Глава 11. Майя

К черту тебя, Рязанов.

Других шантажом заманивай.

Прокручиваю этот ответ, удобнее устраиваясь. Лежу, под головой сумка вместо подушки. Уставшие мышцы гудят, а прохлада дарит успокоение. Слушаю шум моря, морщусь, когда бриз попадает на кожу.

Нужно было так ответить Артёму. Послать его.

А я вытянулась на лежаке, ожидая, когда начнёт светать. Ещё прохладно, руки покрываются гусиной кожей. Но, удивительно, мне хорошо, несмотря на всё безумие.

Первым порывом было отказать Артёму, без сомнений. Послать его с этими предложениями, не нужно меня втягивать в новые интриги. У меня своих выше крыши. Но после…

Я задумалась о том, чего хочу именно я. В этот момент, без оглядки на всё. Будто мир подчиняется лишь мне и можно  всё . И поняла, что да. Хочу на море, в Одессу. Прогуляться по набережной, отдохнуть на пустынном пляже.

– Это не свидание, – обозначила сразу. – На свидание с тобой, Рязанов, я пойду только под дулом пистолета. Но хочешь со мной погулять где-то? Ладно.

– А я думал, что отдых со мной – не для тебя.

– Да или нет, Артём? Я переживу без твоих секретов.

Тем более, что секреты оказались какими-то пресными. Мужчина, в своей привычной манере, просто зацепился за любопытную информацию. Увидел меня на той презентации с китайцами, заинтересовался, как я живу теперь.

Пробил по своим источникам и быстро узнал, что я временно живу в отеле. Намного быстрее вычислил, чем это сделал мой муж. А после мой побег с собственной годовщины… Артёму хватило ума сложить два и два, чтобы выдвинуть предположение.

А я, как наивная простушка, повелась.

Сама подтвердила его мысли.

– Ты меня будешь игнорировать всё время? – мужчина разрушает тишину. – Не такой был уговор.

– У нас вообще уговора не было. Артём, я просто хочу отдохнуть. Если ты хочешь копаться в моей голове, то лучше не надо.

Прошу, повернувшись лицом к мужчине. Он сидит на краю своего лежака, подбрасывает на ладони мелкие камушки. По очереди запускает их в море, поднимает новые, всё по кругу.

Я сейчас чувствую полное бессилие внутри. И мне хочется просто расслабиться, отключить голову. Это точно не получится сделать, если Рязанов продолжит меня доставать.

Конечно, стоило подумать об этом, когда я садилась в его машину. Спала под тихое пение в такт радио. Артём точно не из тех, кто даст мне возобновить ресурсы. Скорее, выжмет их окончательно.

– Я все ещё не понимаю, что ты устроил, – признаюсь, переворачиваясь. Поднимаю спинку, смотрю на спокойное море. Такое огромное, безмятежное. Морю ничего не страшно. – Зачем ты позвал меня с собой?

– Просто захотелось.

– У тебя вечное «захотелось».

– Не делай вид, что не знала этого. Я всегда таким был. Ни разу не играл.

– А кто играл? Я? Знаешь, Рязанов, я тоже не менялась. Ты предложил эту поездку, стоило подумать, что я не буду легкомысленно болтать с тобой о глупостях. Скажешь, моя реакция – неожиданность?

Я завожусь с полуоборота, моментально загораюсь. Хватает одной искры, чтобы атмосфера между нами накалилась до предела. Я не умею это контролировать, сдерживаться.

С Владом – да. Для него мне всегда хотелось быть лучшей версией себя. Стараться, где-то придерживать свои порывы. Потому что мы с мужем искали компромиссы, строили семью.

А с Рязановым был короткий роман.

С Рязановым – я всегда показываю всё худшее, что прячется во мне.

Только причина воспламенения не в том, что происходит сейчас. Мы обсуждаем поездку, но стойкое ощущение, что подтекст о нашем разрыве. Потому что не смогли, не совпали.

