Глава 18

Глава 18

Я вжалась в сиденье, чувствуя себя не на месте. Машина у Олега была, как только что из автосалона, всё какое-то надёжное, мужское. Мотор ровно гудел, внутри было тихо и уютно, и всё это должно было успокаивать, но только подчёркивало, насколько моя жизнь сейчас далека от нормальности.

Я сидела и думала, что у этого человека всё под контролем. Работа, машина, даже горе в семье он как-то успевает разруливать. А у меня внутри бардак, муж-предатель, и браку конец.

Вопрос жёг горло, я должна была его задать.

— Вы знали про них? Про Пашу с Мариной.

Я взглянула на Артёма в зеркало заднего вида, на нём сейчас были наушники, а сам он погрузился в планшет.

— Может, уже перейдём на «ты»? — напомнил Олег.

Я мотнула головой.

— Не думаю, что стоит переходить границы, вы мой клиент.

Произнесла это и тут же почувствовала, как глупо и фальшиво это звучит. Он везёт меня домой, а я спрашиваю об интрижке его подчинённого. Какие тут, к чёрту, границы?

Олег коротко взглянул на меня, он, очевидно, думал о том же. Я вздохнула и повторила:

— Хорошо… Ты знал?

Он помедлил с ответом, но взгляд ожесточился.

— В последнее время ходили кое-какие слухи, но, боюсь, я всё пропускал до последнего. Понял больше, узнав тебя лично, просто по твоей реакции.

Выслушав его, я почему-то смутилась. Он присматривался ко мне? Ладно, по крайней мере, он ничего специально не скрывал.

— Я так понимаю, это уже точно?

— Да, я видела их переписку, и он признался. Пришлось.

— Мне жаль, — сказал Олег.

Я пожала плечами, отвернувшись к окну.

— Бывает. Через это многие проходят.

— Проходят, — спокойно согласился он. — Но не надо делать вид, что это ерунда. Я видел твоё лицо сегодня на занятии.

Я хотела спросить, мол, а что, лучше в истерике биться, но взглянула на его профиль, и вдруг расхотелось притворяться сильной и независимой. Какой в этом смысл? Да, мне плохо, мне больно, у меня разбито сердце. Это нужно пережить.

Хотя, конечно, показывать свою боль Паше мне точно не хотелось.

Мы заехали во двор, и я сразу увидела его машину. Он прислонился к ней, нервно теребя ключи в руках. Заметив автомобиль Олега, нахмурился.

Я видела, как он лихорадочно соображает. Паша был карьеристом до мозга костей, и сейчас его мир рушился по всем фронтам. Его выставили из дома, и свидетелем этого позора стал человек, от которого зависело его будущее.

Олег заглушил мотор.

— Спасибо, что подвёз, — нервно улыбнулась я.

Обернулась к Артёму, чтобы попрощаться, но Олег зачем-то вышел из машины. Когда я тоже выбралась вслед за ним, он уже разговаривал с Пашей.

Я не сразу услышала, о чём, но Паша выглядел довольно бледно. Его успех и карьера, его идеальный фасад, всё сейчас трещало по швам, он ведь не просто изменял, он спал с женой своего прямого начальника.

— … я надеюсь, мы поняли друг друга, — долетел до меня ледяной голос Олега, и я вдруг поняла, что он умеет быть жёстким, просто не испытывала этого на себе.

— Конечно, Олег Борисович, — хмуро ответил Паша. — Всё под контролем.

— Завтра в восемь жду у себя. У меня накопились вопросы по твоей… внеплановой активности.

Я обошла машину, и Олег повернулся ко мне.

— Настя, хорошего вечера. Если что, мой телефон у тебя есть. Можешь звонить в любое время.

Паша, услышав это, сцепил зубы.

— Спасибо, Олег… — я чуть замялась, но уже не стала добавлять Борисович, к чему этот фарс.

Он явно дал понять, что Пашу ждут проблемы, и что я могу на него рассчитывать. Если честно, это тронуло.

Олег сел в машину и завёл двигатель. Я помахала Артёму, он робко улыбнулся в ответ, и они уехали. Паша тут же шагнул ко мне, его маска вежливости лопнула.

— Ты зачем его сюда притащила? И что ты ему наплела?! Он на меня, как на кусок дерьма смотрит!

— Ну, с этим ты и без меня прекрасно справился.

Я развернулась и двинулась к подъезду, он шагал за мной, не отставая, весь кипел от гнева.

— За вещами пришёл? — сама себе удивляясь, ровно спросила я.

Наверное, это Олег на меня так успокаивающе подействовал. Когда знаешь, что тебя готовы защитить, это как-то греет.

— Это вообще-то и моя квартира, — бросил Паша. — Думал, дать тебе время, чтобы остыть, но ты, смотрю, не особо-то слёзы льёшь, — он прошёл за мной в подъезд, а потом в лифт. — Или собралась мне с боссом отомстить?

Я взглянула на него, как на душевнобольного.

— А что? — злился он. — Красиво бы получилось, да? У меня интрижка с Мариной, у тебя с Олегом.

— Ты идиот, Паш.

Мы вышли на этаже, и я молча открыла дверь, Паша ворвался вслед за мной, продолжая этот свой обвинительный монолог, будто нападение было его единственной защитой.

— Как-то слишком быстро для клиента он с тобой сблизился. И «телефон у тебя мой есть», — издевательски произнёс он. — Это что значит?

Я медленно разулась, не глядя на него. Его попытка переложить вину на меня была настолько жалкой, что вызывала лишь брезгливость.

— Не перекладывай с больной головы, — моё спокойствие его явно бесило. — Ты пытаешься вымазать меня в своей же грязи, но не получится.

— В грязи? — его лицо пошло пятнами. — Ты хоть понимаешь, что ты наделала? Если Олег решит, что я «проблемный» из-за этой твоей выходки, моей карьере в компании конец! Если Виктор узнает...

— Что, Паш? Расстроится, что спишь с его женой? — злорадство всё-таки всколыхнулось в душе. — Заигрался? Остренького захотелось? Погорячее? Выходит, согласия на секс с его женой ты не получал?

Его челюсти сжались вместе с кулаками.

— Я понимаю, тебе сейчас только в удовольствие мне побольнее сделать, — огрызнулся он. — Но у меня будут серьёзные проблемы.

— И? — я отгородилась от него скрещёнными руками. — Мне тебя пожалеть или что?

— Хотя бы с Олегом не трепись, — процедил он. — Сами разберёмся.

— Слушай, а ты не думаешь, что просто заслужил всё это? Ты делал дуру из жены, делал рогоносцем своего босса, чего ты, собственно, хотел? Ешь теперь полной ложкой своё «горяченькое».

Я прошла в спальню, он двинулся за мной и встал в дверях.

— Я же не отрицаю, я облажался, я перед тобой виноват, — с нажимом сказал он. — И меня сейчас дико штормит от последствий, я не хочу развода, Насть, я просто не знаю, за что хвататься и как всё это собрать.

Злость в нём боролась с растерянностью, я прекрасно понимала, что он жалеет о связи с Мариной, что с радостью бы отменил эту свою дурацкую интрижку. Но мне от этого было не легче, никак не грело, что он не хочет развода.

— Всё, что ты можешь сейчас собрать, Паш, это свои вещи. Смирись, между нами всё кончено.