Глава 8

– То есть ты не останешься до утра?

Натан натурально возмутился.

Дана не успела что-то сказать, как оказалась снова подмятой под его крепким жилистым телом.

– Легко, – засмеялась она, отметив, что горло немного саднит. Все-таки глубоко Натан входил, в какие-то мгновения не щадя ее. Но она не возражала…

– Не понял…

– Чего ты не понял? Я убегаю от тебя, роняя тапки. Или нет, не так. Скоро часы пробьют двенадцать, и Золушке пора возвращаться, покидая своего принца.

Проникнув между их телами рукой, она развела пальцы в сторону и провела подушечками по тугому прессу Натана.

Идеальный. Ни грамма жира. Одни лишь тугие мышцы, которые хотелось трогать снова и снова.

Теплая, вязкая нега гуляла по телу Даны, нашептывая, чтобы она не маялась дурью, а ложилась на плечо Натана и сладко засыпала. Чтобы рано утром повторить то безумие, что происходило с ними.

Но разум настойчиво талдычил, что надо сворачиваться. И уходить. Хорошего понемногу.

Натан расставил руки по обе стороны от ее лица, коленом попытался раздвинуть ей ноги. На этот раз Дана не позволила.

– Ты из России, – прищурился Натан сильнее. – Там очень любят эту сказку.

– Сказку про Золушку любят везде, – парировала она. У самой же сердце тревожно заныло.

Нельзя ничего говорить! Впускать ближе, чем уже пустила!

Правильно говорят, что тело – еще не душа. У тела память краткая. Пусть оно и получает удовольствие.

А душа…

С душой она разберется потом. Договорится.

Наверное.

Натан некоторое время помолчал, точно тоже делал какие-то выводы. Дана продолжала его гладить, изучать. Ожидая, что он все-таки что-то да скажет.

Не сказал.

– Отвезти тебя не могу – выпил, – сообщил он ей, закидывая руки за голову и наблюдая, как Дана натягивает непослушными руками нижнее белье.

– Такси – тоже неплохо.

Раз неплохо, то почему ее потряхивает? Она должна уйти… Должна! Ночевать у Натана дурная затея, чреватая негативными последствиями. Откуда взялось такое предчувствие, она сказать не могла, но решила прислушаться к интуиции.

Собиралась с тяжелым сердцем. Она не хотела уходить. Тоска все отчетливее заполняла кровь.

Надо…

Чем быстрее, тем лучше.

Натан поймал ее, когда она попыталась окончательно встать с кровати. Перехватил за живот и впился в шею. Прикоснулся горячими сухими губами к чувствительному участку.

– Все, беги, девочка. Иначе не отпущу.

Он ничего не сказал о том, когда они увидятся в следующий раз.

И увидятся ли в принципе.

Дана села в машину, откинулась на спинку заднего дивана и прикрыла глаза.

Дышать… Ровно и спокойно.

Вот что ей нужно.

И не думать о том, что произошло.

Точнее, не думать не получалось.

Надо сконцентрироваться на том, какое удовольствие она получила. Какое приключение с ней случилось.

И только.

Не анализировать. Не строить планов. Да и какие планы тут построишь?

Честно? Она ждала, что на завтра Натан назначит ей свидание. Пригласит куда-то. Пусть даже сразу к себе в отель!

И она бы приехала! Причем не колеблясь.

У нее не было к нему претензий. Она сама установила рамки, сказала – курортный роман. Все. Никаких обязательств. Никаких последствий. Натан хотел получить ее и не скрывал своих намерений.

Получил.

Как хотел и куда хотел. Она была покладистой, позволила доминировать. Иначе с ним и не получилось бы. Он был повсюду, в каждой клеточке, на каждом участке тела. Дана интуитивно сжала бедра сильнее, в лоне снова полыхнул жар. Какое там! Между ног от интенсивного и порой яростного секса немного саднило. И тянуло. Сладко-сладко.

Дана прикусила губу. Слезы неожиданно подобрались слишком быстро.

Почему все так? Почему настолько несправедливо?

Встретить лучшего мужчину в мире и сознательно пойти на обман. Выбрать путь, который ей не пройти достойно.

Смахнув слезы, Дана сжала зубы с такой силой, что они неприятно скрипнули. Нечего раскисать и жалеть себя! Надо радоваться тому, что происходит! Она может быть счастлива. Эти дни…

С ним.

Если он, конечно, появится снова. Страх, что они больше не увидятся, возник из ниоткуда, подкрепленный молчанием Натана.

Дана поднималась к себе на негнущихся ногах. Войдя, кинула сумку прямо на пол, прошла к кровати и рухнула на нее.

Все…

Некоторое время лежала, глядя в потолок и прислушиваясь к собственному телу. Некоторые мышцы сладко побаливали, тянули. Дана улыбнулась. Ничего… Значит, так надо. Иногда она включала фаталистку, утешаясь подобным образом.

