Глава 37. Виктория.

Спустя три месяца.

Судорожно растираю бледные щеки ладонями и прохожу в кабинет.

Мне страшно.

Я думала, будет проще. Когда узнала, что беременна, рыдала в туалете навзрыд.

Не потому, что не хочу ребенка. Просто страшно пройти все это вновь. Возможно, поступаю неверно, но Матвею решила не говорить хотя бы до первого скрининга.

При этом есть большое подозрение, что он всё знает. Настораживает гранатовый сок в холодильнике и тот факт, что Матвей взял часть занятий в моей студии на себя.

Он снова танцует.

Боже. Это каждый раз восторг и слезы – наблюдать за ним. А еще гордость.

- Располагайтесь, - говорит врач любезно.

Оставляю вещи на стуле и застилаю кушетку одноразовой пеленкой. Зажмуриваю глаза, когда по коже на животе растекается прохладный гель.

Господи, умоляю. Заклинаю. Пусть все будет хорошо.

Читаю про себя молитвы все, которые знаю. Каждое воскресенье мы стараемся посещать храм. Примерно через месяц состоится наша с Матвеем свадьба и одновременно обряд венчания.

Сосредоточиваюсь на прикосновениях ультразвукового датчика. Врач целится в экран, хмурится, называет какие-то цифры медсестре. Даже если сильно пошевелить мозгами, не вспомню, как именно я посещала все эти обследования во вторую беременность.

По всей видимости, настолько переживала и страдала, что делала всё на автомате. Сегодня с утра оказалось, что я даже не знаю, где именно находится нужный кабинет в медицинском центре.

- Одевайтесь, - говорит доктор и убирает датчик на подставку.

- Всё? – спрашиваю испуганно.

- Конечно, всё, - приятно улыбается женщина.

- Всё хорошо? – спрашиваю и жду ответа не дыша.

- Всё отлично! Частота сердечных сокращений в норме. Длина носовой кости, толщина воротникового пространства, окружности головы, живота, рост – всё в норме и соответствуют сроку. Немножко низко прицепилась негодница, но будем наблюдать.

- Негодница? – повторяю, округляя глаза.

- Да, могу с точностью девяносто процентов сказать, что у вас будет дочка. Обычно в первый скрининг мы не говорим пол, но у вас он очевидно выражен. Наверное, дочка будет красавицей.

- Наверное, - повторяю еле дыша.

- Вам плохо?! – вдруг испуганно спрашивает врач.

- Нет, - тут же улыбаюсь и подлетаю с места. – Мне очень хорошо. Спасибо вам.

- Не стоит так резко вставать. Фотографию для папы вас распечатать?!

- Конечно. Конечно. Пожалуйста. И спасибо вам огромное!

Выхожу из кабинета с улыбкой во все лицо и зажатым в руке снимком.

Дочка.

Господи, спасибо тебе!

Да. Хочу дочку с ямочками на щеках и с голубыми глазами. Хочу дочку, чтобы заплетать ей косички и покупать пышные платишки-зефирки.

Хочу дочку.

Хочу, чтобы у Матвея была дочка. Он просто создан для того, чтобы баловать девочек.

Иду по коридору, никого не замечая вокруг. До тех пор, пока не врезаюсь в проходящего медработника.

- Вика, - чуть отстраняется Ярослав. – Привет. А что ты здесь делаешь?!

- Привет, - неловко улыбаюсь и краснею, когда он переводит взгляд на распечатку, зажатую в руке.

- Так просто не отпущу тебя, - его лицо озаряется ответной улыбкой. – Пойдем, чаем напою сладким. Кровь сдавала уже?!

- Да, - скромно отвечаю.

- Пошли? – подхватывает меня под локоть.

- Если только недолго, хорошо?! – выговариваю, направляясь за ним.

В кабинете Ярослава тихо и стабильно пахнет дезинфектором. Пытаюсь отловить негативные эмоции внутри, но их нет.

- Садись, - указывает он на стул. – Сейчас чайник поставлю.

- Спасибо, - отзываюсь, размещая сумку на спинке.

- Почему ко мне не пришла? – спрашивает, возвратившись к столу. Располагается в кожаном кресле.

Чуть склоняю голову и тяжело вздыхаю.

- Хотела избежать неловкости, - говорю слабо.

- Брось, Вика, - хмурится Ярослав. – Давай сюда обменную карту. Я всё проверю.

С облегчением выдыхаю и вручаю ему синюю прозрачную папку.

