Глава 45. Майя

Обещание Артёма опаляет. Всё внутри вибрирует от предвкушения. Нам не помешают. Мы сможем закончить всё. Я прикрываю глаза, стараясь прислушаться к собственным ощущениям.

Хочу?

Черт, да. Утром это кажется ещё далее более желанным, чем вчера.

А остальное – к черту.

После откровенных разговоров и близости это кажется самым логическим завершением всего. Новой ступенькой. На которую я с радостью запрыгну.

Губы мужчины касаются моей щеки, опускаются ниже. Задевают впадинку на груди, а у меня резко заканчивается кислород. С закрытыми глазами всё кажется острее и откровеннее.

Каждое прикосновение – выстрел.

И я сама продолжаю эту пытку, наслаждаюсь приятным предвкушением. Когда не знаешь, куда придётся новый поцелуй. Но очень-очень ждёшь.

Шумно втягиваю воздух – губы Артёма опускаются на мою грудь. Мягко втягивают сосок, а меня будто разрывает. Такое ощущение, что внутри вены плавятся, выпускают бурлящую кровь.

Шиплю от острого возбуждения, Артём прикусывает нежную кожу. Меня простреливает током. Тот бежит по нервам, щиплет.

Мозг коротит, тормозная система окончательно сгорает. Полный отказ сердца и тела. Единственное, что поддерживает жизнь – поцелуи. Моя личная спасательная система.

Мужчина целует меня. Везде. Низ живота, бедро, резко поднимается к губам. Ловлю короткие прикосновения, которые так же внезапно прерываются. Артём будоражит мою фантазию.

Но реальность…

Она ещё лучше.

Артём возвращается к моей груди. Уделяет ей столько внимания, что остальное тело чувствует себя обделённым. А после мужчина исправляет это опущение.

Такое впечатление, что не осталось такого местечка, которого ещё не касались. Только самое важное, пылающее. Между ног становится жутко влажно.

Мои трусики практически прилипают к телу. Смущение кусает кожу. Ведь Артём может в любой момент это почувствовать. Всего лишь нужно опустить ладонь и…

Но Рязанов не спешит. Делает всё медленно, чувственно. Ведёт пальцами и губами по моему телу, прижимается сильнее. Будто пытается запомнить меня, изучает, в памяти выбивает.

Я чувствую его взгляд. Тот прожигает кожу. Скользит по бедрам, поднимается к лицу. Губы покалывает от пристального внимания.

– Ты пиздец красивая, Майина, – этот хриплый голос вызывает мурашки. Столько в нём искренности и чувств. – Очень. Хочу тебя.

– Я… Чувствую.

Стыдливость и развратность переплетаются, совмещаются в какой-то дикий коктейль. Возбуждения Артёма прижимается к моему животу. Я чувствую, насколько мужчина хочет меня. Это смущает. И возбуждает.

Я вскидываю руки, обнимаю Артёма за шею. Притягиваю к себе, врезаюсь новым поцелуем. Пробую его губы, и тоже изучаю. Веду ладонями по широкой спине. Обхожу острые лопатки, глажу поясницу.

У меня на кончиках пальцев остаётся его тепло. Мягкая кожа. Воспоминания собираю, забрасываю их в самый дальний уголок мозга, чтобы не забыть. Ни секунды этого момента.

– Тёма! – его имя срывается с губ таким естественным звуком. – Черт.

Я запрокидываю голову, когда мужчина толкается в меня. Проезжается членом по лону. Сквозь ткань белья, но я всё чувствую так сильно и чётко. Что же будет, когда мы полностью разденемся? Куда вообще делась остальная одежда?

Я будто в горячке. Пылаю, мысли путаются. Я ничего не замечаю, кроме самого важного. Цепляю именно то, что имеет значение.

Тёма поддевает резинку моих трусиков, я начинаю дрожать сильнее. Возбуждение вихрем проносится по телу, подбрасывает меня от нетерпения.

– Хватит медлить! – стону недовольно. Пальцев так мало. Хочу больше. – Пожалуйста. Ты же…

– О да, малыш. Я чувствую, насколько ты влажная, – довольно шепчет мне на ухо. Растягивает пальцами, давит на стеночки. Я сейчас взорвусь от возбуждения. – Как хочешь меня.

– Слишком, – всхлипываю. Остатки разума вытягивают нашу игру. – Слишком мало, Тём.

– Знаю. Но не могу отказать себе в удовольствии. Такая заведённая, красивая. Из-за меня. Для меня. Да?

– Да, – киваю, упираюсь затылком в подушку. Мир качается, я сейчас упаду. – Да!

– Что же ты со мной делаешь, малыш.

Шепчет, уткнувшись в мою шею. Его мышцы напряжены, в камень превращаются. Мужчина сам на грани, едва удерживается. Мы оба хотим, а при этом – стараемся затормозить. Растянуть этот момент.

Потому что слишком долго ждали.

Потому что сейчас – хочется всего.

Прелюдии, поцелуем. Долгих ласок и быстрого секса.

Всего и сразу.

Я знаю, что потом будет ещё. Будет, да. И мы можем получить всё, если оба захотим. Но вбить это в голову не получается.

Как голодающий, добравшийся до шведского стола, сметает всё подряд. Жадно. Остервенело. Без возможности остановиться.

Так и я. Не могу отказать себе в желании получить всё. Сразу. Друг за другом, бесконечным потоком удовольствия. Пробую нечто новое, ранее недоступное.

Впитываю это.

Поглощаю полностью.

А мне всё мало.

Целую мужчину в плечо, наслаждаюсь вкусом его кожи. И плевать, что его не существует. У Тёмы есть. Пахнет гелем для душа, хвоей.

