Глава 31

Все как-то наладилось. Не слишком здорово наладилось – Мелисса не в духе. С тех пор, как вернулась, она почти не выходит из своей комнаты и уже сделалась похожей на тень.

Чем ближе был ритуал, тем бережнее и осторожнее разговаривают с ней и Вилард, и колдун. Словно с тяжелой больной, которой жить осталось недолго. И Лис предпочла бы, чтобы колдун как прежде молчал, а Вилард осыпал ее колкостями. Но Вилард опасается за Лис так, что пытается сдувать с нее пылинки, а колдун озабочен грядущим ритуалом. Постоянно что-то высчитывает, выискивает в старых книгах. В библиотеке замка он теперь проводит больше времени, чем даже хозяин.

В общем, весело, как на похоронах, причем, судя по тому, кому уделяется больше всего внимания, на ее, Лис, похоронах.

А Лис боится. Боится так, что даже думать о дне ритуала не может. Слезы в глазах и дрожь в пальцах… Главное – чтобы Вилард этого не видел.  Если он окружит ее еще более плотным кольцом заботы, она не выдержит, задохнется в этом во всем.

И  еще дна мысль не давала покоя. И это следовало как можно скорее обсудить с колдуном.  Даже рискуя оторвать его от важных размышлений и подсчетов.

Она позвала Берту.

– Берта, дорогая, найди нашего колдуна и позови сюда. Пожалуйста…

Девушка с тяжелым вздохом отправилась выполнять поручение. Она тоже участвовала в необъявленном конкурсе: кто больше всех пожалеет Лис. И ведь ничего с этим не сделаешь. Они все и правда с нею прощаются. Только они, по крайней мере, будут ее помнить.

Колдун явился через полчаса и тут же отослал Берту:

– Принеси нам чаю, деточка…

Та снова вздохнула. Она теперь крайне неохотно покидала хозяйку.

– О чем ты хотела поговорить со мной, – обратился он к Лис, как только привидение исчезло. –  Я понимаю, ты волнуешься, но…

Лис его перебила:

– Волнуюсь, но не о том, о чем ты думаешь.

Нет, конечно, о том, о чем он думает, она тоже волновалась. Но все-таки хочется надеяться, что после ритуала она останется жива. А если так, стоит подумать – что дальше?

– Когда все закончится, я ведь ничего не буду помнить, а ведьминская сила останется со мной, верно?

– Не вся, конечно, но, в общем, верно, – согласился колдун.

– Это значит, что, хочу я этого или не хочу, я попытаюсь прыгнуть в постель к первому же попавшемуся магу…

Старик посмотрел на нее озадаченно:

– Если честно, я об этом не подумал. Но ты права. Именно так и будет.

– Я не хочу так, – проговорила Лис, глядя в пол. – Не хочу, – она вспомнила, с каким жаром пыталась отдаться сначала Арту, потом Виларду. Эта похоть, тяжелая, неконтролируемая и чужая, вызывала у нее отвращение. – Понимаешь, кто бы это ни был – маг, человек, – я хочу, чтобы это был мой выбор, а не веление какой-то там непонятной силы внутри меня. Ты можешь что-то с этим сделать? Не знаю, амулет там, заклинание или еще какая-нибудь ваша колдовская придумка.

В комнате появилась Берта. Старик дождался, пока она расставит чашки, нальет в них горячий напиток и снова исчезнет.

– Я очень благодарен тебе, девочка. Я понимаю, очень хорошо понимаю, что это ты вернула Мелиссу домой. – Лис попыталась возразить, но он не позволил: – Все это, от начала до конца, было твоим планом. Мы лишь помогали тебе. А еще я ошибся. Если бы Вилард тогда не пришел на встречу, кто знает! – может, все закончилось бы далеко не так радостно.

Лис вздохнула и подумала про себя: «А может быть, молодой красивый колдун увез бы ее с собой. И теперь она не ходила бы по замку печальнее самого печального привидения». Но вряд ли старику следует это говорить.

– Я хочу сказать, – продолжил старик, – что помогу тебе во всем, что ты хочешь.

– И в этом тоже?

– И в этом тоже.

***

Завтра. Никогда еще это слово не значило столько. Неизбежная разлука. Страх смерти. Почти что смерть…

В этот вечер Виларду уже не нужно было приходить к ней. Теперь он наполнится ее силой и без их милых игр. Но он пришел. Пришел, чтобы обнять так крепко, как никогда раньше. Чтобы целовать запястье, где сегодня замысловатой вязью расцвела татуировка – подарок колдуна. Старик долго думал, куда вплести заклинание, чтобы оно всегда было с Лис. Это была идея Лис. Любое украшение можно снять, а от татуировки уже никуда не денешься.