Ночь выдалась беспокойной. Дана думала, что после секс-марафона не будет чувствовать ни рук, ни ног и провалится в спасительную темноту. Отчасти так и было. Она постоянно ворочалась, не могла себе найти места, находясь в полудреме.

Утром долго смотрела на отражение в зеркале. Та же она. Красивая и спокойная. Даже кругов под глазами не наблюдалось.

Ладно… По плану у нее завтрак, чашка крепкого кофе и пляж. Где она будет лежать, тянуть ляжки и ни о чем не думать.

Завтракала она у бассейна, любуясь бирюзовым горизонтом.

Она никуда не спешила. Сегодня у нее абсолютно свободный день.

Она созвонилась с родителями, поболтала с ними немного. Оба прекрасно себя чувствовали, копошась в земле.

– Твоя мать сошла с ума, – подытожил папа, радостно улыбаясь. – Собралась сажать шелковицу.

– И посажу. – Где-то за спиной отца, замаячила такая же довольная родительница. – Несколько кустов. Буду есть плоды прямо с кустов. Разве не идеально?

– Идеально, – подтвердила Дана. – Я к тебе присоединюсь.

– Сговорились, да?

Дана демонстративно подмигнула.

Выходя из отеля, она поймала эффект дежавю. Словила… И он закружил ее, завертел.

Натан, надевая солнцезащитные очки на глаза, ждал ее у дороги.

Приехал…

С утра…

Он ее увидел сразу и поманил пальчиком. Мол, давай, детка, иди ко мне, я уже заждался.

Дана, стараясь, как дурочка, не разулыбаться во все тридцать два, опустила голову, пряча радость. Лишняя демонстрация тоже ни к чему.

Она села в машину.

– Ну привет, – растягивая губы в иронично-доброй усмешке, сказал Натан, наклоняясь к ней и целуя прямо в губы.

Дана и не думала противиться.

В комплекте с поцелуями шли и другие ласки – пальцы Натана ловко проникли за подол туники и надавили на лоно через трусики.

Она задохнулась. Мысленно воспротивилась такой откровенности. Они же на улице! Их могут увидеть!

И… ничего не сказала. Не смогла.

Сглотнула подступивший к горлу ком.

– Ты сумасшедший?

– Естественно. Сошел от тебя с ума. С утра пораньше караулю у отеля, занимаюсь полнейшей херней, как ты считаешь?

Дана покачала головой.

– Кстати, я вот о чем подумал… – Натан тронулся и повез ее куда-то, не уточнив даже.

– Давай, выкладывай.

До того момента, как увидела ожидающего ее Натана, она и не подозревала, как сильно была напряжена. Старалась держаться. А внутри разливалась горечь. Спроси, что ела на завтрак, она не скажет.

– Меня бесит, что у меня нет номера твоего телефона.

Натан повернулся к ней, желая получить реакцию на свои слова.

Дана, наученная предыдущим общением с ним, как бы нечаянно отвела взгляд. У самой сердцебиение зашкаливало.

Сегодня Натан воспринимался ей совершенно иначе. Секс меняет все… Абсолютно. И можно что угодно говорить, что секс – это только секс, и после него ничего не меняется в человеке. Еще как меняется! Дана убедилась.

Для нее последствия оказались серьезными. И она подозревала, что это только начало.

– И что? – игриво уточнила она.

– Дана-а… Ты троллишь меня.

– Самую чуточку.

Натан демонстративно взял телефон в руку. Второй продолжал сжимать руль.

– Диктуй.

– Какая самоуверенность.

– Дана… Я серьезно.

– А если я не хочу? А если мне зашло, что ты каждое утро меня встречаешь у отеля? – Она продолжала скрывать волнение за кокетством.

Обмен телефонов на отдыхе – норма. Ничего предосудительного. Всегда можно потом добавить адресата в черный список.

Но все естество Даны запротестовало. Точно ее просят не номер продиктовать, а сказать код доступа к экрану.

– Душа требует романтики?

– Хм… – Дана указательным пальцем повела в сторону мужчины. – В яблочко!

Натан демонстративно повертел телефоном.

Дана сдалась.

Записав, мужчина сразу же сделал вызов. Дана так же демонстративно не полезла в пляжную сумку. Усмехнулась и отвернулась, начав рассматривать пейзажи и здания, мимо которых они проезжали.

– Вот ты вредина, – послышалось ласковое.

Они покатались по городу. Выехали за его пределы.

– Хочешь повыше заберемся? В деревни?

Дана кивнула.

Куда угодно… Лишь бы с ним.

Они говорили о пустяках, периодически задирали друг друга. Смотрели. Улыбались. Иногда градус напряжения между ними резко повышался. Причем ни с того ни с сего. Какая-то фраза, слово. И все.

Натан не выдержал первым. Дана знала, что так будет. Поэтому не удивилась, когда он зарулил к развилке, проехал менее километра и свернул снова.

– Ты хорошо ориентируешься, – заметила она, стараясь не обращать внимания, как участился пульс.

