Глава 33

Глава 33

— Необычно. Тебе идут эти белые пряди.

— Спасибо. Решила добавить немного света, чтобы не слишком выделяться со своими тёмными волосами… Расскажи о себе.

Киллиан смотрел на меня в упор, и, наконец, кивнув каким-то своим внутренним мыслям, произнёс:

— Ты, наверное, уже догадалась, что я и мои предки из Светлой империи?

— Догадалась.

— Если по правде, я только родился в Тёмной империи. У матушки роды были преждевременные. А так рос и развивался я в Светлой.

— Опять соврал! — я вскинула бровь.

— Не совсем. Мой отец был представителем Светлой империи и много лет прожил в Тёмной. Тот дом, в котором ты живёшь… он действительно принадлежал моим родителям. Как я уже сказал, родился я там, но всё детство, юность и часть зрелого возраста провёл в Светлой империи. А когда мне исполнилось тридцать, я должен был принять обязанности отца — он как раз решил уйти на покой.

— Подожди, так ты был послом? — Если это означает дипломатического представителя, то да. Но в моём случае им я так и не стал. Незадолго до того, как между нашими империями возникла Пелена, я прибыл в Лэйвон. Принимал дела, знакомился с документами, а родители в это время собирали вещи. Как сейчас помню радость матушки от того, что она наконец возвращается домой…

Киллиан на мгновение прикрыл глаза, и в этом жесте было столько боли, что моё желание «мучить его подольше» слегка поутихло.

— Я очень хорошо помню тот день. Попрощавшись с родными, на следующее утро я ждал сестру — Элоизу. Она перед замужеством хотела попутешествовать и решила начать с Тёмной империи. Я встретил её у портала с огромными сундуками… ещё смеялся, зачем ей столько вещей на пару недель. А вечером… вечером я пришёл домой и не смог в него войти.

Я невольно подалась вперёд.

— Что случилось?

— Пелена... Сначала мы думали — технический сбой.Ещё через несколько дней не пришёл товар из Светлой империи. Решили подождать пару-тройку дней, думали, что возникли проблемы с логистикой, но спустя ещё некоторое время поняли, что нас обманули, поэтому было принято решение выдвигаться на переговоры. Но… портал исчез. Маги пытались пробиться через стену, но попытки были тщетны. Пытались связаться с родными, но безрезультатно. И вот тут все поняли, что попасть на ту сторону мы не сможем.

Киллиан тяжело вздохнул.

— Позже мы заметили, что магия стала угасать. Не резко, но ощутимо. Сильных магов рождалось всё меньше, сложные заклинания перестали получаться, начались катаклизмы. И я понял: дело в Источнике.

— И как ты это понял? — я прищурилась, глядя на него поверх меню.

— Насчёт Источника я не был уверен на все сто процентов, — Киллиан сложил руки в замок, став на мгновение тем самым серьёзным следователем. — Но у меня было пять столетий на раздумья, изучение древних манускриптов о магических всплесках и сотни собственных опытов. Когда ты живёшь так долго, начинаешь замечать закономерности там, где другие видят лишь хаос. Я годами сопоставлял архивные записи с нынешним угасанием магии в Империи. Все ниточки вели в одно место. Вот и Ава подтвердила мои подозрения.

— Хорошо. С этим разобрались, про катаклизмы ты мне говорил… А что с магией?

— Вырождается магия. Если бы ты училась в академии, то поняла бы, что многие предметы носят лишь номинальный характер. Вот твоя подруга, Лэйман… Если бы она училась каких-то триста лет назад, она увидела бы огромную разницу в обучении. Она бы изучала множество сильнейших заклинаний, училась бы применять их на практике, а потом и в работе…

Раньше маги были сильнее, и им было проще ловить преступников. А сейчас что? Сейчас студенты больше изучают законы, а по сути, когда закончат обучение, кроме бумажной работы они почти ничего не смогут сделать для поимки преступников. Ты сама видела, как медленно продвигается дело с этой психопаткой. В былые времена она давно была бы уже повешена.

