Глава 26.

26

Несмотря на помпезность и размах, свадьба Никиты и Лукреции получается душевной. Тут и там раздается задорный смех, звучат теплые тосты, а гости регулярно мучают молодых пресловутым «горько».

Без конкурсов, кстати, тоже не обходится. Некоторые из них довольно оригинальные (лично я их вижу впервые), а некоторые – старая добрая классика, которая была популярна еще во времена моей молодости.

Поначалу нас с Артем Игоревичем благополучно проносит. Но, как и следовало ожидать, вечно отсиживаться в сторонке невозможно, поэтому в конце концов нас вытягивают на сцену в числе прочих участников.

– А сейчас у нас конкурс «Свадебный пазл», – бодро объявляет ведущий. – Перед каждой парой кусочки фотографий наших молодоженов, которые они должны собрать воедино. Кто первый справится, тот и победил. Все просто, не так ли? – он выдерживает хитрую паузу и продолжает: – Просто, да не совсем. Собирая пазл, участники конкурса должны одной рукой держаться за руки со своими партнерами и при этом действовать максимально слаженно. Погнали!

Включается резвая музыка, и большая горячая ладонь Базарова сжимает мою. Рядом с ним я и так чувствую себя Дюймовочкой, а теперь, когда моя рука буквально тонет в его пальцах, и подавно.

Высыпаем на стол многочисленные пазлы и принимаемся наклонять голову ту в одну, то в другую сторону, пытаясь сообразить, с чего бы начать.

– Кажется, это лицо Лукреции! – радостно объявляю я, схватив кусочек фотографии, не котором изображены улыбающиеся женские губы и фрагмент щеки.

– А это шевелюра Никиты, – Базаров задумчиво перекатывает между большим и указательным пальцами другой пазл. – Давай попробуем соединить их.

Мы прикладываем свои находки друг к другу, но уже через секунду становится ясно, что на оригинальной фотографии молодые не находились рядом. При ближайшем рассмотрении видно, что Лукреция стоит на фоне какой-то белой стены, в то время как позади Никиты виднеется небо.

– Браво! – слуха касается голос ведущего. – Пара номер два собрала уже половину нашей волшебной свадебной мозаики!

Мы с Базаровым переглядываемся, и в его глазах я вижу отражение собственных мыслей: «Конкуренты не дремлют! Надо поднажать!»

Начинаем суетиться. Перебираем пазлы, прикладываем их друг к другу, но процесс идет гораздо медленнее, чем хотелось бы. А всему виной – лишь одна рабочая рука. Точнее их две – одна моя, одна Базарова – но центры управления разные. Оттого координированность действий безбожно страдает.

– Рыбкина, не торопись! – гаркает Базаров. – Брось свой пазл и делай то, что я тебе говорю!

– А ты чего раскомандовался? – бросаю на него возмущенный взгляд. – Мы не на работе вообще-то!

– И что с того? Я все равно главный!

– С какого это перепуга? – я продолжаю спешно перебирать пазлы, с удовлетворением понимая, что у меня начала вырисовываться более-менее внятная картинка.

– С того, что я мужик! – он чуть сильнее сжимает мою ладонь. – А ты женщина!

– Звучит по-сексистски!

– Ну да, я сексист. И совершенно не скрываю этого!

Ничего не отвечаю на это провокационное заявление, так как творческий процесс полностью захватывает мои мысли.

– Поняла! Я поняла! – взвизгиваю, входя в раж. – Это они у Новодевичьего монастыря сфотографировались! Лукреция у стены стоит, а Никита ей навстречу идет, видишь?

Пока Базаров играл в игру «кто тут хозяин», я почти справилась с поставленной задачей. Осталось только до ума довести!

– Ну же, помоги мне! – дергаю его за ладонь. – Собери вот этот кусочек неба. Тут по форме облаков легко разобраться.

Сама я тянусь к фрагменту, изображающему обувь невесты, когда наши свободные ладони внезапно сталкиваются. Дергаюсь, ушибив палец, и случайно роняю несколько пазлов на пол.

– Черт! – раздосадованно прикусываю губу. – Их надо поднять! Они под стол улетели!

– Поднимай, – милостиво разрешает мой партнер.

– Надо вместе, – многозначительно смотрю на наши переплетенные ладони. – Мы же связаны!

Базаров испускает утомленный вздох и нехотя присаживается на корточки. Придерживая подол платья, следую его примеру и заныриваю головой под стол. Благо, моя модная шляпка осталась в зале.

– Два нашла! – рапортую. – А третьего нигде не видно…

– Так и хрен с ним, – отзывается равнодушно.

– Ну как это? Без него целая картинка не получится!

– Ты слишком серьезно относишься к этому конкурсу.

– Я хочу победить!

Из уст босса вырывается то ли стон, то ли рык, а затем его массивная фигура тоже протискивается под стол. Воздух наполняется густым ароматом его парфюма. Места становится катастрофически мало.

Артем Игоревич крутит головой, и внезапно до меня доходит, что мы находимся в считанных сантиметрах друг от друга. Еще чуть-чуть – и коснемся носами…

Базаров, кажется, тоже это понимает. Перестает озираться по сторонам и замирает, пристально глядя мне в глаза.

Тук-тук.

Тук-тук.

Тук-тук.

Я чувствую, как сердце отбойным молоточком стучит по ребрам, а атмосфера вокруг накаляется.

Это похоже на наваждение. На кратковременный анабиоз.

Еще минуту назад я кипела нетерпением и желанием победить, а сейчас вдруг впала в ступор. Смотрю на Базарова не в силах отвести взгляд. И он тоже смотрит. Томно так, пленительно…

Удивительно, но я раньше не замечала, какая необыкновенная у него радужка. Не просто синяя, а с редкими вкраплениями зеленого и даже золотистого…

Красиво. И по необъяснимой причине завораживает.

– А вот и победители! – к реальности возвращает громкий возглас ведущего. – Пара номер пять справилась быстрее всех! Поздравляю!

Морок рассеивается.

Мы с Базаровым синхронно отмираем, отворачиваясь в разные стороны.

– Похоже, мы продули, – усмехается он.

Мне показалось, или его голос прозвучал чуть более хрипло, чем обычно?..

– Похоже, что так, – киваю я.

А потом мягко высвобождаю свою ладонь из его захвата и осторожно выбираюсь из-под стола.