Потому что Артёму захотелось развлекаться дальше, а не приехать ко мне.

А у меня было слишком много гордости, чтобы звонить мужчине после того, как он спал с другой.

– Закрыли тему, – предлагает Рязанов, поднимаясь на ноги. – Не хочу снова с тобой ругаться.

– Нет, не закрыли. Ты упал как майский снег на мою голову. Непонятно зачем и почему. На свидание зовешь, туфли мои возишь. Я сомневаюсь, что вдруг решил вспомнить молодость. Поэтому лучше озвучь сразу, что тебе от меня нужно.

– А ты сразу дашь?

Разочаровано стону, прикрываю лицо ладонями. Не получается, ничерта. Не знаю, что с нами не так. Почему мы как материя и антиматерия – стоит соприкоснуться, как гремит взрыв.

Давай, Май, ты же умеешь. Говорить нормально, договариваться. Давно взрослая женщина, а не взбалмошная девчонка. А ведешь себя как идиотка, которая не умеет держать язык за зубами.

– Артём, ты сам сказал, что я развожусь, – захожу с другой стороны. – Как думаешь, я могу ещё и с тобой сейчас воевать?

– Так не воюй. Ты сама начинаешь.

– Я? Это ты начал говорить, что я требовала от тебя извинений. И… Неважно. Просто… – подтягиваю к себе колени, обнимаю их, пряча горящее лицо. – Я не вывожу, ясно? Если хочешь ругаться, то найди себе другую жертву. Для меня это всё слишком. Я… Мне сейчас не до этого, понимаешь? Я хочу спокойствия, а не нового шторма.

– Будет тебе спокойствие, Май, – обещает, пластик скрипит под его весом. Артём садится рядом. – Я серьезно, просто захотел. Стрельнула идея в голову, не отказался от неё. Мы же так никуда и не скатались, пока были вместе. Вспомнилось, как нам было хорошо, решил исправить этот недочет. Поездка это ведь не преступление?

Киваю. Хорошо было.

А горло жжет вопрос – а почему?

Почему же тогда всё так закончилось?

Грязно и чертовски неправильно?

Я решаюсь, втягивая побольше воздуха. Нужно спросить и закрыть тему. Может, это во мне какой-то изъян? Я не замечаю, не знаю про него. А он заставляет мужчин уходить от меня к другой.

Один такой недостаток точно есть – выбирать не тех.

– Прости, Май, – Рязанов первым заговаривает. С какой-то неловкостью касается моего плеча. – Я ни в коем случае не хотел напрягать тебя. Я сложный, ты знаешь. Эта поездка должна была стать развлечением, а не сложностью.

– Угу.

– Обещаю, больше доставать не буду. Сделаю всё, чтобы ты развеялась. Пойдёт? Никаких сложных тем, никаких претензий. Пойдем, расшатаем нервишки жителям.

– Рязанов, – закатываю глаза, но смешка не сдерживаю. – Ты…

– Невозможный? Обаятельный? Красавчик?

– Бестолочь.

Скидываю ладонь мужчины с моего плеча, поднимаюсь с лежака. Босыми ступнями шагаю по гальке, ближе к морю. Оно холодное, кожа покрывается мурашками. Но не двигаюсь, позволяя брызгам волн попадать на тело.

Я вздрагиваю, когда Артём оказывается за моей спиной. Чересчур близко, его грудная клетка почти касается меня, когда мужчина делает слишком большой вдох. Жар его тела долетает до меня, прогоняя прочь холод.

Мгновение, и на меня падает тяжелая мужская куртка. Тянет показательно сбросить её. Не нужна мне забота Рязанова, поздно для неё. Но всё равно кутаюсь в куртку, согреваясь.

Пахнет кожей и розмарином.

Такое привычное сочетание, что низ живота сводит.

– Заболеешь, – фыркает, но не пытается мне помешать зайти глубже в море. – Я аптеки искать не буду.