— Почему тогда их вообще принимают в Академию? — Чтобы собрать в одном месте тех, у кого есть хоть крупицы дара. Обучить их хоть чему-то, пока магия не исчезла окончательно. Ну и… студенты влюбляются, женятся, рожают детей, у которых тоже может быть дар. Академия — это такой своеобразный… как бы попроще сказать…

«Дом-2», понятно… Скрещивание видов в естественной среде обитания.

— Я поняла. А твоя магия?

— Моя магия, как ни странно, осталась при мне. Конечно, я не афиширую, что всё ещё могу использовать многие заклинания, о которых в Тёмной империи даже не слышали. К тому же работать на прежней должности я больше не мог. Поэтому я на некоторое время скрылся, а позже устроился в департамент.

— А что говорят люди? Что они думают о том, что магия исчезает?

— Ничего. Они этого просто не замечают. Столетия стирают память. Маги слабели постепенно, поколение за поколением. Для них нынешний уровень — норма. Только такие «старики», как я, помнят, каково это — по-настоящему дышать силой.

— Сколько, говоришь, тебе лет?

Киллиан поперхнулся вином и мгновенно замолчал.

Ха! Получи, дорогой мой «Мистер Врун». Знай, что перед тобой женщина, которая одним движением брови может заставить замолчать даже Шанти! Хотя нет, тут я загнула — Шанти не замолчит никогда, даже если ему пасть зашить, он будет ворчать через ноздри.

— Ты уверена, что хочешь знать? — наконец выдавил он, пытаясь вернуть себе самообладание. — Помнится, тебя не слишком устраивал возраст декана…

Ну да, он меня и сейчас не устраивает… Но считать я, слава богу, умею. Если тридцать ему было в момент закрытия Пелены, плюс пятьсот лет изоляции… получается, что ему пятьсот тридцать. Мать моя женщина!

— Посчитала? — Киллиан ухмыльнулся, заметив мой ошарашенный взгляд. — Не переживай, жить я буду ещё долго. И ты будешь. А если нет… то и я не смогу.

От этих слов по спине пробежал холодок. Он это серьёзно?

— Я ещё не решила, прощать тебя или нет! — я тряхнула головой, отгоняя нахлынувшие чувства. — Ты меня обманывал! Я тебе всё о себе рассказала, я ни разу тебя не обманула. Да, в самом начале могла утаить некоторые факты, но всё же — ты знаешь обо мне всё! А ты? Ты притворялся двумя разными людьми и наверняка насмехался надо мной, глядя, как я мечусь между тобой и деканом Вэйном!

— Не выдумывай! — Киллиан мгновенно стал серьёзным, и в его голосе прорезались властные нотки. — Вся эта ситуация ни капли не смешная. Мне было не до смеха, Рина, когда я понимал, что запутался в собственной лжи и могу потерять тебя из-за этого.

Я снова начинала злиться. Разумом я понимала, что ему можно верить, но в душе всё ещё ныла старая рана — недоверие к мужчинам, которое, как я думала, давно затянулось и превратилось в шрам. Видимо, Киллиан своим поступком содрал корку с этого шрама. Я ведь думала, что он особенный, а он оказался… ненамного лучше Лиама.

— Дай мне время, — отрезала я, понимая, что если мы продолжим сейчас, то свидание закончится грандиозным скандалом.

— Конечно. Столько, сколько тебе нужно.

— Расскажи лучше, откуда у тебя знания о камнях и заговорах? — я решила сменить тему на более безопасную.

— Это дар моей семьи. Обычно он передавался по женской линии, но не в каждом поколении. Моя прабабка была ведающей, и я часто наблюдал, как она создаёт талисманы. Конечно, я был ещё мал и совсем не понимал сути процесса, но видел, с каким безграничным уважением к ней относились люди. — Киллиан на мгновение задумался и тепло улыбнулся своим воспоминаниям. — Когда мне было лет двадцать, я поспорил с другом, что у меня тоже получится заговорить камень. В семейном архиве я нашёл несколько книг с заклинаниями, перечитал каждую по десятку раз и… Спор я, конечно, проиграл, а вот знания остались в голове навсегда.

