуваюсь.

Прохожу в гостиную. В комнате царит приятный полумрак, уютно потрескивает камин.

На диване валяется забытая сыновьями энциклопедия, на журнальном столике лежит Сонино зеркальце, контейнер для соски и плюшевая зайка.

Улыбаюсь, подцепляя игрушку за уши, поправляю ей пышную юбку. У нас уже целая коллекция этих зайцев. Булочки мои от них пищат.

Меня не было три дня, а я уже соскучился. Мы с Белым выступили спонсорами ралли среди юниоров. Эти три дня были интересными, с насыщенной программой, и полезными знакомствами. Мне понравилось, я даже поностальгировал.

Но не думал, что успею так соскучиться по домашним.

Подхожу к лестнице, прислушиваюсь. Качаю головой, услышав очередной спор сыновей. Годы идут, а ничего не меняется.

Время второй час, а значит, у девчонок по расписанию сон. А покемоны опять шумят, неугомонные.

В ванной на первом этаже принимаю душ и переодеваюсь в домашние штаны и футболку, босиком шлепаю наверх.

Лика сегодня ночует у парня. Невеста уже.

Поднимаюсь на второй этаж, дверь в нашу спальню приоткрыта. Заглядываю.

Ну, кто бы сомневался. Близнецы тут как тут.

Тусуются у кроваток сестер. Совершенно неожиданно из них получились крутые няньки и прекрасные старшие братья.

Склонившись над малышками, сыновья о чем-то спорят шепотом.

- Может, не будем? Пусть мама или няня? - предлагает Лис.

У нас прекрасная приходящая няня, но сегодня суббота и у нее выходной.

- Няни сегодня нет! А мама спит, не видишь, что ли? Да сами справимся! - хмурится Матвей и крутит в руках памперс. - Девчонки мокрые, видишь голубую линию на трусах? Значит, их пора менять, - важничает старшенький.

Усмехаюсь, заботушки мои.

Елисей более осознанный, сто раз подумает, прежде чем сделать. Матвей же, наоборот, за любой шухер.

Заглядываю через плечо сыновьям.

В кроватке балаболят и нетерпеливо гарцуют дочери. Через месяц им год.

Беременность двойней стала для нас с Соней огромным сюрпризом. Помню свой ступор и ее панику, когда мы только узнали, что девчонок двое.

Ну потому что, забеременев естественным путем, мы никак не ожидали получить сразу двух малышей.

Когда первый шок прошел, меня накрыло эйфорией. Я как маньяк следил, чтобы Соня выполняла все предписания врачей, потому что многоплодная беременность — это всегда риск.

К тому же это первая Сонина беременность, и первый триместр нехило потрепал нам нервы.

У жены моей не было никаких признаков кроме задержки. Ни токсикоза, ни сонливости, ни особенных вкусовых предпочтений, вообще ничего. И Соня то и дело рыдая, срывалась на УЗИ боясь, что с детьми что-то не так.

Выдохнули мы, только когда начал расти живот, а девчонки активно шевелиться.

Улыбаюсь, вспоминая, как я прилип к монитору на очередном УЗИ. Тогда врач пообещала нам предположить пол. Соня почему-то сразу знала, что будут девчонки, а я сомневался.

Но слава богу Ирэна Игоревна Сонин гинеколог подтвердила нам двух девчонок. Повернув монитор в мою сторону, показала, что малышки лежат валетом и одна из них насасывает пальчики на руке.

Удивительно, как быстро летит время. Еще совсем недавно я завязывал шнурки глубоко беременной жене, массировал поясницу, а уже бац и дочерям почти год.

- Ну что, кто первая? - спрашивает Лис.

- Не знаю, может считалочкой посчитать? - задумчиво чешет лоб Мот.

Девчонки наши очень разные, но обе совершенно потрясающие. Я их обожаю. Малыхи покорили меня с первого взгляда. Как только мне вынесли два розовых кулька, я окончательно пропал.

Дочери наши родились сразу красивыми. Никаких отеков, шелушений и красноты. Обе беленькие и пухлые, как сдобные булочки. Мои сладкие.

Маруся стоит, вцепившись в бортик кроватки, громко возмущается, размахивая соской на цепочке, а Майя сидит и лишь улыбается, глядя на сестру. Обе уже зубатые акулы. У каждой по шесть зубов. Сейчас у девчонок активно лезут резцы. Поэтому мы с Соней перманентно не высыпаемся.

Вот и сегодня ее выключило, благоверная моя сладко спит, подложив ладошки под щеку. Притомилась.

Но последние две недели я подозреваю, что спонсор Сониной сонливости не усталость, точнее не только она.

Усмехаюсь, если я прав, то новость, конечно, пушка-бомба.

- Псс, - зову сыновей.

Мальчишки синхронно оборачиваются.

