Часть 21

Любить лошадей – не значит обожать сидеть в седле и тянуть поводья. Это значит, увидеть в этом некогда самом свободном и диком животном его внутренний мир. Пойми разницу между любовью к верховой езде и любовью к лошади. – Женя, привет. Ты где? – я как раз успела после обработки копыта у жеребца по кличке Дрезден снять перчатки и принять вызов Эльзы. – На конюшне в правом крыле. Только закончила работу. А что? В чём дело? – Ты можешь подойти к деннику Огонька? Тут как раз Станислав Сергеевич. Может, обсудим дальнейшие планы в отношении жеребца, его ввод в тренировочное время? – Ой, отлично! Дай мне пять минут, и я буду у вас, – я подошла к своей небольшой ветеринарной сумке, набитой необходимыми мазями, лекарствами, средствами и сунула в специальный отсек с пакетиком использованные перчатки. – Виктор, ты приглядывай, пожалуйста, сегодня за Дрезденом и его копытом, если будет смущать его состояние, то сразу ищи меня. После чистки и обработки коню должно стать легче, но всё же я переживаю. – Да, Евгения, понял. Посмотрю обязательно. Не волнуйся. Я уже хотела было идти в направлении правого крыла к деннику Огонька, но Виктор меня чуть задержал. – Я хотел предупредить, Евгения, что это моя последняя смена тут. Я увольняюсь. – Да? В чём причина такого решения, если не секрет? – мне было искренне жаль, что этот молодой человек решил сменить работу и уйдет от нас. Виктор – молодой, активный мужчина, он отлично справлялся со свой работой, ладил с коллегами, клиентами, начальством, спортсменами, гостями этого ранчо. У него был талант в объездке лошадей. Именно его я хотела предложить тренеру Станиславу Сергеевичу рассмотреть в качестве наездника для Огонька. Хоть бы и на первое время. Он бы смог, по-моему мнению, его приструнить и обучить азам. – Не секрет, конечно. Моя невеста из другого города, её переезд сюда невозможен, слишком много трудностей. Поэтому собираю вещи и к ней. Хочу найти что-нибудь тоже связанное с лошадьми там, в новом месте. Но боюсь, что такого места и людей там не смогу найти. Будет, но всё уже не такое, другое. Прикипел к этому месту, коллективу, лошадям… – Понимаю тебя, Виктор. Здесь как будто отдельный мир. Особенный. Умиротворяющий. Как семье Эльзы это удалось создать и поддерживать – даже не представляю. Я очень надеюсь, что ты обретешь счастье и спокойствие на новом месте и найдешь занятие, что тебе будет по душе. Очень жаль с тобой прощаться. Спасибо за все! С тобой работать было одно удовольствие. Ну, если сильно заскучаешь, то это место знаешь, где найти. – Спасибо, Евгения, за добрые слова и пожелания. – Ладно, Виктор, мне пора. Побежала к начальству. Мои обещанные пять минут истекли. Накинув на плечо сумку, я сняла с блокировки телефон и, медленно идя в нужном мне направлении, нашла в списке контакт, которому нужно позвонить. Через пару гудков мне ответил уверенный голос. – Да, Женя, привет. – Привет, Петя. Ты занят? – Не особо, а что хотела? Нужна помощь? – Я собираюсь сейчас с Эльзой и тренером обсудить ввод в тренировочный процесс Огонька. Думала, что, может, и ты подойдешь к нам, чтобы всем вместе обсудить этот вопрос. Дал бы свой совет. Может, будут какие-либо пожелания… Твое мнение мне знать важно. –Да, без проблем. С удовольствием. Сейчас подойду к его деннику. Я недалеко, был в твоем кабинете. Прибирал рабочее место после обхода своих лошадей да заполнял амбулаторный журнал. – Спасибо, Петя. Жду, – отключила связь и, завидев Эльзу, помахала ей. Она что-то обсуждала с тренером, стоя рядом с соседним от Огонька денником. Только успела поздороваться с ними, как к нашей рабочей компании подошёл широким шагом Пётр. Пожал руку тренеру, поздоровался с Эльзой по имени. Подруга не подала виду, что удивлена его присутствию здесь. А я решила сразу этот момент прояснить, так как знала, что у неё возникнут потом вопросы ко мне по этому поводу. Я не хотела, не буду вмешиваться в отношения Эльзы и Пети, считаю, что это их личное дело и третьему тут не место. Взрослые люди – разберутся сами. – Позвала Петю, чтобы ещё и с ним обсудить ввод тренировок Огонька. Всё- таки Петя был свидетелем рождения этот жеребца, его взросления и тренировок. Не против? – Я только за! – ответил Станислав Сергеевич. – Того же мнения. Нужно все сделать правильно и без стресса для коня. Точнее, без вреда для него, – Эльза старалась не смотреть на Петю, но было заметно, что делать безразличный вид ей сложно. Да и Петя не сводил своего взгляда с нее, ловя каждое её движение, жест, слово, эмоции. Мы все встали напротив денника