Глава 51. Тяжелая артиллерия

Шум в прихожей заставил нас вздрогнуть. Не звонок — именно шум: топот ног, гул голосов, звяканье чего-то металлического. Я выглянула из кухни и замерла.

В нашей прихожей, снимая мокрые куртки и бахилы, копошилась целая делегация. Игорь в своем неизменном деловом костюме, но с портфелем, битком набитым папками. За ним — невысокий лысый мужчина лет пятидесяти с умными, быстрыми глазами и в очках, а за ним — женщина моих лет, спортивного вида, с короткой стрижкой и внимательным, оценивающим взглядом строителя.

—Мама, папа, — сказал Игорь без предисловий, как на совещании. — Знакомьтесь. Это тяжёлая артиллерия. Виктор Семеныч, инженер-строитель, мой университетский друг. И Людмила Петровна, его жена, прораб с двадцатилетним стажем. Они согласились помочь.

Андрей, выйдя из своей комнаты, смотрел на гостей с тем же недоумением, что и я.

— Помочь… с чем? — спросил он осторожно.

— С тем, чтобы ваша затея не превратилась в денежную яму и нервный срыв, — без обиняков ответила Людмила Петровна, осматривая нашу квартиру взглядом, который, казалось, сразу оценивал стоимость квадратного метра и качество отделки. — Игорь всё рассказал. Фундамент, заросший участок, дырявые камни как символы… Романтика. А теперь давайте спустимся с небес на землю.

Виктор Семеныч уже раскрыл на нашем обеденном столе ноутбук и папку с чертежами.

—У вас есть фотографии участка? Координаты? Кадастровый номер?

Мы, ошеломленные, молча показали фото с телефона, дали номер. Виктор что-то быстро набирал, открывал карты, кадастровый реестр. Людмила тем временем устроила нам допрос.

—Бюджет? — выпалила она первым делом. — Не «сколько есть», а конкретная сумма после продажи питерской квартиры, минус налоги, минус неприкосновенный запас на жизнь. Без иллюзий.

Мы с Андреем переглянулись. Цифры плавали.

— Ну-ка, — не отставала Людмила. — Игорь говорит, квартира трёхкомнатная в центре. Примерно столько. — Она назвала сумму, от которой у меня перехватило дыхание. — Минус десять процентов на быстрые сборы и комиссию, минус ещё пятнадцать — ваш неприкосновенный запас. Остается вот столько. — Она написала цифру на салфетке. Она была внушительной, но уже не астрономической. — На эти деньги надо поставить коробку, крышу, окна, коммуникации подвести, сделать минимальную отделку. Не дворец. Тёплую, функциональную коробку. Потянем?

Она смотрела на нас, ожидая не восторга, а трезвой оценки. Андрей первым пришел в себя.

— Потянем, — сказал он твердо. — Если правильно распределить. Я буду делать всю столярку сам. Внутренние двери, лестницу, мебель…

— Столярку — потом, — отрезала Людмила. — Сначала — коробка. Вы один со столяркой не управитесь, если будете ещё и за стройкой следить. Нужны руки. Наёмные. Значит, заложим в смету бригаду на черновые работы. Ваша столярка — это уже внутренняя отделка, это на второй го».

Она говорила быстро, чётко, сметая наши романтические представления о «строительстве вдвоём». Это был голос профессионала.

Тем временем Виктор Семеныч что-то пробормотал себе под нос и повернул к нам экран.

—С участком всё чисто. Обременений нет. Но вот что интересно… — Он увеличил карту. — Ваш сосед, Иван, говорил про дорогу? Так вот, проект не просто «есть». Он уже в стадии тендера. Дорогу начнут делать в июне. Это значит, ваш участок с июня по октябрь будет отрезан от большой земли тяжёлой техникой и грязью по колено. Ничего подвезти, ничего вывезти.

В кухне повисла тяжёлая тишина.