– Оно точно работает? – ревниво спросил Вилард.

– Можно проверить… – Лис прильнула к его плечу, – сними амулет, который скрывает от меня твою силу, – и посмотрим.

Он стянул с руки украшение.

– Ну что?

Лис помолчала, прислушиваясь к себе.

– Нет, с тобой не получится проверить, – она улыбнулась. – К тебе меня и так и так тянет…

Он снова сжал ее в объятиях.

– Я найду тебя. Сразу же.

– И что, скажешь: девушка, вы меня не знаете, но мы с вами очень близко знакомы? Сразу попадешь в разряд психов, от которых нужно держаться подальше.

– Нет. Начну знакомиться заново.

– Имей в виду, если девушек не воровать и не запирать в замке, это может быть куда труднее, – она снова улыбалась.

– Я буду добиваться тебя, пока не добьюсь, – он был очень серьезен. – Погоди. У меня есть кое-что для тебя.

Неуловимое движение – и на пальце Лис уже поблескивает кольцо.

– Я отдал бы тебе все драгоценности этого замка. Но, боюсь, если ты вернешься со стажировки со всем этим добром, возникнут вопросы. А одно колечко – можно.

Она представила лицо Светика, когда та увидит ее да хоть бы в том изумрудном гарнитуре, что пришлось надеть не бал, и рассмеялась.

– Я был отвратительным кавалером, – вздохнул Вилард.

– У тебя будет время исправиться, – она потрепала его по волосам и приникла к губам поцелуем.

Он сжал ее в объятьях, его рука привычно скользнула по животу и уже была готова двинуться дальше…

– Не нужно, – Лис чуть отстранилась. – Я же сразу усну.  Я хочу еще чуть больше времени…

***

– Все готово!

Было видно, что Берта изо всех сил старается не расплакаться, но все-таки хлюпает носом.

– Мне будет ужасно вас не хватать, – она поставила на стол чашу и повисла у Лис на шее – легкая, почти невесомая.

Она и сама привязалась к девушке. Ей бы тоже ее не хватало. Если бы она вспомнила, что когда-то знала Берту.

– Не грусти. Возможно, я еще вернусь. Мне уже надо куда-то идти? – странно, что она до сих пор не додумалась ни у кого спросить, где же будет проходить сам ритуал. Хотя… какая разница!

– Нет, никуда идти не нужно, просто выпейте это, – Берта подтолкнула к ней не слишком приятно пахнущий напиток.

Взгляд у нее при этом был такой, будто Лис собиралась выпить яд. Впрочем, если учитывать, что после всех манипуляций старика она может уже не проснуться, вполне вероятно, что это и был яд для нее.

Лис сделала первый глоток. Как же горько! Вредный старик, мог бы как-нибудь подсластить эту заразу. Потом второй, третий, четвертый. С каждым глотком питье становилось все горше и горше.

– Не могу больше, – Лис посмотрела умоляющими глазами на Берту.

– Надо. До дна.

Лис выдохнула и выпила остатки залпом.

– И что теперь?

Берта подошла ближе и стала гладить ее по волосам.

– Теперь, теперь все будет хорошо, – тихо произнесла она, а перед глазами у Лис все поплыло.

***

Вилард открыл глаза. Сухость во рту, слабость во всем теле, разноцветные пятна плывут по белому потолку. Одно из пятен вдруг оказывается лицом старика.

– Вилард, ты меня слышишь? Кивни, если так. Сколько пальцев я показываю?

Вилард не видит пальцев, но он кивает, и разноцветные круги начинают закручиваться и выплясывать перед глазами какой-то демонский танец. Следующее воспоминание: снова тот же потолок, но уже без кругов, и теперь он может осмотреться. Он точно не в своем замке. Судя по обстановке, в доме колдуна. Лежит в кровати. Столик рядом уставлен чуть ли не сотней баночек, скляночек, кругом разложены амулеты.

– Есть тут кто? Аркус, позови хозяина.

Его голос звучит еле слышно. Что же с ним происходит?

Колдун появился почти сразу же, ухватил его, заставил сесть и почти силой влил в рот что-то приторно сладкое.

– Ну и напугал же ты меня, – ворчал он. – Уже вторую неделю лежишь тут без признаков жизни.

Вторую неделю? Не может быть!

– А как город без меня? С ним все в порядке?

