Глава 2

В который раз сказал себе спасибо за то, что принёс в этот мир душ. Хоть на меня из-за этого и начали странно коситься, но, убедившись, что это не так уж сложно, все взяли на вооружение и меня странными вопросами больше не донимали. А сейчас именно душ помог привести себя в порядок после интенсивной тренировки и в то же время не опоздать на ужин.

Уже вытираясь полотенцем, я решил ещё раз попробовать технологию обезболивания, которой научил меня Александр. Я приложил ладонь к ушибленному плечу (последняя небольшая травма на тренировке) и направил в неё небольшой поток маны, строго по инструкции. Относительно быстро я почувствовал прохладу, а потом и холод. До умения княжича мне ещё далеко, работало слишком медленно, но начало получаться.

Когда я входил в обеденный зал, Фёдор Алексеевич стоял с князем Куракиным возле окна и о чём-то разговаривал. Екатерина Васильевна так же мирно разговаривала с Маргаритой Петровной Куракиной, но, приглядевшись, я заметил, что Пожарская держится буквально из последних сил, улыбка её была напряжённой.

Все дети Пожарских уже сидели на своих местах, оставив мне место между Софьей и Дмитрием, как в обед, но детей Куракиных на месте не было.

— Я же говорил, — тихо сказал Александр Софье, но я услышал. — Они не придут на ужин.

— Не угадал, — усмехнулась княжна. — Вон они идут.

Я обернулся в сторону двери и увидел всех троих. Они шли, выстроившись по возрасту, Прасковья шла последней.

— Вид, как у павлинов с подмоченной репутацией, — пробормотал себе под нос Дмитрий.

Я еле удержался, чтобы не рассмеяться. Совсем недавно почти так же выглядели и они с Константином, безуспешно воюя со мной, но сейчас, когда появился общий враг, все объединились. Не было неприязненных взглядов в мою сторону даже от Константина. Я один раз встретился с ним взглядом и не увидел там былой ненависти. Скорее настороженность и интерес.

— Марш неудачников, — не удержался от комментария Константин, когда трое Куракиных подошли к столу.

— Кто бы говорил! — раздражённо буркнул Мирон. — Вам просто повезло. Или вы своего прикормыша с утра до ночи заставляли шары кидать, пока он в обморок не упадёт.

— Он у вас небось только шары и кидает, а три плюс два не сложит, — добавил Савелий.

— Вот и неправда! — заступилась за меня Софья. — Он способнее любого из вас.

— У вас неправильные представления о моём распорядке дня, голубчики, — сказал я, вызывающе посмотрев им в глаза. — Некогда мне с утра до ночи в шары играть, я к поступлению в магическую академию готовлюсь. И за неделю уже выучил больше, чем вы за годы занятий.

— Он у вас ещё и разговаривает? — с деланным удивлением спросил Савелий, покосившись на меня, как на неведому зверушку.

— Ага, и крестиком вышивать умею, — сказал я, уже пожалев о том, что попытался с этими павлинами о чём-то поговорить.

Больше всего на свете хотелось вызвать этих юнцов на дуэль, но тогда я испорчу весь этот проверочный визит. Надо бы их унизить, но как-то по-другому, без физических травм. К тому же я не уверен, что смогу их осилить в магической дуэли или фехтовании, разве что в кулачном бою, но это не по-княжески уж точно.

— Ну что, раз все на месте, то пора ужинать, — громко сказал Фёдор Алексеевич, усаживаясь на своё место во главе стола.

— Посмотрим, что на этот раз твои повара приготовили, Фёдор Алексеевич, — снисходительно произнёс Иван Ярославович, разглядывая блюда на столе. — Начну с этого, пожалуй, выглядит съедобно.

На месте князя Пожарского я бы уже надел любое ближайшее блюдо Куракину на голову. Куракин же специально кривляется, стараясь показать, что он круче во всех планах.

— Послушай, Иван Ярославович, — начал Пожарский, видимо с теми же мыслями, что и у меня. — А как же так получилось, что твои сыновья, что славятся умением играть в шары, проиграли сегодня моим? Наверно не вылезают из учебников, готовятся к учебному году?

— Проиграли? — удивлённо воскликнул Куракин, уставившись на сыновей. Подцепленная вилкой отбивная из медвежатины упала на белоснежную скатерть. — Как это проиграли?

Впервые я увидел, как этот самодовольный гусь теряет невозмутимый вид. Значит детишки не похвалились своим поражением, решили скрыть от родителей. Вид у парней сейчас был соответствующий ситуации — побледнели, выпрямились, сжали губы, опустили глаза. Прасковья уткнулась в свою тарелку и собралась молчать до последнего.

