Глава 20

Глава 20

Дверь открывается и заходит Павел. Его глаза становятся как два блюдца, когда он видит обнаженного по пояс Артёма и меня, практически полуголую. – Что? Что это всё значит Арина? Что происходит? Почему ты в таком виде?! – его голос срывается. – Почему твой тренер у нас дома?! – Это мой любовник, – говорю я, ухмыляясь. – Ты что, думаешь, я тебя до старости ждать буду? – До какой старости, Арина? Ты на себя-то посмотри! Ты уже давно старая! – выкрикивает Пашка. – Слышь… – Артем встает со стула во весь свой богатырский рост, но я кладу ему руку на плечо, придерживая. Пашка испуганно отступает. Хотя сам не мелкий, но трус еще тот, оказывается. Выглядит он жалко: потный, красный, растерянный. Никак не ожидал он от меня такой подлянки. Ну, впрочем, как и я от него. – А, ну тем более. Я думаю, ты не расстроишься, что у меня появился молодой любовник. Вот Артем не думает, что я старая! Правда, милый? – я влюбленными глазами смотрю на своего тренера. –Ты самая красивая женщина на земле, я люблю тебя безумно! – Артём бросает на меня не менее влюбленный взгляд. Ах, как играет, шельмец! Я почти поверила! – Арина, ты с ума сошла? Какие любовники? Это шутка? Розыгрыш? Я качаю головой. До Павла никак не доходит, что я посмела так поступить с ним. Конечно, я же была надежной, верной. Всегда рядом, всегда готова поддержать. Удобной была! – А! Я понял! Ты отжала у меня гостиницы и теперь решила свалить! – орет Пашка. – Что значит “отжала”? – резко бросаю я. – Это моя половина, я имею на неё право! Ты мне сам их отписал! Я подаю на развод. – Ты никаких прав ни на что не имеешь! – верещит почти бывший муж. – Ты всю жизнь жила за мой счёт. Ни копейки не заработала! – Да? А кто подал тебе идею про гостиницы в лесу, когда твой бизнес умирал? Кто разработал бизнес-план? Кто ночами штудировал бухгалтерские книги и изучал флору и фауну наших лесов? Кто искал тебе лучшие экологически чистые участки под строительство?! Кто договаривался с бригадирами и дизайнерами? – прищуриваюсь я. – Кто сопли твои вытирал всю жизнь? Кто в тебя верил?! – Ой, можно подумать… – язвительно говорит Пашка, – труд великий… – Теперь ты меня не устраиваешь как муж и как мужчина. Я ухожу к нему, – беру Артема под руку. – Ну и вали! Я отсужу все свои гостиницы назад! Вот посмотришь! Тебе ни копейки не останется! Пусть твой любовничек тебя содержит! – плюется ядом Павел. – Да? – я вздёргиваю бровь. – Тогда я отнесу Кострову вот это… Я беру телефон и включаю запись. “Я знаю о его некоторых секретах. А теперь и налоговая знает. Я еще много чего рассказал, чтобы Кострову жизнь малиной не казалась. Ох, и не поздоровится Кострову!” – разносится по кухне Пашкин голос. – Ты представляешь, что он с тобой сделает после этого?! Павел бледнеет: – Ты змея, ты меня подставила! – шипит он. – За языком следи, козел! – вдруг рявкает Артем. Даже я подпрыгнула от неожиданности. – Ещё нет, – мило улыбаюсь я. – Но обязательно подставлю, если ты не выплатишь все долги по гостиницам! Ты думаешь, я не знаю, что ты мне отдал гостиницы на грани банкротства? Фиговый из тебя бизнесмен, а туда же. В сливки общества лезешь. Тебе поэтому так нужен был контракт с Костровым, чтобы дела свои поправить. Даю тебе неделю, чтобы перекрыть все долги и оставить мне чистые, нормальные гостиницы. – У меня нет таких денег! – визгливо восклицает Павел. – Значит, найди. Продай оставшуюся часть. Кстати, вот эту квартиру мы тоже будем делить. Я забираю половину. А ты со своей делай что хочешь, – говорю равнодушно. – Правильно мне мама с сестрой говорили, нельзя тебе верить, – начал причитать Пашка. Я смотрю на него с брезгливостью. Во что превратился мой любимый мужчина? Когда начались эти изменения? Или он всегда таким был и у меня глаза открылись только после его измены? – А тебе можно верить? – спрашиваю я, глядя ему в глаза. Он осекается, смотрит на меня внимательно, пытается понять, что мне известно. – Тебе, Павел, верить можно? Ты меня никогда не обманывал? – настойчиво повторяю я вопрос. Пашка секунду размышляет, но решает идти ва-банк. – Я тебя никогда не обманывал, Арина, я был тебе верным, я был тебе хорошим мужем! Мы двадцать лет вместе прожили, а теперь ты вот так мне нож в спину. Я так люблю тебя, что готов простить измену, – в его голосе появляются знакомые бархатные нотки, которые когда-то сводили меня с ума. – Давай успокоимся, поговорим. Я понимаю, в последнее время мы не ладили, но мы можем все исправить. Ариша, давай попробуем. Я очень тебя люблю! Он пытается взять меня за руку, но мое сердце лишь больше ожесточается. Всю жизнь он вот так манипулировал мной, а я уши развесив слушала. Если бы сама не увидела факт измены, ни за что не поверила бы. Я еще больше убеждаюсь в своей правоте. Этого человека ничем не исправить, он будет лгать до последнего. – Ну, значит, вот такая вот я змея, а ты у нас белый и пушистый, – усмехаюсь я и иду в спальню переодеваться. Пашка плетётся за мной. – Арина, ну, давай поговорим, не уходи. Я не смогу без тебя! – слезно просит он. – Разговаривать я с тобой не буду, я тебе все сказала! – коротко бросаю я. – Неделя, чтобы ты привёл в гостиницы в должный вид, иначе Костров услышит эту запись. И тебя больше никто нигде не найдёт. Я беру заранее приготовленный чемодан, и мы с Артемом уходим. Я громко захлопываю дверь в прошлое. Больше я сюда не вернусь. Это не мой дом и это не мой муж, это не моя семья. Меня ждет новое будущее! – Арина, вам есть куда идти? – спрашивает у меня Артем. – Да, Артем, я вызову такси и поеду к подруге, – устало отвечаю я. – Может быть… – он очаровательно краснеет и отводит глаза. – Может быть, ко мне? У меня есть свободная комната. – Спасибо за приглашение, Артем. Но я, пожалуй, откажусь, – улыбаюсь я. – Понял, – кивает он. – Ну, здорово вы его, конечно. Я бы до такого не додумался! – Ну я же женщина, – улыбаюсь я. Я вызываю такси и еду к Ирке. Устала как собака, но вполне довольна собой. Неправда, что месть не приносит удовлетворения. Я чувствую себя гораздо лучше. Впервые в жизни я отстояла себя и свои интересы. У меня нет ни малейшего сочувствия к бывшему мужу. Он получил все, что заслужил! Вот только… перед Максимом жуть как неудобно. Пожалуй, пора объясниться.