—Значит, у нас есть два месяца, — сказал Андрей, первым осмыслив. — До июня. Чтобы завести на участок всё основное: лес, бетон, окна…

—Всё, что тяжелое и объемное, — кивнул Виктор. — И чтобы к началу работ уже была готова хоть какая-то подъездная дорога от будущей трассы к вашему фундаменту. Иначе техника вас просто раздавит, а потом выставят счёт за простой.

Людмила достала блокнот и начала быстро что-то писать, прикидывая.

—Июнь… Значит, до конца мая нужно: расчистить участок, укрепить подъезд, залить пол по грунту внутри фундамента (если нужно), заказать и привезти сруб или каркас, утеплитель, кровлю. Это адский график. Но если начать «завтра»…

—Завтра?— выдохнула я.

— А чего ждать? Пока вы тут символические камни складываете, время-то идёт. Первое: завтра выезд на участок с геодезистом (у меня есть знакомый). Второе: сию секунду звоним трём проверенным поставщикам леса и узнаём сроки и цены. Третье: Игорь с утра начинает официальную процедуру продажи квартиры. Явка всех обязательна. Вопросы?

Вопросов не было. Была только легкая паника и дикое облегчение. Кто-то взял на себя управление этим безумием. Кто-то, кто знал, как из романтики сделать работающий план.

Следующие два часа кухня превратилась в штаб. Людмила диктовала, Виктор строил 3D-модель будущего дома на ноутбуке, исходя из нашего бюджета и моих смутных пожеланий («много света», «общее пространство», «отдельная мастерская»). Андрей звонил поставщикам, его голос постепенно обретал уверенность делового человека, а не мечтателя. Я сидела, впитывая этот хаос, и чувствовала, как моё архитекторское «я» просыпается и начинает работать в новых, жёстких условиях.

— Вот, смотрите, — Виктор повернул экран. — Каркасный дом. Не сруб. Каркас быстрее, теплее, и его можно собирать в любую погоду. Внешняя отделка — имитация бруса, чтобы сохранить дух. Планировка: первый этаж — кухня-гостиная, санузел, котельная. Второй — две спальни и твоя мастерская, Марина, над террасой, как хотела Ольга. Всё укладываемся в бюджет, если не золотить ручки»

Было похоже на простую, но элегантную модель. Это было не воздушное замок с чертежа Ольги. Это была реальная, крепкая, теплая коробка, в которую можно было вдохнуть жизнь. И это было в тысячу раз лучше, чем ничего.

— Нравится? — спросил Андрей, положив руку мне на плечо.

— Нравится, — кивнула я. — Потому что это возможно.

Когда «тяжёлая артиллерия» наконец собралась уходить, уже стемнело. Игорь остался.

— Ну что, — сказал он, глядя на наши уставшие, но одушевлённые лица. — Я же говорил, что они лучшие. Они спасли от разорения уже не одну такую же блажь, как ваша.

—Это не блажь, — тихо сказал Андрей. — Это… единственный шанс не разминуться опять.

Игорь посмотрел на него, и в его обычно холодных глазах мелькнуло что-то теплое.

После его ухода мы стояли среди кухни, заваленной бумагами, распечатками и пустыми чашками. Тишина оглушала после трёх часов какофонии.

—Ну что, архитектор, — сказал Андрей, улыбаясь усталой, но счастливой улыбкой. — Понравилось спускаться с небес?

— Ещё как, — ответила я. — Оказывается, на земле тоже интересно. Особенно когда знаешь, какой именно дом на ней нужно построить.

Мы помолчали.

— Страшно? — спросил он.

—Ужасно. Но впервые за долгое время — страшно интересно. Не страшно-больно. А страшно-азартно.

Он обнял меня, и мы стояли так посреди нашего старого дома, который скоро должен был опустеть, и думали о новом. О доме, который будет построен не на песке эмоций, а на расчёте, труде и помощи друзей. На «тяжёлой артиллерии», которая вовремя пришла на помощь, чтобы наша мечта не разбилась о суровую реальность грунтовых вод, дедлайнов и смет.

И завтра начиналась война. Война со временем, с погодой, с собственными силами. Но у нас впервые был чёткий план, союзники и общая цель. И это было больше, чем все символические камни мира. Это было начало настоящего дела.