— У вас сегодня руки не там запутались? — продолжил Куракин довольно эмоционально, Фёдор Алексеевич тем временем старательно прятал довольную улыбку. — Может вы их из штанов забыли вытащить?

— Пап, этот бастард, он мухлюет! — срывающимся голосом пропищал Мирон.

— Так, ты княжий сын или нет? Говори нормально, чтобы подданные трепетали! — прикрикнул Куракин, хлопнув ладонью по столу, заставив вздрогнуть посуду.

— Мирон хотел сказать… — начал Савелий голосом самоуверенного адвоката в суде, но отец не дал ему продолжить.

— С тобой я потом поговорю, с тебя особый спрос будет! — недовольно произнёс Иван Ярославович, немного успокаиваясь. Видимо дошло, что его эмоции играют сейчас против его репутации. — Итак, Мирон, что значит мухлюет? Как с шарами можно мухлевать? Он что, подходил и ставил их куда надо?

— Нет, отец… — промямлил младший, опустив голову.

— Так я не понял, кто у нас княжич? — снова рыкнул Иван Ярославович, повторно хлопнув по столу.

Семья Пожарских и находящиеся в зале слуги с интересом наблюдали за выяснением отношений Куракиных. Судя по всему, это было зрелище из ряда вон выходящее. Наверно парни в шары ранее никогда не проигрывали и у князя сорвало крышу настолько, что он на время забыл, зачем приехал.

Мирон же, бледный, как скатерть, выпрямился, поднял подбородок и посмотрел отцу в глаза, как смотрит гордый пленник в глаза палачу.

— Бастард жульничал, — твёрдо сказал юноша. — Не может деревенщина так хорошо кидать шары. Скорее всего у него заготовлено какое-то приспособление.

— Что за буйные фантазии? — не выдержал я. — Давай сыграем ещё раз и перед началом игры ты проверишь, что у меня нет ничего лишнего. Могу снять камзол и жилет, останусь в рубахе.

— Мы в своей семье сами разберёмся, ты понял⁈ — рыкнул Куракин уже на меня.

— Да ради Бога, пожалуйста, — развёл я руками. — Я и не собирался, просто случайно вляпался.

У Куракина начал проявляться нездоровый румянец, в зале росло напряжение, того и гляди между золотыми кубками начнут проскакивать разряды молний.

— Ну что вы, право, — елейным умиротворяющим голоском произнесла Екатерина Васильевна. — Ну может и правда нашим ребятам сегодня повезло? Савелий и Мирон считаются чемпионами по игре в шары. Пусть они сыграют ещё раз, и тогда всё встанет на свои места.

— И сыграют, — напряжённо ответил Иван Ярославович, почему-то чрезмерно переживая за поражение своих детей, словно на их победу сделал большую ставку. — Только завтра. Сегодня они потренируются с вашими шарами, верно, Савелий?

— Да, отец, — с удовольствием подхватил тему парень. — У них шары другие, надо привыкнуть. Надо было свои взять.

— В следующий раз со своими приедем, — немного успокоившись мыслью о неправильных шарах, ответил князь Куракин.

Наблюдая за всей этой сценой, я пытался поверить в реальность происходящего. Чтобы князь, пользующийся большим расположением государя, имеющий больше земель, чем его соседи и более богатый, так распереживался из-за проигрыша детей в шары? Как по мне это лютый бред. Может здесь кроется нечто другое, о чём я не подозреваю?

— Наш повар сегодня заморскую рыбу приготовил, — решила сменить тему разговора Екатерина Васильевна. — Привезли недавно по особому заказу, сибас называется, вы не хотите попробовать сибаса?

— Нет, сибаса мы не хотим, — ответил за всех Иван Ярославович. — А вот камбалу у вас готовят довольно-таки неплохо, не откажусь.

— А почему ты за меня решил? — несколько напряжённо поинтересовалась Маргарита Петровна. — Я, например, очень хочу попробовать сибаса.

«Надеюсь, отсюда?» — подумал я. Было бы неплохо. Судя по выражениям лиц детей Куракиных, у них в этот момент происходит серьёзная внутренняя борьба. Неравный бой ведут две навязчивых мысли — или по-быстрому прикончить нас с Костей, или попробовать сибаса. Оба варианта одинаково притягательны, только рыба здесь по итогу не причём.

А я вот решил попробовать эту заморскую рыбу и остался вполне доволен, правда я в прошлой жизни готовил его вкуснее. Только я больше никого ничему учить не буду, хватит с меня уже кофе и душа, что послужило наверняка поводом к проверке моего прошлого, порученного Каменским своим помощникам.