- Спасибо, ты просто поверить не можешь, насколько сильно переживаю.

- Ну переживать точно не стоит, - поднимает на меня искрящиеся теплом глаза. – Цвет лица мне твой нравится. Видно, что беременность здорово отличается от прошлой.

- Это точно, - смеюсь.

Сейчас я укутана любовью самого лучшего мужчины с ног до головы.

На Новый год, как и обещал, Матвей организовал нам поездку в Турцию. Правда мне не здоровилось, и вместо автопутешествия, мы выбрали отличный пятизвездочный отель. А так как Матвей еще и уговорил взять мою маму, с которой познакомился в сам праздник, мы практически были предоставлены сами себе, а Марк был под постоянным присмотром.

Мама попросту влюбилась в Андреева.

И я ее отлично понимаю.

Эта влюбленность неожиданно смягчила ее в сторону меня. Во всяком случае, она ведет себя крайне деликатно и никогда не поднимает тему моего бывшего мужа.

- Ну что я могу сказать, - говорит Ярослав. – Всё в норме. Анализы неплохие.

- На УЗИ сообщили что-то про низкое прикрепление, - припоминаю.

Ярослав снова открывает документы.

- Не сказал бы, что это критично, Вика. В любом случае береги себя. Тяжести не поднимать, не перегружаться.

- Конечно, - соглашаюсь. – С этим проблем не возникнет.

Сегодня же займусь поиском преподавателя танцев для студии на время декрета. Матвей, конечно, подстраховывает, но у него своя работа. Кирилл вернулся из Америки, и они раскрутили обширную деятельность по строительству второго офисного центра.

- Как Андреев? – спрашивает Ярослав, поднимаясь из-за стола.

Шокированно рассматриваю спину в белом халате.

- Откуда ты знаешь? – удивленно узнаю.

- Матвей мне звонил, - Ярослав разворачивается и закатывает глаза. – Давал наставления по поводу тебя. Еще осенью.

- Ого, - восклицаю. – Не знала.

- Я так и подумал, что ты была не в курсе, - выговаривает Ярослав. – Надеюсь, у вас все хорошо?!

- Конечно. Всё отлично.

- Я рад за тебя, - искренне признается.

- А… у тебя как дела?! – спрашиваю заинтересованно. – На личном и вообще?!

- Пока без изменений. Много работаю. Вот весной на конференцию в Европу собираюсь. Научная деятельность не дает скучать. Это немного компенсирует простой на личном фронте, - отвечает посмеиваясь.

- Ладно. Я правда рада, что у тебя все хорошо, - в кабинете возникает какая-то неловкая тишина. - Я, наверное, поеду.

- А чай?!

- В следующий раз забегу к тебе. Теперь в вашем центре я частый гость.

- Ну, тогда ладно. Отпускаю тебя.

Тепло прощаемся, подхватываю сумку. Взявшись за ручку на двери, не выдерживаю:

- Ярослав?!

- Что? – отзывается тут же.

- А как дела у Евы? – закусываю губу.

- Вообще, это врачебная тайна, но так как она участвовала в эксперименте, я могу поделиться. Она забеременела, - смотрит на календарь, будто подсчитывая сроки. – Я передал ее московским коллегам, так как она отказалась приезжать сюда для очных приемов.

- Ясно, - улыбаюсь, радуясь за девушку. – Ну, теперь точно до свидания.

Выхожу из медицинского центра и наслаждаюсь весенним воздухом. Мимо проходит смутно знакомая девушка, которая не сводит с меня глаз. Быстро о ней забываю, так как мозг плавится от новой информации.

Дочка.

В голове не укладывается.

Пытаюсь выкарабкаться из радостных мыслей хотя бы на пару минут, чтобы в целости и сохранности добраться до дома. Припарковавшись, еще некоторое время пробую мысли о дочке на вкус.

Привыкаю.

Нужно рассказать Матвею, чтобы он тоже обрадовался. Предвкушать его эмоции – это отдельный вид наслаждения.

- Привет, - кричу, заходя домой и скидывая тяжелые ботинки. - Чем так вкусно пахнет?!

- Я тебя потерял, - кричит Матвей из гостиной и появляется в коридоре.

- Даже так? – тихо посмеиваюсь. Мой взгляд медленно курсирует от длинных, стройных ног, обтянутых джинсовой тканью, до легкой черной футболки-поло.