Старик усмехнулся:

– Так и знал, что ты об этом спросишь. Не то чтобы совсем в порядке, были мелкие происшествия, но и ничего серьезного. Придешь в себя – выправишь.

– А Лис, что с Лис?

– Лис я вернул домой. Она думает, что приехала со стажировки. Теперь вот сдает экзамены. Ей некогда думать о глупостях.

– Я должен ее найти, – Вилард попытался подняться на кровати. – Я обещал, я обязательно должен ее найти.

Он попытался встать, но голова закружилась, и если бы старик его не подхватил, он так бы и упал на подушку.

– Погоди, находчивый ты наш, – проворчал он. – Сначала приди в себя, а потом уже иди женихайся.

Вилард попытался почувствовать, много ли в нем силы. Старик определил это сразу:

– Погоди, не спеши. Силы много. Схватил больше, чем смог унести, потому и валялся тут столько времени. Но вот пользоваться ею нужно аккуратно, а пока не оклемаешься, лучше не пользоваться вообще.

Вилард нахмурился:

– Лечи меня скорей, старик.

– Да уж это понятно. Долго лежать ты не будешь. Но сейчас тебе нужно отдыхать.

Старик грустно улыбался каким-то своим мыслям и все не уходил, словно чего-то ждал. Вилард посмотрел на него вопросительно.

– Что-то еще случилось?

– Мелисса ушла.

– Куда?! – Вот уж этого он точно не ожидал.

– Того не сказала. Просто ушла и все. Пожелала тебе счастья.

Вилард вздохнул: последние дни сестра была сама не своя. Но уйти!

– Она вернется? – спросил он у колдуна.

– Мне почем знать, – ответил тот.

Но Вилард этот ответ не принял.

– По чём-нибудь да узнай. Камешки, карты, шары твои… Что отворачиваешься? По глазам же вижу, узнавал.

– Не вернется, – тихо ответил колдун.

***

Старик вернулся в свою комнату. Мелисса сидела в том же кресле, в котором он ее оставил, и так же задумчиво перекладывала карты.

– Только не вздумай мне врать, – сказала она, как только он появился на пороге. – Он ведь про меня даже не спросил, верно?

Старик помедлил с ответом, но затем кивнул.

– Я знала, что так будет. Его всегда интересовал только его город. Потом появилась эта девчонка, но уверена: даже о ней он вспомнил, только когда убедился, что с городом все в порядке.

Старик грустно усмехнулся: за столько лет Мелисса хорошо изучила брата, вряд ли он мог ее чем-то удивить.

– Вот видишь, здесь я больше не нужна.

– Я понимаю, – подал голос колдун.

– Значит, я уезжаю. А теперь скажи мне, куда.

Она смотрела ему прямо в глаза, и под этим взглядом он чувствовал себя крайне неуютно.

– Откуда же мне знать куда, это тебе решать, – попытался отвертеться он.

– Хватит играть в игрушки, – Мелисса даже не выглядела раздраженной. Она говорила с ним, как с капризным ребенком. – Ты же ведь уже узнал, где он, вот и скажи мне.

***

Дождь лил с утра. В июне это не так уж и страшно. Погода всё равно прекрасная: тепло, студенты уже давно разбежались. Впрочем, было их не так уж и много: экзамены, каждый сам за себя- сдал, вышел попрощался с однокашниками да пошел готовиться к следующему. Высокая длинноногая девушка со светлыми мокрыми волосами тщетно пыталась спрятаться от дождя, высоко подняв куртку-ветровку над головой. Это удавалось ей плохо: лило как из ведра. Вилард вышел из машины и приоткрыл дверцу.

– Девушка, вы совсем промокли, давайте я вас отвезу.

Девушка широко улыбнулась, и сердце Виларда зашлось от боли и нежности. Такая близкая, такая родная – и такая чужая. Конечно, она его не узнает. Для нее он – просто посторонний на дорогой машине. Незнакомый мужчина, чьи намерения вызывают сомнения.

– Нет, спасибо, я уже и так промокла – только испорчу вам салон, – Лис лучилась радостью. В своем замке он ее такой ни разу не видел – сияющей, веселой, отдохнувшей.

Следом за девушкой из дверей университета выбежал высокий светловолосый паренек, хорошо знакомый Виларду. Он окинул потенциального соперника хмурым взглядом и собственнически пристроил руку на талии девушки.

– Идём?

– Идём, – с улыбкой ответила ему Лис, и, помахав рукой не в меру заботливому незнакомцу, ушла в дождь.

Вилард вернулся в автомобиль и долго еще сидел, никуда не уезжая.

Он вернет ее. Он обязательно ее вернет.