Треклятым розмарином.

Как я ненавидела этот аромат.

Теперь – снова обожаю.

Артём обхватывает моё запястье, тянет ниже. Пальцы обхватываю крепкий член. Такой твёрдый, разгорячённым железом кажется в моей ладони.

Я веду по бархатной коже. Наслаждаюсь тем, как сдавленно стонет Артём. А в следующую секунду – стону я. От настойчивых прикосновений к клитору.

Каждая клеточка вибрирует, стоит представить, как мужчина окажется внутри. Если сейчас вершина удовольствия, то что будет потом?

Можно ли выдержать столько наслаждения?

Мышцы выкручивает, сводит судорогами. Будто нити проткнули и привязали к Артёму. Тянут. Мне хочется быть ещё ближе, плотнее вжаться в него.

Горло разрывает криком, когда мужчина толкается в меня. Входит одним толчком, раздирает. Я ждала этого, но… Всё равно стараюсь привыкнуть. Осознать. Кусаю губы, подстраиваюсь под движения.

Медленные.

Тягучие как нуга.

Каждая секунда – новый выстрел удовольствия.

Мы растягиваем удовольствие. Каждое прикосновение выкручиваем на максимум. Два безумца. Но мы наслаждаемся этим, а это главное.

– Как в тебе хорошо, – от этой откровенной похвалы меня уносит. Артём продолжает: – Охрененно просто. – Не сдерживайся, я хочу тебя слышать. Каждый твой стон.

Я выполняю просьбу мужчины. Даже без его слов – не смогла бы больше молчать. Потому что стоны рвутся из груди, пробивают себе путь на волю. Хотят, чтобы Артём знал, насколько мне хорошо.

Меня словно раздирает на кусочки, и только мужчина может собрать меня обратно. Выпускает всё, что я приглушала эти дни. Прятала, не позволяла себе думать.

Теперь – можно.

Теперь мне можно всё.

– Быстрее, – прошу, царапая загорелую кожу. – Тём. Артём!

Стоны превращаются в его имя. Постоянно, на повторе. Кажется, будто других слов больше не существует.

Я смотрю в светящиеся глаза Артёма. Наслаждаюсь тем, какой он красивый. А после мир снова взрывается. Фейерверками, яркими огнями.

Потому что мужчина наращивает темп. Даёт мне то, что так нужно. Я забываюсь, тону в ощущениях. Проигрываю этой стихии.

Ухожу на дно, шторм поглощает меня.

Выгибаюсь в пояснице, обхватываю ногами его торс. А всё равно недостаточно прикосновений. Мы сливаемся практически полностью, а мне – мало.

Это дикая, невозможная жажда. Меня отравили, самым сильным ядом в истории. А Артём – главный антидот. Спасение, смерть – всё в одном флаконе.

– Блдь.

Мужские пальцы впиваются в моё бедро, когда я сжимаюсь вокруг мужчины. Мои стеночки пульсируют, я вот-вот достигну вершины. И Артём это чувствует.

Только усиливает давление, подталкивает меня в нужную сторону. Хнычу, возбуждение становится невыносимым. Кровь бурлит, тело сдавливает стальными оковами.

И нужно так немного, чтобы они разорвались.

– Ещё, – прошу, тянусь за новым поцелуем.

С ума схожу от желания.

Но не могу.

Не могу.

Не хватает чего-то.

Задыхаюсь, когда Артём двигается быстрее. Вбивается в меня бешеными толчками. Бьет по самому центру возбуждения, разгоняет похоть по крови.

Я даже стонать больше не могу. Голосовые связки тоже сжимает судорогами. Всё сгорает, я сама в огне. Пылаю, но спастись не получается.

– Люблю тебя, Майин.

Мне кажется, что это галлюцинация. Иллюзия, которую рисует моё измученное сознание.

Но именно это позволяет мне переступить грань.

Сметает в одно мгновение.

Я разлетаюсь миллионами звёзд, которые взрываются одна за другой.

Так хорошо.

Меня накрывает темнотой, стирая остальные ощущения. Остаётся только блаженная пустоты. Эйфории. Тело подрагивает после оргазма, а цепляюсь за каждое ощущение, растягиваю его.

Я морщусь от холода. Воздух касается разгорячённой кожи, и теперь причиняет дискомфорт. Всё сейчас неудобно, потому что Артём поднимается. Перекатывается на другую сторону кровати, забирая вместе с собой всё тепло.

Нужно что-то сказать, но я не могу. Всё ещё отхожу, постепенно прихожу в себя. А когда мозг может вспомнить хоть пару слов – это уже неважно.

Артём притягивает меня к себе, и на его груди лежать очень приятно. Удобнее, чем на самой мягкой кровати.

Пальцы гладят мою влажную спину, я устало выдыхаю. Весь заряд энергии, что во мне был, Артём забрал. По капле вытянул, не оставил мне ничего.

– Майина…

– Я ещё посплю, – перебиваю. Что, если Артём действительно сказал те слова, а теперь заберёт их обратно? – Я устала.

– Трусишка.

– И что? – фыркаю, устраиваясь на его плече. – Я всё равно тебе нравлюсь.

– Безумно нравишься. Поспишь ещё?

– Угу. А ты…

– Никуда не уйду. Кто-то превратил меня в личную кровать, разве я могу сопротивляться?

Я даже не могу придумать остроумный ответ на это, слишком вымотана. Тем более, Артём обнимает меня двумя руками, и это всё, что имеет значение.

А поговорим мы завтра.

Или сегодня, позже.

После того как выберемся из постели.