Он явно со временем стал как-то крупнее, что ли, а еще мужественнее. Хотя на это я и два года назад не жаловалась.

- Так, - произносит Матвей и обнимает со спины, когда я пытаюсь поместить пальто на вешалке.

Замираю, упиваясь его прикосновениями.

Хочется ценить каждое. Радоваться каждому объятию. Этому тоже научила жизнь.

- Как там секси-полиция? – спрашивает на ухо.

Откидываю голову на его плечо и нервно смеюсь. Он думает, я на встрече с подругой была.

- Не дай бог Тая узнает, что я тебе рассказала, - прикрыв глаза, возмущаюсь.

- Не узнает, - возражает Матвей, осыпая короткими поцелуями шею. – Верь мне. Тысячу раз говорил.

- Я голодная, - хнычу, всхлипывая, когда его руки пробираются под кофту и сжимают задрапированную в кружево грудь.

- Надеюсь, это то, о чем я думаю? - сексуально произносит мой будущий муж.

- Это тоже. Но я о более низменном, Матвеюшка.

- Тогда пошли. У меня для тебя кое-что есть.

Обняв меня за плечи, передвигает в сторону кухни.

- А где Марк? – спрашиваю, озираясь.

- У бабули, - доносится смешок сзади.

- Господи, Андреев, ты теперь из неё веревки вьёшь, - ухмыляюсь.

Кто бы мог подумать, что моя мать сложит оружие перед «малолеткой». Ведь так она называла Матвея?

- Скажешь тоже. Падай давай, - указывает на стул.

Сам отправляется к духовке, откуда с помощью прихваток извлекает противень.

- Что там? – спрашиваю заинтересованно привставая.

- Еда для… - оборачивается таинственно. – Тебя.

Стуча ноготками по поверхности стола, пытаюсь сообразить, как именно рассказать ему о беременности. Матвей профессионально отодвигает фольгу и сервирует наш ужин.

- Ого, - округляю глаза, когда передо мной приземляется тарелка с внушительным куском красной рыбки. – Куда так много?!

- Так... еще ведь салат есть, - Матвей вынимает из холодильника миску. – Ешь давай. Витамины, все дела.

Хитро прищуривается и зависает надо мной.

- Господи, Андреев. Я тут мучаюсь, как тебе сказать, а ты давно все знаешь, да?! – качаю головой.

- Ты просто стала такой рассеянной, что оставила свою синюю папку прямо на кровати, - смеется он, подхватывая меня на руки.

- Вот дурочка!

- Дурочка, конечно, - становится вдруг серьезным. – Почему сразу не сказала?!

- Хотела убедиться, что всё в норме.

- Убедилась?

- Да.

Матвей раздраженно цыкает и еще крепче обнимает.

- Сколько раз говорил. Что бы ни случилось – немедленно ко мне. Вдвоём легче.

- Не ворчи, - целую вкусно пахнущую щеку. – У меня тоже для тебя кое-что есть.

Несусь в прихожую, чтобы вытащить из кармана снимок.

- Вот, - выкладываю перед ним на стол черно-белую карточку.

- Что это? – завороженно спрашивает, легонько касаясь еле заметных очертаний.

- Это твоя дочь, Матвей, - говорю и не могу сдержать слёз. - Двенадцать недель.- Дочь, - произносит, смакуя это сладкое слово. – Офигеть.

Трепетно рассматривает снимок и его лицо озаряется широкой улыбкой.

- Дочь, - еще раз произносит и тянет меня на себя. Крепко-накрепко обнимает, повторяя это слово.

- Готовься отбиваться от ухажеров, папочка, - шучу, обхватывая шею. – Мне сказали, что сразу видно – красивая будет девчонка.

- Даже не сомневаюсь, - Матвей тоже счастливо смеется и тянется к моим губам. – Вся в маму. Вторая королева.

Его рука накрывает еле заметный животик и нежно поглаживает.

- Как чувствуешь себя? – спрашивает тихо.

- Превосходно. Даже не тошнит, но постоянно хочется спать.

- Ешь давай, - говорит, пододвигая тарелку. – И будешь спать.

После ужина Матвея отправляется в душ, а я прохожу в спальню и переодеваюсь.

Из прихожей слышится звонок, который отчего-то отзывается в сердце неясной тревогой. На негнущихся ногах дохожу до сумки и беру в руки телефон. Номер незнакомый.

- Виктория Вячеславовна, добрый вечер, - слышу знакомый до жути голос из прошлого.