Глава 24. Матвей
Еще спустя два месяца.
- Привет, малой, - прижимаю телефон к уху плечом и изучаю полку в прикассовой зоне.
- Матвей, - выдыхает Марк и тут же начинает балаболить, вызывая улыбку. – Завтра я тебя точно сделаю. Вот увидишь! Мне одноклассник на ютубе видео показал, как пройти уровень, который никак не получается.
- Ну-ну. Посмотрим.
Замечаю цветную коробку и выкладываю то, что нужно на ленту перед девушкой-кассиром. Превосходная идея, чтобы напомнить Королеве о себе.
- Закажем пиццу? – спрашивает Марк. – Мне чур «Четыре сыра».
- Закажем-закажем, - подтверждаю. – Как в школе дела?
- Нормально. Училка достала. Вот скажи, Матвей, как мужик. Во взрослой жизни вообще нужны уравнения?!
- Хмм…
Оплачиваю покупки, хватаю пакет и выхожу на улицу. Холодный ноябрьский ветер ударяет в лицо.
Немного подумав, отвечаю:
- В жизни иной раз такие уравнения, пацан, что закачаешься.
- Ну ладно, тогда сделаю домашку сегодня, - обреченно вздыхает.
- Пока не сделаешь, завтра не приезжай, - предупреждаю, включая «отца».
Свободин с сыном практически не общается. Мудак он и в Африке – мудак!
- Марк.
- Ааа?
- А дома как? – спрашиваю осторожно, включая зажигание.
Попытка не пытка.
- Ты же знаешь, Матвей, - настороженно выговаривает парень. – Мама запрещает рассказывать, если услышит – перестанет отпускать. А мне у тебя нравится.
- Ладно-ладно. Не дрейфь. Больше не буду. Давай до завтра.
- Я еще спросить хотел…
В детском голосе слышна неуверенность.
- Говори же, - хмурюсь.
- Да ладно… Потом поговорим.
- Постой, - останавливаю. – У тебя что-то произошло?
- Да нет. Всё нормально... До завтра Матвей.
Марк отключается, а у меня в душе возникает тревожное ощущение, о котором я здесь же забываю, потому что какая-то мадам перекрывает выезд с парковки и приходится идти помогать выбираться из снежной лавины.
Домой добираюсь ближе к ночи.
"Домой" – это в ту квартиру, что арендовал для встреч с Викой.
Как-то незаметно сам для себя сюда перебрался. Сначала просто ночевал, потом перевёз некоторые вещи. Думал, что всего на месяц, пока Ева не вернется, но у нее заболела мама. Ева решила пока остаться в Москве. Виновато спросила, конечно. А я?
Выдохнул. Скажу честно.
С Ярославом, свет его, Александровичем Ева общается онлайн с завидной систематичностью. Показатели гормонов в крови контролируют, дозировку препаратов подбирают. Я за неё спокоен.
Принимаю душ и наконец-то вытягиваюсь на кровати.
Я скучаю, блд.
Мне мало. Тех нескольких раз, что виделеёна парковке офисного центра, мне мало! Я хочуеерядом. Всю. Навсегда.
Этими двумя месяцами я просто даю понять Вике... уяснить в своей умненькой светлой головке, что я всё ещё словно верный пёс ожидаю. Всё в той же конуре.
Она покинула меня. Сам заслужил, много херни накуролесил. Но это ведь не запрещает мне скучать и желать поскорее её увидеть?
Я просто хочу её рассматривать.
Каждый день, блд. Каждый. Божий. День.
Сил моих нет, поэтому в понедельник в коридорах офисного центра установят видеонаблюдение. У моей Королевы достаточно мозгов, чтобы разобраться что к чему. Тем более, после того, как заметит, что камеры по нелепой случайности будут установлены исключительно на её этаже.
Это будет еще одним звоночком. Грёбаным жирным намёком на то, что она моя. И я томлюсь в собственному соку.
Она поймёт. И когда-нибудь придёт. Это ведь неизбежно, потому что тоже скучает. Я уверен. На девяносто девять и девять процентов!
Если это не так, то… мне пздц. Даже думать об этом не буду. Кровь в венах стынет, когда представляю, что разлюбила и с докторишкой своим будет.
Спит она с ним – факт. Такой же неопровержимый, как железное, слава богу, здоровье моей тёщи.
Я проверил информацию от бывшего муженька о новых отношениях Вики. Я не такой идиот, чтобы полагаться на слова ублюдка во второй раз.
Сначала взбесился.