— Скудноватые у тебя знания, — поддела я его, пряча улыбку.

— Что нашёл, то и запомнил, — развёл он руками.

— Шучу! Ты мне тогда очень помог. Спасибо.

Киллиан склонил голову и снова улыбнулся. Ну вот зачем, спрашивается, он опять демонстрирует свою фирменную секси - ямочку на щеке? Я же сейчас буквально растекусь лужицей по этому дорогому паркету. Похоже, он прекрасно знает свои козыри и бьёт ими наповал!

— Потанцуем? — внезапно предложил он.

— Я не умею, — честно призналась я, представив, как отдавливаю его пятисотлетние ноги своими новыми туфлями.

— Доверься мне.

Он встал и протянул мне руку, приглашая пройти в центр зала. И в этом жесте было столько уверенности, что я, вопреки здравому смыслу, вложила свои пальцы в его ладонь.

Киллиан уверенно вёл меня в танце, который напоминал смесь вальса и страстного танго. Его рука крепко держала меня за талию, даря ту самую уверенность, что я сегодня не опозорюсь и не запутаюсь в собственных ногах.

Он не отводил пронзительного взгляда от моего лица, а на крутых поворотах прижимал к себе чуть сильнее, будто боясь, что я ускользну. Кружение, остановка, шаг в сторону, порывистое сближение. Ещё шаг. Наклон. Резкий рывок за запястья и осторожные, почти невесомые касания рук. Так не касаются постороннего человека. Так касаются только любимой.

Я смотрела на расстёгнутый ворот его рубашки и едва сдерживала себя, чтобы не коснуться пальцами его кожи. Хотелось уткнуться носом в шею, чтобы ещё лучше распробовать его запах — аромат чего-то совершенного, мужественного и терпкого.

На поворотах голова шла кругом, окружающий мир смазывался, превращаясь в пёструю карусель из огней и лиц. Я сосредоточилась только на Киллиане. Я смотрела на него снизу вверх и видела, как его зрачки расширились от чего-то первобытного, горячего… и я, кажется, догадывалась, о чём он сейчас думает. Так не смотрят на человека, с которым тебя ничего не связывает. Так смотрят на желанную женщину.

Медленное раскрытие рук, безмолвное кружение и снова резкое сокращение расстояния. Объятия и мимолётный, нежный поцелуй, коснувшийся моих губ. Это было чувственнее и интимнее, чем секс. В этот момент я была инструментом в его руках, послушным каждой его команде. Дыхание сбилось, по телу пробежала волна мурашек. Как же мне хотелось продолжения… И нет, совсем не танца.

— А ты хорош! — выдохнула я, когда музыка стихла. — Наверное, сказывается опыт… всё же столько лет практики.

Киллиан усмехнулся и уже собирался проводить меня обратно за столик, как вдруг дорогу нам преградил другой мужчина, приглашая меня на танец.

Я не хотела с ним танцевать. Я видела, как потемнел взгляд Киллиана, но внезапно внутри проснулось желание позлить его. Показать, что я не принадлежу ему целиком и полностью, что я тоже умею мстить, когда меня обижают.

- Ну, ну. Я скоро. - шепнула Киллиану и он отпустил мою руку.

Незнакомец закружил меня в танце. Он пытался что-то говорить, завязать беседу, но я не отвечала. Моё внимание было приковано к Киллиану. Я наслаждалась яростным блеском его глаз, которые он не отводил от меня ни на секунду. Видела его плотно сжатые от злости губы, и меня заполняло почти детское чувство удовлетворения. Наконец-то я заставила его ревновать! Пусть прочувствует то же самое, что чувствовала я, когда он таскал веники своей… как выяснилось, сестре.