Маркеш. Иди и спасай

“Маркеш! Маркеш! Разбуди меня, как уже делал это… разбуди еще раз. Иначе меня не станет”.

После этого странного сна король проснулся, ловя ртом воздух, обливаясь ледяным потом.

Разом осушил графин воды прямо через горлышко, а когда унялось сердцебиение, уснул вновь, но подскочил уже через пять минут, как ужаленный.

Разбуди, как уже делал это.

Фраза из сна не отпускала.

Разбуди еще раз.

Время было ночное, а с утра много дел.

Король рассудил, что если он сейчас не попытается еще хоть немного поспать, его самого с восходом солнца не добудятся.

Лег, подоткнув одеяло, чтобы вышло уютнее, зажмурился, призывая сон.

Голова гудела от того, что не выспался, но покой так и не наступал.

Он попытался выкинуть из мыслей всю болтовню ума, суету и словесную чехарду от “Какая ерунда мне привиделась” до  “Иди и спасай, она и есть твоя судьба”.

Но как только ему удалось освободить сознание от лишнего и настроиться, на отдых, как в пустой голове раздалось звонкое:

– У Маркеша очень скучные сны!

Разумеется, произнесено было голосом Розмари.

– А-а-а! – вскрикнул Маркеш, подскакивая в кровати.

Это не принцесса, а наваждение какое-то.

Даже в абсурдных ночных видениях она его критиковала. Сны ей не понравились. Да какие сны, если он уснуть из-за нее не в состоянии.

Не может перестать думать о  том, насколько безопасен ее безумный план переместиться в иные миры.

И… как опустеет этот мир, в котором Маркеш почему-то должен жениться на бровастой царевне,совершенно в нем незаинтересованной.

– Полно! – сказал он сам себе вслух. – Мы с Лестеей взрослые люди. Свободные и самостоятельные.

Дальше он предпочел думать про себя, не сотрясая воздух.

Мало ли, у стен могут быть уши.

Лестея мало того что не заинтересована в Маркеше, они ведь еще и разных мировоззрений.

Если царевна – советник отца по экономике, то эта позиция, согласно которой дворец утопает в роскоши, а жители царства существуют более чем в скромных условиях, ее тоже устраивает.

А Маркеш так жить бы не смог. Он за баланс и против бессмысленного богатства.

Надо прекращать этот балаган. Утром он поговорит сначала с царевной, потом с ее отцом. Миарн побоится с ним враждовать, ему придется принять данность – гадание было истолковано неверно. Лестея не может быть конечной точкой его Пути судьбы. И вообще этот путь завершился раньше, в горах Гуанрога, где спала девушка из его грез. Та, которую он любил всю жизнь, но не захотел ей об этом сказать, когда была возможность.

Он сядет на Обсидиана и даже если весь день до Новогодья придется ехать, найдет Розмари до того, как начнется этот дикий обряд колдуна и скажет правду. О том, что любит ее и ему плевать на все гадания.

Что-то горячее кольнуло грудь. Удивившись, Маркеш заглянул под тонкую пижамную рубаху.

Кулон в виде глиняного горшочка, который Розмари вручила ему на прощание, один из даров фей, нагрелся и даже немного покраснел. На удачу. Так она сказала.

А что, если сейчас зачарованная вещица служит мостиком между ними и Маркеш слышит какие-то мысли Розмари? Например о том, что ее нужно разбудить. Странно, конечно, учитывая, что ритуал только следующей ночью.

Ему вдруг нестерпимо захотелось пить, а вода в опочивальне закончилась, не справившись с засухой короля.

Накинув камзол поверх пижамы, он решил спуститься на первый этаж, где стоял чан с ключевой водой, охлажденным магией.

Неторопливо и тихо спускаясь по лестнице, он услышал голоса внизу. Невольно прислушавшись, признал Лестею.

– Не говори ерунды Прико, я всегда любила тебя одного.

– Но замуж выйдешь за этого надутого чурбана! – собеседник царевны даже не пытался говорить тихо. – И разобьешь мое несчастное любящее и верное сердце.

– Т-с-с! - шикнула на возлюбленного Лестея. – Это в интересах Тербории. У нас внезапно оказался внешний долг. С ним надо как-то рассчитываться. И король богатой Эльдемии – отличный вариант.

– И ты будешь с ним спать ради этого! – простонал неведомый Прико.

– С чего ты взял? У нас может вообще будут деловые, договорные отношения.

– Да разве же можно оказавшись с таким персиком в супружеской постели, удержаться от страстного телесного слияния?

Маркеш тут не выдержал и громко фыркнул, представив свой бровастый персик.

– Кто здесь? – испуганно вскрикнул Прико фальцетом.

– Маркеш Ирендел, – не счел нужным скрываться король, спустившись до конца пролета.

Парочка обнималась прямо на лестничной площадке, за массивной вазой с живыми цветами.

– Король! – возмущенно обратилась к нему Лестея. – Что это вы ночами ходите по дворцу, словно кого-то выслеживаете?

– Если и так, кто меня осудит? – усмехнулся Маркеш, рассматривая кавалера царевны. Молодой мужчина, даже чуть младше их с Лестеей. Одет богато, но не аристократ. Маркеш его признал. Это один из тех, кто присматривал за Обсидианом на конюшне.

– Вы, значит, два любящих сердца, – сказал он утвердительно, – а я в ваш треугольник, простите, не полезу. Сразу пойдем к батюшке Миарну, чтобы это сказать, или утра подождем?

Лестея и Прико переглянулись.

– Мы ведь все понимаем, что этой свадьбы не будет? – переспросил он на всякий случай.

– Но… – Лестея взглянула на него неожиданно робко. – У нас все равно договорной брак, ради пользы государства…

– Вы только что меня освободили от всех обязательств, царевна, – Маркеш с хрустом размял шею, – так что я с чистой совестью прямо с утра покину ваш прекрасный дворец. А ваша задача, донести это батюшке так, чтобы он не захотел преследовать ни меня, ни вас за расстройство свадьбы.

– Но… может вы сами что-то придумаете? – с надеждой спросила Лестея.

– Увы, царевна, у меня нет времени на объяснение с царем Миарном. Я отправлюсь на поиски своей настоящей суженой, пока она не наделала ошибок. А вам желаю любви и согласия.

– Спасибо, – проблеял Прико.

– Можете приготовить моего коня, – кивнул ему Маркеш.

Король и забыл, что пить хотел. Отправился в свою опочивальню собираться в дорогу.

И когда уже оделся полностью, в комнату постучали.

Теммер не стал выжидать под дверью, зашел почти сразу.

– Сир! – воскликнул он. – Вы тоже собираетесь? Проводить меня?