- Папа! - улыбается Матвей.

К своему возрасту слова богу он победил все буквы и теперь говорит четко. Периодически даже участвует в конкурсе чтецов. Кто бы мог подумать, что старшего потянет на прекрасное? Зато Лис у нас больше по спорту. На полке в детской красуется пару кубков. Мой чемпион.

- Ты когда приехал? - подбегает Елисей.

- Недавно. А вы чего тут?

- Да вот мама спит, а девчонки проснулись. Трусы же поменять надо и покормить, - Матвей поднимает руки выше, демонстрируя памперс.

- Надо, - соглашаюсь, подходя к дочерям.

Кроватки у девчонок рядом, чтобы они всегда видели друг друга иначе не засыпают. Они у нас неразлучники такие же, как братья.

- Пап-пап-па!- папкает Маруська, и нетерпеливо гарцует.

- Привет, моя говорунья, - улыбаюсь, беру дочь на руки.

Она тут же присасывается к моей щеке слюнявым поцелуем. Подхожу к кроватке младшей дочери.

- Иди сюда, мое счастье, - беру Майю на вторую руку, она широко улыбается, лезет обниматься, заливая слюнями мою футболку. - Соскучились?

Целую моих булочек в пухлые щеки. Девчонки довольно хохочут, Маруся тут же переключается на цепочку на моей шее. Кто бы сомневался.

- Пап, как ты ловко с ними, - восхищается Мот.

- Почему с тобой девчонки никогда не плачут? - удивляется Лис.

- Потому что у нас любовь. Да, мои Карамельки? - чмокаю дочерей в макушки.

Жадно затягиваюсь неповторимым детским запахом. Девчонки пахнут немного ромашкой, немного детским кремом и молоком. Именно так пахнет мое счастье.

- Парни, помогите-ка мне, - шепчу, кивая на дверь в ванную.

Сыновья кивают, лезут в детский комод. Каждый вытаскивает по большому розовому полотенцу.

Заходим в ванную комнату. Отдаю старшую дочь близнецам. Снимаю бодик, памперс и подмываю младшую, затем кутаю в полотенце и отдаю Моту.

- Моя Пчелка, - улыбается старшенький, целует сестру в нос.

Майя тут же расплывается в счастливой улыбке.

Забираю у Лиса Марусю и проделываю ту же процедуру. Дочь хохочет, крутится и ловит пухлыми ладошками воду.

- Моя ж ты, рыбка, - кутаю ее в полотенце.

Возвращаемся в спальню. Соня так и дрыхнет. Волосы заплетены в косы, губы уточкой, смешно морщит нос во сне. Милая просто беда.

Внешне девчонки пошли в жену, такие же красотки. Чую вырастут сердцеедками.

Усаживаю малышню на кровать.

- Ма-ма-ма-ма, - крутится Майя, заметив рядом спящую Соню.

- Дрю-дрю- дрю, - играет на своих губах, как на гармошке Маруся.

Смеюсь. Потрясающий дуэт.

- Пап, ну раз ты дома, мы пошли? Нам еще в приставку рубиться, - канючит Мот.

Лис пихает его плечом, делает «страшные» глаза. Проболтался старшенький?

- То есть в шахматы я хотел сказать, - тут же съезжает с темы сын.

Лис красноречиво закатывает глаза, бьет себя по лбу.

- Да ладно, идите, конспираторы.

Близнецов, как ветром сдувает.

- Ну, что булки мои? Будем маму будить?- шепчу дочерям, надевая сухие трусы и бодики.

Девчонки тут же лезут к Соне. Маруся заваливается под бочок, а Майя садится рядом.

Любуюсь. Моя любимая картинка.

- М-м-м, - просыпается жена, медленно моргает осаниваясь.

- Привет, - шепчу.

Такая она красивая сейчас, без косметики, домашняя. Желанная до невозможности.

- Ты уже вернулся, - улыбается, берет мою руку, переплетает наши пальцы.

- Вернулся, девчонок подмыл, и мы уже переоделись.

- Боже, как это прекрасно. Я тебе сегодня уже говорила, как сильно люблю тебя? - тянет нараспев жена.

- Сегодня еще нет, - усмехаюсь.

- Я тебя так люблю-ю-ю-ю.

- Тебя это не спасет от голодных акул, - киваю на дочерей.

- Да? А почему эти булочки опять проснулись раньше меня? Чьи это такие сладкие бока и щеки? - Соня опрокидывает дочерей на кровать, шутливо клацает зубами.

Девчонки хохочут, слюни текут рекой. Жена тут же вытирает счастливые личики пеленкой.

- Ма-ма, ам! - болтает Маруся.

- Ням-ням, - дует щеки Майя.

- Надо кормить. А так не хочется вставать. Я что-то все сплю да сплю и никак не высплюсь, - зевает жена.