Вот только странно, я же видел, как они приехали на следующий день после разговора с бароном, не по телефону же они ему позвонили? Значит у них есть какой-то способ связи, ещё одна загадка магического мира. Может телепатия какая? Хотя, если бы Остап Афанасьевич был таким крутым телепатом, его князь Пожарский держал бы постоянно при себе. А может это как раз Каменский телепат? Тоже вряд ли, тогда бы он не устраивал эти проверки и давно знал бы, что я пришелец из другого мира в теле сына кузнеца.

За столом продолжалась напряжённо-непринуждённая беседа, иначе и не назовёшь. Я же спокойно, но подобающе княжичу грациозно дегустировал разные блюда, которых раньше на столе не видел. Что же там готовят у господ Куракиных, если Иван Ярославович неоднократно упомянул, что у него гораздо лучше? По-моему, за эту неделю я перепробовал больше блюд, чем за прошлую жизнь. А сибас неплох, но можно и лучше.

Савелий и Мирон периодически бросали на нас раздражённые взгляды. Такое впечатление, что мы их макнули публично в выгребную яму и это является поводом для мести на всю оставшуюся жизнь.

Наконец-то ужин в «приятном» обществе милых соседей подошёл к концу. На моё удивление из уст князя Куракина не прозвучало ни одного каверзного вопроса в мою сторону. Может это всё из-за той самой игры? Не буду себе ломать этим голову, мне же проще.

— Насколько я знаю, Трифон Афанасьевич ещё не вернулся, — сказала мне Софья Фёдоровна, когда мы выходили из обеденного зала. — Можем позаниматься, если хочешь.

— Хочу, — коротко ответил я, провожая взглядом Савелия и Мирона, которые перед тем, как уйти на тренировку, успели по пути перекинуться парой неприятных слов с Дмитрием. — Прямо сейчас?

— А зачем откладывать? — спросила девушка с едва заметной улыбкой.

Мы сразу повернули в сторону её покоев, я заметил, как наш манёвр засёк Дмитрий, но никаких эмоций на его лице в этот момент не было, просто принял к сведению.

Софья усадила меня в гостиной за стол и разложила учебники, которые отдельным блоком стояли на полке в шкафу. Скорее всего к занятию она готовилась. С помощью княжны я сразу углубился в понятие Эфира, Маны и их взаимодействия. Затрагиваемые материи по понятию и свойствам сильно отличались от моего представления об окружающем мире, что вполне ожидаемо, но девушка разжёвывала настолько, что смог бы понять и ребёнок.

Мы уже решили несколько простых задач с несложными расчётами, когда в комнату коротко постучались и заглянул Дмитрий.

— Я отвлеку вас на пару минут? — спросил парень, причём обращаясь не только к сестре, но и ко мне.

Это уже совсем новый уровень отношения ко мне, то есть он со мной считается. Значит я вливаюсь в семью. Вопрос остаётся только за Константином. Во время обеда я не мог посмотреть ему в глаза, может понял бы больше по его лицу и взгляду. Как ни крути, а «маски» они носили не идеально.

— Мы уже скоро закончим, — ответила Софья. — Если хочешь, присядь, подожди. Это недолго.

— Хорошо, подожду, — совершенно спокойно сказал княжич и не по-аристократически взгромоздился на подоконник.

Он свой, ему можно, а мне София (и за что мне эта путаница ниспослана?) не раз повторила, что это прямо совсем моветон.

Мы решили ещё пару задач. Всё это время Дмитрий с интересом наблюдал, как я отвечаю на вопросы.

— Думаю, достаточно на сегодня, — сказала Софья Фёдоровна, закрывая задачник. — Дима, что ты хотел? И слезь уже с подоконника, у меня стульев хватает, а то вывалишься ещё не дай Бог.

— Мне и тут хорошо, — махнул парень рукой, усмехнувшись. — Я по поводу завтрашней игры. Очень хочется снова надрать зад этим напыщенным павлинам, чтобы они успокоились раз и навсегда. Костя очень вдохновился сегодняшней победой, даже перестал говорить в адрес Михаила плохие слова.

— Мне очень приятно, что Константин изменил обо мне своё мнение, — ответил я с улыбкой. — Правда. Хоть вы ребята такое натворили, что другой бы не простил. Жаль того невинного человека, который съел вместо меня отравленный десерт.

— Родители пока не знают, — ответил Дмитрий, немного побледнев, значит он не бесчувственный. — Мерзко вышло, не надо было так делать. Хорошо, что Каменского удалось уговорить, а то отец бы нам устроил весёлую жизнь. Давай сейчас опустим эту тему.