– Не переживай, на этот случай существует доставка. Так… Какой у тебя план? Что ты хочешь сделать такого, чтобы всех поразить?

– Без понятия. Для начала, можем заехать перекусить. Здесь есть классный ресторан, там круглосуточно подают завтраки всех кухонь мира.

– Да, ты мне рассказывал.

Кхм.

Кривлюсь от осознания, что произнесла это вслух. Не собиралась признаваться, что слишком хорошо помню почти каждый наш разговор. Как личная папка «секретно», куда складывался весь хлам в попытках двигаться дальше.

С Владом было по-другому. Может, я просто сгорела, и подходила к новым отношениям серьезней. Не хватала каждое слово как сокровенное, потому что знала – у нас впереди целая жизнь. И тихие рассказы по вечерам, и объятия, из которых не хотелось выбираться.

Глупая, глупая Майина.

Артём никак не акцентирует внимание, лишь забирает нашу обувь, двигаясь к выходу из пляжа. На платной парковке только одна машина – его. Никто в такое время не гуляет по городу.

Лишь мы.

Непонятно зачем приехавшие сюда.

Я даю себе обещание, что попробую отвлечься. Если не получится или Рязанов снова будет запускать в меня дротиками боли – пошлю всё к черту. Найду автобус и поеду домой.

Но… Мне не хочется. Удивительно, как раздражающий мужчина рядом умеет переключаться. Не лезет с вопросами, не бросает рваных фраз. Будто выключает что-то в своем сознании.

Ресторан оказывается действительно хорошим, еда – очень вкусной. А центр, куда мы направляемся после, вовсе поражает. Город понемногу просыпается, появляются первые туристы.

Сжимаю крепче в руках пластиковый стаканчик, потягиваю айс латте. Лёд болтается, постукивая о стенку. А мне… Вдруг хорошо и легко становится. Спокойно.

Никому ничего от меня не нужно. Никаких оправданий, назойливых звонков, попыток перетянуть на свою сторону. Никаких неодобрительных взглядов отца, нужды соответствовать чьим-то стандартам.

– Так, ладно, – Артём выдыхает нервно. Обгоняет меня, идёт вперед спиной. Не сводит пристального взгляда. – Моя выдержка закончилась.

– Молчать так сложно?

– Очень. Я предлагаю игру. Ты ведь не струсишь?

Артёму давно за тридцать, а он ведёт себя как подросток.

Игры свои предлагает…

Показывать свою слабость и нерешительность не хочется.

Но и страшно подумать, что именно придумал Рязанов.

Фантазии ему было не занимать.

Рязанов умеет выдумывать игры. Такие, чтобы до дрожи пробирали. Жгли смущением, разрушали мои границы правильности. Полностью сносили все стены, оставляя обнаженной. И душой, и телом.

Внутри всё дергается от воспоминания, как мужчина помогал готовиться мне к модульной контрольной. За каждый неправильный ответ я теряла элемент одежды. Кожа воспламенялась от одного взгляда, сердце превращалось в камень, падало вниз.

Впервые я раздевалась перед кем-то.

Тогда это казалось самым безумным, что я делала в жизни.

– Какая игра? – интересуюсь аккуратно. – Что ты уже придумал?

– Не боись, Майин, ничего криминального. Ответ за ответ. Если поймал второго на лжи, то загадываешь желание.

– Тебе тридцать три или тринадцать?

– Да ладно тебе, Май, мы не виделись столько времени. Нечего рассказать о себе?

– Разве ты не узнал всё с помощью своих шпионов? Между прочим, это вмешательство в личную жизнь.

– Засуди меня. Хотя, стой, ты же переводчик. Упс, – усмехается, а меня тянет показать ему язык. Придурок. – Разрешаю обматерить меня на разных языках. Сколько ты их знаешь? Четыре?

– Пять. Я выучила испанский позже.

– Почему?

– Захотелось.

