Часть 32

Сидя на кровати своего, уже ставшего родным за это лето, домика, я решила вывести на разговор Дамира. Он не проронил ни слова с того момента, как я попросила его выйти из палаты и дождаться нас в машине. И сейчас он молча довез нас до усадьбы, молча взял меня за руку и привел в мой домик, молча поставил чайник и так же молча вручил мне в руки чашку чая. – Спасибо… – сделала первый глоток. Зеленый с мелиссой. Вкусный. Как я люблю – без сахара и в меру горячий. – Ты как? Решила уточнить у него, все ли в порядке, а то он немного пугал меня этим своим молчанием и суровым взглядом. А, может, не суровым, а задумчивым? Не могла разобрать. Может, у него проблемы в бизнесе, много дел, еще и я дернула его сестру в непогоду в ночь из дому и, по стечению обстоятельств, еще и связи не было. – Ты решила это уточнить у меня? – Дамир сел в кресло напротив. Руки сложил в замок, локтями уперся в колени ног, которые были широко расставлены, а кистями зафиксировал подбородок. Взгляд серьезный. А голос… Боже, будто в первый раз его тогда увидела, когда на его кухне с ним столкнулась и кофе попробовала. Будто чужой! А не мой родной, любимый, необходимый, свой. – Да, решила, – неуверенность в моем голосе выдала мое состояние. – Что случилось? Я чувствую… чувствую себя виноватой. – Что случилось?! – Дамир резко подорвался с места и подошел ко мне вплотную. Пришлось запрокинуть голову выше, чтобы смотреть в его глаза. Он двумя пальцами зафиксировал мой подбородок. – Что случилось? Я думал, головой сегодня за ночь двинусь! Пару часов назад, как с тобой говорил, все было хорошо. Домой рвался. Я как чувствовал, что что-то случилось. Пока ехал ни связи, ни черта!!! Погода, как назло, словно взбесилась, ночь на улице, а от стены дождя света белого вообще не видно. И, кое-как приехав, ни тебя, ни Эльзы не застал. Только Петя мечется из угла в угол с запиской в руках «Жене плохо! Не теряй. Я у нее». Вот только у тебя было пусто в домике: лишь смятая постель и легкий беспорядок, будто в спешке собиралась. Мы догадались, что вы в больницу рванули, и Вадим наш нач.без. подтвердил, что с вами Максим был отправлен. Вот только от этого понимания легче не стало! – он сел на кровать и рывком посадил меня к нему на колени, обнял. – И как быть – не знаешь! Не знаешь, что с тобой случилось, ведь было все хорошо и помочь не знаешь как, и эта неизвестность…И тысяча вопросов в голове и ни одного ответа. Когда два близких человека в опасности, а ты в неведении и бессилен перед обстоятельствами – от этого стынет кровь в теле… – Сейчас все хорошо, – я провела указательным пальцем по контуру его губ, руками нежно обняла его за колючие скулы и поцеловала в губы. – Я сама очень испугалась. Не знаю, что бы я делала без Эльзы. – На самом деле ее в дождливую погоду на улицу не вытащишь, а уж в грозу, такой ветер, что был сегодня ночью, такой дождь, что бьет стеной… Знаешь, когда вы с ней встретились в клинике, она проходила лечение. А лечению предшествовала авария. Сильная. Навсегда оставляющая отпечаток. Мы всей семьей ехали с официального мероприятия, дня рождения какого-то чиновника. Сейчас и не вспомню, к кому ездили. Ехали сюда, в усадьбу… Тоже была непогода: тот же ветер, дождь, гроза, молнии рассекали небо, но не так сильно и масштабно, как сегодня ночью. Или память стерла… Не знаю. На встречной полосе водитель из-за дождя, скользкой дороги, плохой видимости потерял управление и врезался в нашу машину, задел еще две, следовавшие за нами. Эльза очень сильно головой ударилась: сотрясение, гематома и открытая рана виска, шрам остался. Родители, слава богу, только испуг получили. – А ты? – спросила, хотя сама уже обо всем догадалась. – А я остался без ноги, – он чуть плотнее меня стиснул. Поцеловал коротко в висок. – Мне очень жаль, что такое с вами случилось, Дамир… – тихо прошептала ему в район его шеи. А затем поцеловала в губы – нежно, но быстро. Не хотела переключаться на другое, да и не до сексуального желания сейчас у обоих. – Я очень рада, что вы все живы. Очень. – Я не могу теперь не переживать, если что-то идет не по плану. Если Эльза куда-то едет, к ней всегда приставлен водитель. Знаю, что и это может не помочь, произойти может снова что-нибудь в дороге, но мне так спокойнее. – Поэтому ты со мной отправил тогда водителя? – Да. – Спасибо, – я крепко его обняла, хотя, казалось, куда уж больше, крепче, сильнее. – Извини за эту ночь. Я сама до сих пор не верю, что такое со мной приключилось. – Главное, что все относительно хорошо и что вы обе дома. Не извиняйся. А твое здоровье мы поправим. Об этом не переживай. – Мне неудобно, что ты все слышал, что доктор говорил. Это все женское…Да, поправлю здоровье, как вернусь домой, так сразу им и займусь, – улыбнулась ему, но он заметил мелькнувшую грусть в моих глазах. Нахмурился. Мне так не хочется, чтобы это время, проведенное с этим мужчиной, заканчивалось. В будущее заглядывать волнительно, страшно даже. Мы не обсуждали, что будет, когда я вернусь в столицу к себе домой. Не знала о планах Дамира. По-хорошему нужно у него об этом спросить: о планах, о нас, о своих сомнениях, страхах. Или это лишь летний роман без продолжения? Но я так не чувствовала. Или не хотела. Но я не спросила его. Промолчала. Боялась. Струсила. Не верила себе, в себя. Но звездочка-надежда искрилась в душе, что это все же не конец, что будет, все еще будет впереди, с ним, с этим мною горячо любимым мужчиной, и этот летний этап – это лишь начало. Верила в это, чуть-чуть, но верила. Переживала теперь, что еще и не совсем здорова. Нужна ли ему такая? Хотя по тому, как он вел себя со мной все это время, какие эмоции испытал за сегодняшнюю ночь… И этот разговор о его прошлом показал и рассказал мне многое. Я ему небезразлична. А я его люблю. Сильно. Горячо. Всей душой. Всей своей вселенной. Вживила в свое сердечко, словно клапан, без которого работа этого важного органа невозможна. – Женя, я не только слышал разговор, но по приезду в больницу сам пошел к доктору справиться о твоем здоровье и самочувствии. Не загружай свою голову ерундой. Не понимаю твоего стеснения. Даже не знала, что и ответить, а пока соображала, этот мужчина смог удивить меня еще больше. – Жень, прошу, отдыхай эти дни! Ветеринар есть. Просто отдыхай. – Хорошо. – Ладно, у меня еще пара важных звонков на сегодня и одно совещание провести, после – проверки отчетов. Мне пора, маленькая. Он встал вместе со мной, но после того, как горячо поцеловал в губы, посадил меня аккуратно на постель. – Я все понимаю. Я посплю. – И, Жень, вещи все собери. Постарайся к вечеру это сделать. Услышав это, я даже внутри похолодела. Ничего не понимаю. Зачем? Единственное, что я сейчас могла сделать, это пойти вслед за Дамиром проводить его и сказать, точнее промычать: «А-а?». Он обернулся ко мне у самого выхода, обнял за талию, притянул поближе и внимательно на меня посмотрел. – Успеешь? – Да, но я планировала еще здесь пожить как минимум неделю или пару дней. Ты против? – Здесь – да, – ЧТО?! Но быстро добавил. – Будешь жить в моем доме, спать в моей постели, быть под моим присмотром. Хватит нам с тобой ерундой страдать. Твои эти обмороки, больницы… – конец его речи все расставил по своим местам. Мне кажется, что я на время и дышать перестала, а теперь облегченно выдохнула воздух из легких. Дамир заставил меня понервничать. – Ты уверен? – Женя, будь я не уверен, не предлагал бы, а точнее, не ставил бы тебя перед фактом. Поспи и собирай вещи. К четырем часам постараюсь освободиться и помочь перенести все к себе в дом. – Ладно. – И, маленькая, давай без приключений! Очень прошу. Ок? – кивнула ему головой в знак согласия, а сама уже не могла улыбку с лица стереть. – Если что, сразу мне звони! – Все будет хорошо, Дамир! Обещаю. – Я это запомнил. Все, ушел.