— Опустим, — кивнул я, но самому на душе стало неприятно. От рук этих оторв пострадал невинный человек. — Но выигрывать у Куракиных нельзя.

— Это ещё почему? — сразу напрягся Дима.

— Ты видел, как на их поражение отреагировал Иван Ярославович? — спросил я.

— М-да, — вздохнул парень. — Как-то чересчур.

— Я думаю, что эта победа для них многое значит, — сказал я. — Выиграть мы у них сможем, и эта тренировка им не поможет, дело не в шарах. Но если уж сам Иван Ярославович так завёлся, значит это для них не просто игра и выиграв, мы рискуем перейти с ними из относительно добрососедских отношений в состояние войны или по крайней мере значительное ухудшение отношений обеспечено.

— А ведь дело Михаил говорит, Дима, — задумчиво произнесла Софья. — Победу над нами они всегда воспринимали как должное, а сегодня все кипели от гнева и разочарования.

— Да пусть они кипят сколько угодно! — воскликнул Дмитрий, нахмурившись. — Давно уже хотел наказать этих спесивых уродов! Я о таком удовольствии, как сегодня, даже не мечтал! И за это спасибо Михаилу, да, но, чтобы им теперь специально поддаться? Ну уж нет уж!

— Дима, послушай, — мягко начала Софья, поднимаясь со стула и подходя к брату. — Я тебя прекрасно понимаю, и Миша понимает, я видела в его взгляде, как он хотел бы снова принизить этих Куракиных, они никому здесь не нравятся, даже слугам. Но нам не нужна вражда с ними. Это будет стратегически обдуманное поражение.

Я слушал Софью и радовался, как она красиво излагает мои мысли, а то я уже порой опасаюсь высказывать всё, что в голове. И так порой перебарщиваю, в любой момент может повториться проблема типа кофе.

— Да понял я, — сказал после тяжких раздумий Дмитрий. — Не знаю теперь, как Косте об этом сказать. Он вроде только начал привыкать к мысли, что Михаил нам не враг, к тому же союзник в этом вечном состязании с Куракиными, а теперь надо уговорить его проиграть и Михаил, на которого мы все надеемся, начнёт поддаваться этим гадам.

— Ну давай я с ним поговорю, если хочешь? — предложила Софья.

— Нет уж, лучше я, — покачал головой Дмитрий. — Пойду к нему прямо сейчас.

— Давай я с тобой? — спросила Софья, положив брату руку на плечо.

— Не стоит, — сказал княжич, мягко похлопав её по руке. — Мне он всё-таки доверяет больше всех. Поэтому так расстроился тогда, решив, что я предатель. Вроде отпустило немного.

— Хорошо, — ответила девушка, убирая руку. — Только будь с ним помягче. Хоть он и способен на гадости, но он очень ранимый.

— От того и способен, — усмехнулся Дима. — Не переживай, всё будет хорошо.

Парень вышел из комнаты, и мы снова остались вдвоём, повисла звенящая тишина.

— Спасибо, что поддержала меня, — сказал я, Софье Фёдоровне, которая смотрела в окно, погрузившись в размышления.

— Не только тебя, — усмехнулась девушка, обернувшись. — Ты всё правильно сказал. Проиграть этим идиотам — это не в твоих интересах, но в интересах семьи. Хотя, проблемы бы и тебя потом коснулись. Хоть я и играю даже хуже Прасковьи, но мне всегда хотелось у них выиграть, но этого и на самом деле делать не надо, ты прав. Так что это тебе спасибо.

Софья сейчас определённо смотрела на меня, как на друга. Если раньше я видел в её взгляде некоторые сомнения, то теперь их не было. Так что доверие детей Пожарских я почти завоевал. Дмитрий не видит во мне врага, но это не точно. Александр мне доверяет, последним остался Константин, но и его враждебный накал потихоньку уходит. Думаю, он уже жалеет о том, что пострадал невинный человек и на его месте только стараниями Софьи Фёдоровны не оказался я. Софья на тот момент была холодна по отношению ко мне и лишь прислушивалась к мнению отца, но теперь ситуация изменилась в мою пользу.

Выходит, очень вовремя приехали эти Куракины. Предполагалось оценить меня, как потенциального князя, возможно унизить и забраковать, но вышло совершенно иначе, планы не сбылись. Теперь всё зависит от завтрашней игры. Ни за что бы не подумал, что метание металлических шаров на лужайке сможет сыграть такую весомую роль.