- В твоем положении это нормально, - веду пальцами по любимым губам.

Соня, как кошка ластится к моей ладони, разве что не мурчит.

- Стоп, - резко отстраняется, голубые глазищи становятся огромными.

Кажется, до нее наконец-то дошло.

- Ты о чем? В каком положении? - сипит, касаясь горла.

Девчонки затихают, лезут выше на подушки.

Ух, щас вот будет опасный момент. Потому что именно я месяц назад склонил жену к сексу в «безопасные дни». Но как выяснилось, были они не такие уж безопасные.

Соня кормила девчонок грудью до шести месяцев, потом им резко стало не хватать молока, и педиатр рекомендовала нам перейти на смесь.

Мы так и сделали. Постепенно жена свернула грудное вскармливание, и ее цикл быстро восстановился.

А я тогда вернулся «голодный» из очередной командировки, ну и затащил ее в душ. Нет Бероева моя конечно честно пыталась призвать меня к адеквату, но куда там.

- Спокойно. Тебе нельзя нервничать.

- Подожди, ты что намекаешь, что я?...Что мы? Того? - шокированно хлопает глазами Соня.

- Помнишь, в универе мы мечтали, что у нас будет много детей? - улыбаюсь в тридцать два зуба. - Мечты сбываются!- развожу руками.

- Кирилл! У нас пять детей! Пять! - шипит Соня и растопыривает пальцы на обеих руках.

- Я умею считать, - хохочу не сдержавшись.

- Что смешного? Какое сегодня число?

- Пятнадцатое, - открываю календарь на телефоне, протягиваю жене.

Она хватает мобильный, хмурится. Бросает телефон на кровать, загибает пальцы что-то высчитывая.

- Боже, - поднимает на меня испуганный взгляд.

- Ч-ч-ч, - тяну ее на себя. - Все хорошо, отставить панику. Мы любим друг друга. У нас огромный дом, мы твердо стоим на ногах. В наличии полный комплект бабушек, крутая няня, добавим еще парочку, если понадобится. Сдюжим.

Жена моя всхлипывает, закусив щеку, и все-таки начинает реветь.

- Ну чего ты? - укачиваю ее как маленькую.

- Это от шока! Я не ожидала совсем! - рыдает Соня.

И такая она сейчас прекрасная, уязвимая, бесконечно родная. До этого момента я думал, что уже не могу любить сильнее. Оказывается могу.

Стираю слезинки подушечкой пальца, в грудине горит от эмоций. Чувствую себя всесильным, будто весь мир у моих ног.

- Я и сыновья во всем будем тебе помогать. Наймем отряд нянь. Мы справимся, - хриплю, касаясь губами Сониной переносицы.

Дочери, почуяв неладное, скатываются по подушкам.

- Ма-ма! - громко мамкая тянет ручки Маруся.

- Ма-ма! - подключается Пчелка.

Соня кивает, шмыгает носом, обнимает сразу обеих. Малышки встают на ножки, лезут на руки.

- Все хорошо, мои сладкие. Я просто испугалась немного, - успокаивает их жена, гладит по спинкам. Девчонки кладут головы ей на плечо и затихают.

- Как ты понял? И почему сразу мне не сказал? - возмущается жена.

- Ты начала спать как сурок. Я погуглил это верный признак беременности. И я сказал сейчас. И да, наверное, я эгоистичная сволочь, но я рад, - признаюсь честно.

И не просто рад. А неприлично счастлив.

Соня всматривается в мое лицо, хмурится.

- Капец, ты Бероев! Я тоже рада, ясно? Просто растерялась!

- Ясно. Но я же всегда рядом, помнишь? Как там было в моей свадебной клятве? - склоняюсь, прижимаясь лбом ко лбу жены.

- В тот момент, когда я впервые увидел тебя, то понял, что именно с тобой хочу пройти рука об руку по жизни. Ты делаешь меня лучше, добрее, светлее, - начинаю хрипло. - Обещаю любить и уважать тебя, избавлять от невзгод и помогать во всем.

Соня усаживает дочерей на кровать, и вдруг снимает обручалку, отдает мне.

- Спроси еще раз, - дрожит ее голос.

Беру золотой ободок. Сглатываю.

- Готова ли ты стать моей женой и пройти со мной по жизни? - волнуюсь так, будто Бероева моя может отказать.

- Всегда да!

Фух. Возвращаю кольцо на пальчик.

- Жених может поцеловать невесту! - объявляет Соня.

Тянемся друг к другу, но дочери тут же втискиваются между нами. Тихо смеемся, зацеловывая мелких ревнюх в пухлые щеки. Беру на руки Марусю, Майя обнимает Соню.

- Я очень тебя люблю, - признаюсь хрипло.

- И я тебя. Всегда.