Огонька. Жеребец лениво пережёвывал корм. Изредка фыркал. – Я начну, – я взяла первое слово. – По сегодняшнему состоянию Огонёк стабилен. Быстро шёл на поправку, и результат не заставил себя ждать. Реабилитация прошла за рекордные сроки. Считаю, что можно начинать вводить жеребца в режим тренировок. Но, соответственно, всё делать на минимальных позициях. К тому же, непонятно, что умел делать конь до пожара, чему его успели обучить. Одно могу сказать: характер у него тот ещё. По типу нервной системы Огонька можно отнести к безудержному типу. Петя, ты согласен со мной? – Да, безусловно. Я передала ему эстафету. Эльза с тренером внимательно нас слушали. – Жеребца по-настоящему зовут Легион. Но твоя кличка ему больше подходит. Предлагаю так и оставить. Документы подготовить не проблема. Конь молодой. Константин сам его объезжал. Неудачно. Прошлой осенью. – В чём неудача? – спросил тренер. – Во-первых, все делали очень быстро, грубо. Во-вторых, после неудач с объезжанием жеребца Константин его вообще забросил. Стоял Огонек в деннике почти всё это время. – Ясно. Попотеем с этим конем, – вынес вердикт тренер. – Он взнуздан*? Я правильно поняла? – Да, верно. Но уздечку одеть на него – тоже то еще испытание. Седлали его, пытались выезжать и налегке, и с всадником. С наездником вообще вытворял всё, что хотел. Скидывал всех, кто садился на него. Вообще не давал и шанса на езду. – Нам необходимо исключить ошибки Константина, – спокойно произнесла Эльза. – Нужно найти подход к коню. Что нам делать? Какой план в заездке жеребца? – Во-первых, мы знаем его темперамент. Безудержный тип – очень сильный тип нервной системы, который характеризуется, точнее, проявляется неуравновешенностью нервных процессов, где возбуждение преобладает над торможением. Это очень важно! Это и нужно учитывать при построении тренировок, – закончила я свои мысли и дала слово Пете. – Во-вторых, нужно всё начинать с нуля, как по мне. Заново. Приучить к недоуздку, опять взнуздать, приставить одного человека к жеребцу, чтобы тот его поил, кормил, чистил и выезжал. И это точно должен быть не конюх, а тот, кто впоследствии станет всадником этого коня. Необходимо, чтобы у Огонька появилось доверие. – Нужно решить, кого будем садить на него, Станислав Сергеевич. И всё же определиться, в какое направление его ставить, к чему готовить, – Эльза дала указание тренеру. – По-моему, его лучше всего ставить на скачки или конкур, – рассуждал вслух тренер. – Я за конкур, – кивнула Эльза. – У нас для тренировок больше возможностей, всадника найти на него проще, чем на скачки. Думаю, что он с легкостью будет брать препятствия. Троеборье* или выездка* тоже не для этого жеребца. По пропорциям и характеру лучше всего конкур. Подумайте, Станислав Сергеевич, кого мы можем посадить на него. – Хорошо. – Ну, и напоследок хочу напомнить, что нам нужно его обучить, включить в тренировки, сдружить с всадником, а не настроить против себя, против людей. Нужно найти к нему путь, подход. Придерживаемся принципов: постепенно, осторожно, ласково, – я перевела дыхание и посмотрела на Огонька. Его впереди ждал интересный путь в становлении как спортивной лошади. – Верно сказала, Евгения, – согласился тренер. – Я сегодня подумаю, кого можно приставить к жеребцу. – Отлично. Тогда под ваш контроль, Станислав Сергеевич. Будут проблемы, обязательно сообщайте мне лично. И о результатах жеребца мне тоже докладывайте. А на сейчас – Огонек ваш. Тренер кивнул в знак согласия Эльзе. – Ну, если мы всё обсудили, и больше нет вопросов и предложений, то оставляю вас, – Эльза обратилась ко всем. – Дела. Женя, увидимся чуть позже, нужно кое-что обсудить. На связи, – остальным она лишь кивнула. – До свидания. Спустя пару минут мы тоже разошлись. *Взнуздать – это вложить удила в рот лошади, пристегнув их к уздечке. Уздечка – это часть снаряжения и упряжи, надеваемая на голову лошади и предназначенная для управления животным. *Троеборье – это олимпийский вид конного спорта, который включает в себя манежную езду, кросс и преодоление препятствий. *Выездка, по международной терминологии – дрессура (фр. dressage) – высшая школа верховой езды и олимпийский вид спорта. Это самый зрелищный и сложный вид конного спорта, демонстрирующий мастерство всадника при управлении лошадью в атмосфере партнёрства и взаимопонимания. Подразумевает создание впечатления самостоятельного выполнения лошадью некоего танца, скомбинированного из различных, чётко выполняемых элементов с плавными переходами от одного действия к другому, без очевидных команд седока.