Глава 6

– Значит, так, Валеев, – прохожу в номер, – спишь на кушетке и даже не думаешь о том, чтобы ночью случайно, – сгибаю по два пальца на каждой руке, имитируя кавычки, – оказаться в моей постели. Скидываю проклятые туфли на двенадцатисантиметровом каблуке, испытывая при это такое острое удовольствие, которое способно затмить собой самый сильный оргазм. И все-таки не могу сдержаться от кайфа и не простонать от удовольствия. Звук получается громким и протяжным. Но мне слишком хорошо, чтобы стыдиться его. – Чёрт, богиня, – хрипло говорит Валеев, и я чувствую, как его взгляд проходится по моей фигуре, обжигая, и от этого кожу осыпает мурашками. – Если ты и дальше будешь издавать такие звуки, то я не могу гарантировать, что смогу ночь продержаться, не перемещаясь к тебе поближе. Я отхожу дальше к окну и замираю на пару мгновений, чувствуя, как вспыхивают щеки. Все же Эльдар – мастер ставить женщину в неловкое положение. И тут же сразу проносятся перед глазами все возможные варианты неловких положений, в которые Эльдар может меня поставить. Моргаю часто, скидывая этот морок. Что б тебя, Валеев! – В таком случае мне плевать, где ты будешь ночевать, – оборачиваюсь к нему и смотрю прямо в глаза, давая понять, что шутить не намерена. – Если ты не помнишь, то в условиях нашего договора было лишь то, что мы покупаем ваше оборудование, об интиме речи не было и быть не может. – А что так, Настенька? – подходит он ближе, а я напрягаюсь. Как давно меня называли Настенькой? Разве что дедушка, которого много лет нет. Для всех остальных я всегда была и есть Анастасия Лебедева, а для близких – Стася. – Эльдар, остановись, – вытягиваю руку вперед, стараясь сохранить дистанцию между нами. – Разве тебе не обидно, что этот кобель Лебедев покрывает все, что движется, вместо того чтобы ценить то счастье, которым обладает? – мужчина продолжает надвигаться до тех пор, пока не упирается грудью в мою руку. – Ни одна из этих куриц не сравнится с тобой. Любой мужчина мечтал бы, чтобы ты стала его. – Эльдар, прекрати, – вопреки здравому смыслу, чувствую, как в животе что-то трепещет, жар проносится по венам и вообще меня охватывает странная дрожь. Наверняка все это только из-за нервного напряжения и усталости. – Не нужно оттачивать на мне свое мастерство обольстителя. Я вижу, что ты мастер в этом деле. Интрижка на одну ночь мне не интересна. – Разве королевой можно насытиться за одну ночь? – осматривает он мое лицо жадным, голодным взглядом, но я не реагирую на него, видя перед собой очередного коллекционера женских сердец и покорителя чужих постелей. – Если хочешь быть королем, то никогда не отпустишь от себя королеву и будешь делать все, чтобы сделать ее счастливой. – Хватит. Все вы мастера говорить, а как до дела доходит… – отталкиваю его и направляюсь к ванной. – Мне этого по горло, – показываю жестом, проводя ладонью поперек шеи. – Ничего не хочу. Устала, – плетусь к санузлу, наплевав на то, как выгляжу в глазах Валеева. – Отыграешь свою роль и будешь дальше порхать от одной женщины к другой. – Думаешь, я такой же, как твой муж? – его голос звучит как-то зло. – Я ничего не думаю, Эльдар. Мне все это не нужно, – прохожу в ванную, закрывая за собой дверь. Приняв душ, я смываю боевой раскрас и переодеваюсь в пижаму. Смотрю на свое отражение в зеркале и думаю, что явно не так выглядят те женщины, с которыми Валеев привык коротать время. Из зеркала на меня смотрит уставшая, бедная и несчастная женщина, которая отдала практически половину своей жизни недостойному человеку. Как я любила Демида, как гордилась им! Всегда была его тылом и опорой, поддерживала в трудные минуты, несмотря на усталость. А он так отплатил мне? Увидев воочию его “аквариум”, я даже больше не хочу плакать. Он настолько упал в моих глазах, что теперь как ни старайся, а обелиться не получится. И злость на мужа затмевает собой обиду и боль. Мне хочется не просто уколоть его или ткнуть носом в собственные экскременты – я хочу его страданий. Да, вот такая я стерва. Но об этом я подумаю позже. А пока мне предстоит выспаться перед вторым раундом нашей “пьесы”. Покидаю ванную, стараясь не смотреть на Эльдара, который почему-то уже по пояс раздет. Шмыгаю под одеяло и отворачиваюсь к окну, напоследок услышав: – Сладких снов, королева… А утро начинается не с запаха кофе или пения птиц. Утро начинается с дикого грохота и медвежьего рева. Животное орет так, будто только вышло из спячки. И голос у этого медведя точь-в-точь как у моего изменника-мужа, вышедшего из каталажки. – Стася, быстро открыла! – орет “косолапый”. – Открой, или я снесу дверь. – Ну что, позволим ему снести дверь и застать нас в одной постели? – раздается позади меня мужской голос, и только теперь я понимаю, что мою талию накрывает тяжелая рука, которую я отчего-то совершенно не ощущала ночью.