ГЛАВА 45.

ГЛАВА 45.

- Мужики не беременеют… насколько я знаю, - хмыкает Николай явно с издёвкой, отворачивается.

- Подожди, я ничего не поняла! – одергиваю. - То есть Вик – это и есть Виктория, любовница Егора?

- Ну да, что неясного?! Только она не любовница, а невеста и почти законная жена! – фыркает Ник, раздувая ноздри.

- Тогда почему Егор всегда говорил о Вике в мужском роде?! Да ты сам сейчас произнес: «Вик потеряЛ, а не потеряЛА»! Голова идёт кругом…

- Говорил, потому что Вик о себе сам всегда в мужском роде изъясняется, - недовольно ворчит. – У него привычка такая дебильная, с детства.

- Почему?

- Мне откуда знать?! То ли он хотел тем самым в нашей мужской компании своим прописаться… Мы в первом классе всегда с Егоркой вдвоем тусили, были друзьями - не разлей вода, а Вик только через год в нашу школу перешёл… Травили его страшно, особенно в старших классах. Мы были единственные, кто с ним нормально общался… То ли как раз потому, что выглядит он по-мальчишески. С детства с короткой стрижкой, костлявый, грудь отсутствует как класс. Ей богу, прыщи, а не сиськи!

Верчу головой. Вика же присылала свою фотку в ночной сорочке. У меня не отложилось, что у нее реально «прыщи». Такой изъян я точно бы запомнила.

- Конечно, как все бабы, он периодически выводит в свет двойной пушап, но этот поролон ему, как корове седло. Потрепались, и хватит, не люблю болтологию, - Ник уходит от продолжения разговора.

- То есть ОНА… надевает пушап, ЕЙ… как корове седло!

- Она, она! – смеется мужчина. – Но он!

- Да постой же, Ник! Объясни нормально!

- Все объяснил, что мог. Ты, мать, разжирела, как салокомбинат, а тупишь реально, как беременная! Бросай свои таблетки, бери жопу в руки и ставь на беговую дорожку! Вик для Егора, как родня. Брат и сестра в одном лице. А ты – хрен знает кто, прислужник на побегушках!

Проглатываю обиду. Смотрю, как Николай уходит уже физически. Подавляю желание расплакаться, быстрым движением смахиваю едва выступившие капельки в уголках глазах.

- Просто я всё равно не понимаю до конца, - настигаю мужчину на улице. – По-моему, с сестрой не спят, с лучшими друзьями тоже не спят. Они встречались много лет, еще до знакомства Егора со мной?

- Как банный лист не отлипаешь, Тань, - Ник поворачивается с неохотой. – Как Егор с тобой два года вынес?!

- Мы могли бы встретиться, попить кофе, ты бы рассказал подробно, что и как.

- Я занят. Работаю вообще-то допоздна. Некогда с тучными разведёнками кофий хлебать по вечерам.

Меня передергивает от неприязни. Не реагирую на хамство, продолжаю гнуть свою линию:

- Давай я приеду к вашему офису, сходим на обед куда-нибудь. Угощу бизнес-ланчем. Ты же не только работаешь весь день. Ты, наверное, все-таки еще и ешь.

Вздыхает в голос. Звучит страдальческий стон.

Вот же омерзительный у Егора друг! Какое счастье, что я не общалась с ним, когда была в браке. Егор как будто специально оберегал меня от злобного и грубого человека. Так и подмывает высказать Нику всё, что на душе. Держу себя в руках через силу.

- Ладно, добро, - соглашается, словно делает одолжение. – Твою визитку я забрал. Напишу, на неделе, как настроение появится. Возможно, если ты принесёшь с собой пару боксов из сегодняшней программы, встреча состоится раньше.

- Без проблем! – выдавливаю слабое подобие улыбки, а затем коварно подмигиваю. – Выбери на сайте, что понравилось, и пришли ссылки за день до встречи. Если соберешься в течение этой недели, тебя ждёт не два, а четыре бокса!

- По рукам, мать! – хватает мою ладонь большими потными ручищами и жмёт капитально, по-мужски. – На связи.

Николай удаляется, а меня потрясывает от отвращения. Брезгливо вытираю руки влажной салфеткой. И что хорошего нашел Егор в этом человеке?! Очевидно, что я совсем не знала бывшего мужа.

Надо было взять у Ника номер телефона, но я почти уверена, что он бы его не дал.

- Так вот почему Егор звонил в тот вечер расстроенный! – озаряет догадка. – Они потеряли ребенка, он, видимо, хотел с кем-то этим поделиться, выговориться, как обычно. Ну, конечно, с кем ещё, как не с бывшей женой, которую бросил, не объяснившись, и даже не явился увидеть её в день развода?! Вспомнил обо мне, только когда понадобилась. Снова захотел наших душевных разговоров, где я выслушивала его, как психолог, без оценок и советов. Вика-то, похоже, наоборот по любому поводу выносит мозг. Так Егору и надо! Пусть пострадает. Может, поумнеет, наконец.

Сжимаю кулаки. Отдышавшись, возвращаюсь, чтобы закончить дела на мероприятии.

***

На следующий день перед выходом на улицу я предварительно смотрю в глазок. Пытаюсь разглядеть, ждут ли меня на полу цветы или что-то похлеще. Не обнаружив «подарков», выхожу, вздохнув с облегчением. Как мало нужно человеку для счастья: только чтобы никто не пытался напугать или свести с ума!

Спускаюсь на лифте, выхожу из подъезда, как вдруг кто-то налетает на меня сзади, наскакивает, точно хочет запрыгнуть на спину. Толкает вперёд, сбивает телом, и я лечу вниз. Умом понимаю, что падать, невысоко: четыре массивных бетонных ступеньки. Приземляюсь на асфальт очень скоро. От острой боли в правой ноге резко бросает в тошноту. Коленка разбита в кровь. Успеваю заметить только темный, стремительно удаляющийся силуэт.

Что?! Меня сбили специально?! Я теперь не верю ни в какие случайности. На этот раз ему не уйти! У подъезда должны быть камеры видеонаблюдения, я потребую запись!

Пробую подняться, опираясь на злополучные ступени. Царапаю ладони о неровные края. Наступать на правую ногу невозможно. Обессиленно сажусь обратно.