34

– Винсент, вы в своем уме?

Понятно, что вопрос был риторическим. Вывертам разума этого мужчины я уже не удивлялась.

В конце концов, он не человек, а монстры мыслят иначе. Нянюшка права, с ним надо лаской.

А то недолго очнуться поутру с отгрызенной головой.

Герцог меня словно не слышал, разглядывая мое скромное декольте.

Как, однако, некоторым, мало надо для счастья…

– Мои глаза выше, – протянула я, нетерпеливо притопнув ногой и прикрывая декольте руками.

Мужчина медленно перевел взгляд на мое лицо.

– Идем, у меня есть один знакомый оракул, – от попытался схватить меня за руку, но я отпрянула.

– Вы ведете себя, как дикий зверь, герцог… Полагаю, нас уже ждут, придите в себя, пожалуйста.

– Да, ты права, – опомнился он, не перестав тем не менее сверкать глазами, – нас ждут.

Он предложил мне руку, которую я с опаской приняла. Что-то подсказывало, его остановило вовсе не мое внушение.

Винсент всего лишь вспомнил, что свадьба и так не за горами.

И от этой мысли мне стало не по себе. А ведь и правда, он серьезно настроен добиться своего.

Нет, мне не понять этого человекообразного монстра с его изменчивым настроением. То пошла вон, то женюсь…

А еще он ни во что не ставит мои желания. Это, пожалуй, самая главная к нему претензия.

Меня не смущает даже то, что он монстр. Скорее то, что ведет себя, как монстр.

Мы вышли в коридор и направились в сторону главного зала.

Я давила в себе нервозность. Оставалось надеяться только на дядю Бернарда. Авось он придумает что-нибудь, чтобы избавить меня от этого замужества.

Всё-таки это в его интересах.

Главный зал кишел людьми.

Я даже слегка струхнула, когда все внимание разряженных дворян обратилось на нас с Винсентом. Острые взгляды облепили со всех сторон, еще больше разжигая мою нервозность.

Кажется, я начинала понимать, отчего герцог решил сбежать в деревенскую глушь и оставить все дяде.

Герцог накрыл мою ладонь своей и легонько сжал. От его молчаливой поддержки стало чуть полегче.

К тому же только поддержкой он не ограничился.

Краем глаза я заметила леденящий душу взгляд, каким тот окинул толпу гостей. Большинство опустили глаза, кто-то отвернулся. В тишине заплакал ребенок.

А потом опомнился глашатай:

– Его Высочество, герцог Асгарт со своей истинной Эмилией Освальд! Истинный и единственный наследник королевства!

Воздух взорвался от оваций. На другом конце зала я увидела Катарину.

Она хлопала в ладоши, украдкой утирая слезы умиления. За ее спиной возвышался Бернард. И его выражение было далеко от приятного.

Судя по всему, мужчина уже что-то придумал, и только и ждал реализации задуманного.

Изнутри кольнуло запоздалым раскаянием. А стоило ли мне вообще связываться с этим сомнительным мужчиной?

Полилась тихая мелодия вальса, и Винсент бросил на меня выразительный взгляд.

– Ты же не откажешь? – полувопросительно произнес он и потянул в середину зала. – Это давняя традиция семьи: первый танец истинных.

Я плелась за ним на ватных ногах под любопытными взглядами. Дамы шептались за веерами, а мужчины давили из себя подобострастные улыбочки.

– Я не сильна в танцах, знаете ли, – прошептала, стараясь держать спину прямо. – Так что многого от меня не ждите.

Герцог и бровью не повел. Крепко прижал к себе и повел в вальсе так непринужденно, словно каждое утро танцевал вместо зарядки.

– И почему же ты против? – неожиданный вопрос сбил с такта, и я едва не запнулась. – Всякий раз, когда я говорю о свадьбе, у тебя вытягивается лицо.

– О чем вы? – недоуменно спросила я, неловко переступая ногами, чтобы не оттоптать герцогу ботинки.

– Почему не хочешь замуж за меня? – повторил он холодно. – Ты истинная, что не так?

– Все не так! – отрезала я. – Вы ненавидели меня с самого начала! Выгоняли, издевались и даже макнули в корыто с тухлой водой. С чего бы мне вдруг хотеть за вас замуж? Тем более, что вы и предложения не делали, а перед фактом поставили!

Я сердито выдохнула, а глаза герцога полыхнули.

– А зачем делать предложение? – поинтересовался он невозмутимо. – Ты истинная, все предрешено.

Я поджала губы и отвела глаза. Как же с ним сложно! То драконы у него спят, и поэтому - проваливай из поместья, то все предрешено…

Поймав ледяной насмешливый взгляд Бернарда, я поежилась. Помощи от него ожидать явно не стоит, а вот почему он так ехидно улыбается – очень странно.

Нехорошее предчувствие застучало пульсом в висках, и я невольно покрепче вцепилась в ладонь герцога.

– Не хочу я за вас замуж и всё, – я покачала головой, – забирайте свою метку, а меня верните в поместье, подальше от этих ваших дворцовых интриг.

– Вот как? – Винсент задумчиво скользнул взглядом по краю декольте моего платья. – Метку можно забрать только с тем местом, на котором она находится. Я не против. Здесь подставишь или найдем укромный уголок?

Я вспыхнула гневным румянцем и попыталась оттолкнуть от себя этого высокородного нахала.

Но он держал слишком крепко так, что даже на сантиметр сдвинуться не вышло.

– Как вы смеете? – прошипела я возмущенно. – Это уже ни в какие рамки!

Тихий бархатный смех коснулся кожи, невесомо ее погладив.

– Ты выйдешь за меня, и это не обсуждается, – его голос набрал силу, и захотелось вжать голову в плечи. – Чем быстрей смиришься, тем лучше для тебя.

Музыка стихла, и я резко вырвалась из стальных объятий. Вот и говори с ним ласково! Никакого толка от этого нет.

– Не выйду, – еле слышно ответила я и бодрым шагом направилась к столам с закусками.

– Опять поцапались? – нянюшка выросла рядом из ниоткуда и беспокойно заглянула мне в глаза. – Поешьте, госпожа. От еды все становится лучше.

Она ловко сунула мне в руки тарелку с бутербродами и потянулась за бокалом ягодного пунша.

И только сейчас я обратила внимание, что королева не забыла и о ее наряде. Нянюшка красовалась в добротном бордовом платье с белым кружевом на воротнике, а ее седые волосы были уложены в элегантную прическу.

И как у такой заботливой женщины мог родиться настолько высокомерный эгоист? А может, это он в отца пошел?

– Прекрасно выглядите, Эмилия, – бесшумно подкрался дядюшка Бернард. – Но только что-то не похожи на счастливую невесту.

Я фыркнула и отставила тарелку.

– Вы тоже не слишком торопитесь мне помогать, – тихо прошептала я. – Если не можете, то так и скажите, чтобы я не надеялась на. Слышали, как Винсента назвали единственным и законным наследником?

– Не торопитесь с выводами, моя дорогая, – протянул Бернард, – неужели вы думаете, что я останусь в стороне?