– Иди ко мне.

От его властных ноток вибрация сильнейшими потоками полилась по телу Даны. Трусики мгновенно увлажнились. Да что ж такое! Она становится нимфоманкой.

Заглушив мотор, Натан отодвинул сиденье максимально далеко.

Подхватил Дану, перетянул на себя, усадив сверху. Дернул повыше.

Прямо на эрегированный член.

Она охнула. И все… Потонула в его желании. Его страсти. Чистейшей похоти, которую он щедро транслировал. Натан целовал ее. Губы, подбородок. Шею. Скользил по ней щетиной, оставляя легкие отметины. Дана ерзала, льнула к нему. Забралась под футболку и застонала, дотронувшись до теплой кожи.

– Не здесь, Натан, – прошептала Дана, выгибаясь в позвоночнике, чтобы любовнику удобнее было забираться к ней под плавки.

– Похеру, Дан, – послышалось нетерпеливое в ответ. – Не дашь себя – возьму силой.

От угрозы, которой следовало бы напугаться любой здравомыслящей девушки, Дана завелась еще сильнее. То, как Натан говорил, с какой потребностью и жадностью, кружило голову. Дана не противилась. Желание проникало в кровь, наполняя сладким ядом. Вибрация внутри усиливалась, вызывая нетерпение.

Дана обхватила шею Натана рукой и задвигалась бедрами. Вперед-назад, дразня мужчину.

И себя.

Тот зарычал, дернул ее снова на себя и болезненно впился в губы, кусая, засасывая в себя. Дана задвигалась интенсивнее, хмыкая. Творилось безумие, все разумные доводы, почему ей надо уезжать из страны, возвращаться на родину и перекраиваться свою жизнь заново, исчезли в дверях отеля.

Остался только Натан.

Его взгляд. Его запах.

Терпкий и одновременно сладкий. Будоражащий, в который она кидалась, как в омут. Ни о чем не думая, ничего не понимая.

Натан сдернул в сторону плавки девушки и провел пальцами по влажным складкам. Один раз, второй.

– Войти в тебя? – яростно зашептал мужчина, обжигая дыханием.

Дана упрямо мотнула головой и в противовес своим же действиям приподнялась и насадилась на пальцы, прикусывая губу, чтобы не закричать от острого восторга.

– Ах ты…

Натан не договорил, задвигал пальцами, врываясь в нее максимально глубоко. Дана не стерпела, лихорадочно провела по бедру мужчины и сжала член через шорты.

Большой. Вкусный. Она помнила…

И хотела снова его ощутить. Глубоко в горле. Максимально.

– Ласкай его! – приказал Натан, открывая переднюю консоль и доставая оттуда презерватив.

Свой…

Дана закрыла глаза. Она ничего не видит… ничего…

– Садись! Сама!

Обжигающий шепот действовал оглушающе. Дана извернулась, развела ноги шире, не обращая внимание, как ткань плавок врезается в нежную плоть.

Господи, какой же он… Она подалась вперед, прижавшись к Натану. Тот обнял ее, прижал к себе, ласково целуя.

Чтобы в следующую секунду начать двигаться. Сначала медленно, тягуче. Дана отметила, что он и вчера так начинал. Значит, ему именно такой ритм заходил. Она не возражала… Ни против чего.

Низ живота полыхал. Влажные пошлые звуки наполнили пространство вокруг них. Дана подстроилась под ритм Натана, опираясь на его плечи.

– Тебе хорошо? Скажи, хорошо?

– Да…

– Не так!

– Да, черт побери, мне… – Дана сглотнула, сильнее цепляясь за мужчину и застонала, кончая: – Нра-а-авится…

Передышки он ей не дал. Зацепив шею, контролируя, заключив ее полностью в свои руки, начал двигаться. Резче и резче. Дана то пищала, то бессильно хватала воздух. Терялась. Возвращалась на мгновения в реальность и снова погружалась в сладостную пучину. Натан все двигался и двигался. Целовал ее. Пару раз ругался на непонятном языке. Или это не ругань была… Да какая разница! Ощущений было так много, что Дана не соображала, не вслушивалась. Все, что не касалось наслаждения, ей было до лампочки. Ощущения пронзали. Вместе с членом Натана.

– Давай еще…

– Нет… не могу…

– Еще я сказал.

Он сжал ее лицо ладонями, заглядывая Дане в глаза и переставая двигаться. Последнее для нее оказалось решающим.

А глаза! Как он на нее смотрел! Это же невыносимо!

Дана медленно, облизнув пересохшие губы, кивнула.

– Тогда держись…

За что?.. Зачем… В голове билась лишь единственная мысль – Натан.

Натан…

Он! Только он…

От ощущений разрывало, опаляло нестерпимым жаром, и Дана бессильно осела на бедрах мужчины. Натан сразу же смягчился, сделал несколько толчков, один особенно глубокий, и замедлился, прижимая Дану к взмокшей, покрытой испариной груди.