Весь кабинет к херам расколотил. Стены, мебель – всё в мясо, такое же кровоточащее, как моя рваная душа.
Потом, правда, угомонился.
Пусть попытается, как я в своё время. Пусть почувствует, что другой ей меня никогда не заменит. Всё больше размышляя о нашей с Викой любви, я прихожу к мысли, что это чудо даровано дано кем-то свыше.
Ведь мы могли разлюбить друг друга еще два года назад, забыть, вырвать с корнем. Но, между нами будто невидимые резиновые канаты, которые с дистанцией растягиваются, потом с оттяжкой бьют наотмашь, но никогда и ни при каких обстоятельствах не рвутся.
Следующий день начинается с рабочих моментов. Необходимо проконтролировать договора на субаренду и продолжить мозговой штурм по бизнес-плану на новый офисный центр. Да, мы с Мавроди решили, что пора расширяться. Он и сам к следующему году вернется. Не справляется на чужбине, а, быть может, у Кира с Лилей, как и у нас с Викой – нервущиеся канаты...
Марк, как правило, добирается ко мне сам.
Время коротаем по-разному. Несколько раз ходили в кино, однажды были на хоккейном матче, но чаще всего заказываем пиццу и режемся в стрелялки. Приезжать к их дому Вика мне строго-настрого запретила. Наверное, она была бы счастлива, если бы нашей с Марком дружбы вообще не существовало, но её сын-красавчик проявил небывалую настырность.
Около трех часов дня начинаю нервничать. В это время пацан обычно набивает свой живот пиццей, сидя на полу в моей гостиной с джойстиком в руке.
Не успеваю набрать необходимый номер, как телефон настойчиво бряцает.
Номер незнакомый.
- Да, слушаю.
- Добрый день. Матвей Анатольевич?! – уточняет строгий мужской голос.
- Он самый, - подскакиваю со стула.
- Марк Свободин – ваш сын?
Нервозно сглатываю ком в горле и не задумываясь отзываюсь:
- Да, я его… отчим.
- Плохо воспитываете пасынка, Матвей Анатольевич.
- С кем я разговариваю? И где… мой сын?
- Меня зовут Николай, я охранник торгового центра «Континент». Марк пытался своровать товары в супермаркете, но его отследили по камерам. Вообще, в таких случаях мы обязаны вызвать полицию, но парень так сильно плачет, что я решил сначала позвонить родителям.
Пздц. Даже не представляю, что будет с Викой, если она разузнает.
- Не сообщайте больше никому, - говорю, быстро накидывая поверх футболки дутый пуховик. – Я буду через пятнадцать минут.
Вылетаю из квартиры и со спринтерской скоростью добегаю до БМВ на парковке. Торговый центр находится в пяти минутах езды от моего дома, но я сообщил охраннику время с запасом.
Бросаю машину у главного входа. Пох*й на штрафы. Кабинет охраны отыскиваю достаточно оперативно.
Марк сидит на высоком стуле. Когда видит меня, всхлипывает и по-детски шмыгает носом. Смотрит волком.
- Добрый день, - представляюсь мужику лет пятидесяти, сидящему за широким столом. – Вы Николай?
- Да, - отвечает.
- Я за сыном, - хриплю.
Это непривычное слово оседает на языке чем-то тяжелым и волнующим. Понимаю, что игра это, для дела надо.
Но приятно, черт возьми.
- Вы уж проведите беседу с сыном?! – качает головой Николай.
- Обязательно, - киваю. – Спасибо вам.
Пожимаю охраннику руку и обещаю сам себе возвратиться в этот кабинет с бутылкой хорошего коньяка.
Приобняв Марка за плечо, вывожу за дверь.
Он утирает нос тыльной стороной ладони.
- Спасибо, Матвей, - лепечет тихо.
- Дома поговорим, - отвечаю, потрепав макушку.
Сам настраиваюсь на обстоятельную беседу. Надо выяснить зачем? Для чего? Парень-то классный, нахера ему воровать, если он может попросить деньги у меня или у матери?
- Надень шапку и застегнись, - указываю, кивая на зеленую теплую парку.
Стараюсь успокоиться, потому что сам труханул. Волнение внутри идёт на убыль ровно до того момента, пока во вращающихся дверях торгового центра не обнаруживаю Вику.
В легкой светлой шубке и синих обтягивающих джинсах. Завитые волосы каскадом рассыпаны по плечам, а в кулачке зажаты ключи от машины.
Красивая пздц, - думаю, жадно рассматривая и находя на ее лице горящие пламенем глаза. – И злая, как черт.