Трудности ритуала

Я еле дождалась возвращения колдуна.

Несколько раз начинала сомневаться. Не опасно ли это? А вдруг я просто перейду в небытие, вместо того, чтобы переселиться в мир грез? Или пещера окажется не такой уж спрятанной от всех, и меня найдут разбойники.

Было страшно.

Когда старец Бартоломью пришел за мной, держа в руках черную свечу, я подскочила, чувствуя, как сердце колотится.

– Я готова, господин Бренторес! – выдохнула поднимаясь.

А он приложил к губам крючковатый палец, призывая молчать. И вывел меня из пещеры, не говоря ни слова.

В молчании шли мы и между скалами, протиснулись в узкое, почти невидимое ущелье.

Звезды что-то нашептывали с небес, а огромная, совсем уже спелая Луна, казалось, наблюдала за нами с интересом.

Я не сразу заметила пещеру. Сначала мне показалось, что двое вооруженных людей Бренторе стоят просто у обломка скалы. По сравнению с соседями, огромными горами справа и слева, казалось, именно так.

А потом колдун согнулся чуть ли не вдвое, протискиваясь под нависший камень, и мне пришлось проследовать за ним. Люди колдуна за нами не полезли.

В пещере оказалось неожиданно светло, тепло и сухо, пахло травами и благовониями.

Для меня было приготовлено ложе, не такое дорогое и хрустальное, как в первый раз. Что-то похожее на топчан из соломы, застеленный добротным бельем, совершенно черным. Были и простыня, и две небольших квадратных подушки, и даже одеяло, по краям отделанное черной бахромой с кистями.

Эта простая, но с виду удобная кровать, располагалась внутри  обведенного черным круга. Я смогла разглядеть магические символы  повсюду. По окружности были расставлены десятки свечей, тоже черных. Они и создавали освещение.

Брентор заговорил со мной.

– Ложись, Розмари. Свое красное пальто можешь снять и положить рядом, если хочешь. Не думаю, что тебе будет холодно.

Я послушалась колдуна, легла.

Было даже мягко, солома не кололась.

Бартоломью накрыл меня одеялом и скомандовал:

– Положи пока руки сверху, чтобы я мог их касаться. И закрой глаза. Не открывай их, что бы ты ни услышала. Обряд будет долгим, но ты уснешь довольно скоро, так что мне придется куда сложнее твоего.

Я честно зажмурилась.

Сквозь сомкнутые веки видела свет и мельтешение.

– Иди за голосом, Розмари. Отключи свои мысли, в голове станет пусто и появится место для целого мира. Дыши так, как я тебе скажу.

Я выполняла все приказы колдуна.

Делала вдохи и выходы под его счет, пропускала энергию ночи сквозь макушку, представляя, что та идет по всему телу, постепенно заполняя его.

Чувствовала покалывание в кончиках пальцев рук и ног.

Команды колдуна сменились на непонятную мне речь. Он начал читать заклинания.

Веки стали тяжелыми, я понимала, что если бы и хотела пошевелить хоть пальцем, у меня бы не вышло.

Запах трав делался гуще, в ноздри заползал ароматный дым.

Даже с закрытыми глазами я чувствовала головокружение.

А потом появились видения.

Они были окрашены в розово-красный, других цветов не было.

Тени двигались передо мной, вначале я не разбирала ни очертаний, ни тем более, лиц, а потом словно оказалась в гуще толпы.

Мимо и сквозь меня спешили люди в одеждах разных эпох.

Они переговаривались, но я не слышала голосов. И никто не обращал на меня внимания.

Я была невидимкой, призраком.

Попробовала позвать одного из прохожих, но у меня тоже не было здесь звучания.

Наверное, мир грез пока что настраивается.

Я понимала, что тело мое находится на соломенном топчане, под мягким одеялом, бормотание колдуна то раздавалось внутри головы, то смолкало.

Через некоторое время я снова начала чувствовать пальцы. И шея затекла. Безумно захотелось перевернуться на бок.

Веки подрагивали, я с трудом держала глаза закрытыми. Видения принялись рассыпаться, я опять перестала различать фигуры, остались мельтешащие силуэты.

– Розмари! – удивленно позвал колдун. – Ты что же, не спишь?

Я открыла глаза.

Пошевелила пальцами правой руки.

– Поразительно! – на лице Бренторе была смесь удивления и разочарования. – Ритуал длится три часа. Ты давно должна уже погрузиться в зачарованный сон!