Использую ответ мужчины как оружие, чтобы не пускать глубже. Не рассказывать про то, что в свадебное путешествие с Владом мы собирались в Испанию. Я давно туда хотела, а муж позволил выбирать мне.

Потом всё закрутилось, не получилось уехать сразу. По-другому провели медовый месяц, разбавляя его моей учебой и новой работой Влада. А летом решили на острова.

Собирались позже, не последний отпуск ведь…

У нас столько времени должно было быть, а всё рухнуло из-за лжи.

– И чем я снова тебя задел? – Артём хмыкает, идёт рядом. – Ты выглядишь расстроенной.

– Ничего. Подумала про мужа и… Неважно.

– Расскажешь, что у вас случилось?

– Тебя это не касается, – отрезаю грубовато. – Мы можем сыграть, но не лезь в мою личную жизнь.

Я даже не уверена, что я буду подругам рассказывать, знакомым. Решу сохранить причину развода в тайне или нет… В конце концов, это ведь касается только меня и Влада.

Но ворошить личное перед Артёмом. Моим бывшим… Нет, это кажется грязным и неправильным. Ведь о нас с Рязановым я тоже ни с кем почти не говорила.

– Принимается, – мужчина кивает. – Никаких вопросов о личной жизни. Кто был пятым президентом Америки?

– Это… Что это вообще за вопрос?

– Обычный. Если лжешь – то должна мне желание.

– Ты… Боже.

Толкаю Артёма в бок, не зная: смеяться или злиться. Года не меняют этого мужчину, характер такой же несносный. В секунду стирает разницу в возрасте между нами, возвращая наглого мажора Рязанова.

С ним можно ругаться до хрипоты в горле, а после заниматься какой-то ерундой. Бесится и сходить с ума.

Через трубочку пью холодный кофе, пытаясь вспомнить хоть кого-то из первых президентов. Я гуманитарий, но не историк. Тем более, когда это касается чужого государства.

– Монро, – выдаю, пожав плечами. – Не-а, – ловлю ладонь мужчины, когда он лезет в телефон. – Ты не можешь проверять.

– А если ты соврала?

– Не знаю. Ты должен поймать на лжи, а не узнавать всё из интернета, – показываю язык под недовольный взгляд мужчины. – А раз ты сам не знаешь, будем считать, что я права. Мой вопрос. Как так получилось, что ты из преподавателя стал охранником?

– Владельцем охранного агентства, так что подкол не засчитывается. Мне нужно что-то делать, а сидеть в университете… Было скучно. Обратно в армию не хотел, не умею приказам подчиняться. Решил, что охрана – как раз для меня.

Артём задает свой вопрос, после я. Глупые, довольно поверхностные. Больше похожи на беседу незнакомых людей, чем… Кем бы там мы ни были друг другу сейчас. Бывшие? Знакомые?

Я не замечаю, как летит время. Но чувствую, что на душе становится легче. Даже не хочется лезть в голову Рязанова и спрашивать, почему будний день он проводит со мной.

Я пользуюсь методом Артёма, намеренно задаю вопросы, на которые мужчина не знает ответа. В основном, перевод разных слов. В итоге он бегает мне за новой порцией кофе и творит всякие глупости, на которые у меня хватило фантазии.

Я ожидала от игры чего-то более… Сложного? Волнительного? Но после понимаю, что это именно то, что мне нужно. Говорить о глупостях и отключить голову хоть на время. Это прекрасно получается, вдыхая в меня силы жить дальше.

Хватает запала до обеда пока я, едва переспорив Рязанова, не пытаюсь заплатить за фаст-фуд. Терминал пищит, показывая, что транзакция отклонена. Пытаюсь второй карточкой, но ничего не получаются.

– Говорил же, что я должен заплатить, – Артём улыбается, а мне ни капли не смешно.

Я лезу в банковское приложение. Одно, второе… С трудом вспоминаю пароль к ещё одному, которым почти не пользовалась. Но результат везде один и тот же.

Все мои счета оказываются заблокированными.