Двадцать вторая глава

У него были её глаза, поэтому у меня не осталось никаких сомнений, кто сейчас прожигает меня взглядом. И Дима подтвердил мои догадки своей следующей фразой:

— Мама? Ты что здесь делаешь? — спросил он, подходя ко мне и обнимая меня за талию. — Ты же должна сейчас быть с иностранной делегацией?

Это действие заставило её поморщиться, но она быстро вернула выражение безразличия на своё лицо.

— Ты тоже должен быть сейчас с другими людьми, сын, — ответила она ему, проигнорировав все его вопросы.

— Мама…

— Дмитрий, — перебивает она его. — Твоему отцу нужна помощь. Наша машина стоит за углом.

— Сейчас, я только провожу Ксению…

— Ксения вполне самостоятельная девушка, чтобы найти дорогу, — тоном, не терпящим возражений, произносит она.

Я рассматривала эту женщину и не могла не признать, что она шикарно выглядит, учитывая, что ей сейчас около пятидесяти. Единственное, что её портило, это выражение безразличия, если бы она улыбалась, ей бы это пошло больше. Но, судя по всему, делала она это очень редко.

— Конечно, иди, — сказала я, посмотрев на него. — Увидимся в зале.

Он хотел мне что-то ответить, но я покачала головой и пошла в сторону входа в гостиничный комплекс. Когда я отошла на приличное расстояние, то обернулась. Они шли, и она явно ему что-то выговаривала. Хотя что-то это не то слово. Вполне понятно, что она ему говорила.

Между тем стоило мне только подойти к конференц-залу, как ко мне навстречу поспешила секретарь Барцева.

— Никита Михайлович очень просил найти вас, — сказала она, подходя ко мне.

— Что-то случилось? — взволнованно спросила я.

— Да, он с самого утра не может до вас дозвониться.

Я полезла в сумочку и обнаружила там кучу пропущенных, в том числе и от него. Совершенно забыла о том, что выключила звук, чтобы нам никто не мешал.

— Телефон стоял на беззвучном, простите.

— Он должен был прилететь утренним рейсом, но был вынужден задержаться там ещё на некоторое время из-за непредвиденных обстоятельств.

— С ним всё в порядке?

Она окинула меня презрительным взглядом, но все же ответила:

— Да.

Я облегчённо выдохнула.

— В общем, все организационные вопросы сегодня на мне, — а затем чуть тише добавила. — Как будто мне это нужно.

— Простите, не расслышала.

— Если вам с Дмитрием Игоревичем понадобится какая-либо помощь, вы можете обращаться ко мне, я всё улажу.

— Нет, спасибо, — Дима подошёл к нам, и мне сразу стало намного спокойнее. — У нас всё под контролем.

— В любом случае я буду в зале, — она развернулась и затерялась в толпе.

— Дима, твоя мама…

— Давай не будем сейчас об этом, я всё улажу, — он посмотрел на меня, а потом наклонился и оставил лёгкий поцелуй на моей щеке. — Пойдём, мы выступаем вторые.

Долгое вступительное слово нашего министра было вполне ожидаемым, но от этого не менее утомительным. Следом говорили ещё какие-то чиновники, поэтому я только обрадовалась, когда первый участник начал свой доклад. Когда ему задали все возникшие вопросы, огласили название нашей работы, и мы вышли к трибуне.

Я думала, что мы с Димой вместе будем выступать, как и тренировались, но он вдруг сел за компьютер, чтобы переключать слайды, оставив на мне всю основную часть. Сначала я хотела возмутиться, но потом поймала на себе его взгляд и поняла, что он верит в меня. Доверяет мне. Ведь это его работа, его идея и его реализация. Да, я немного помогала, но это просто капля в море.

Собравшись с мыслями, я начала говорить. Ушли на задний план все волнения, тревоги. И мне это ужасно понравилось. Я рассказывала то, что интересовало меня саму, то, что я бы хотела, чтобы интересовало других. В итоге я даже не заметила, как закончился доклад.

— А теперь прошу ваши вопросы, — в заключение говорю я, уверенная, что их будет очень мало.

Однако желающих оказывается неожиданно много.

— Может ли сильный стресс спровоцировать рак?

— Стресс, безусловно, влияет на весь организм. Однако нельзя сказать, что он всегда приводит к раку. Это просто фон, который неблагоприятно влияет на весь организм в целом.

— Влияет ли лишний вес на риск развития рака?

Вопросы сыпались на меня практически без остановки, но на каждый я постаралась дать развёрнутый и максимально понятный ответ. В итоге наше время выступление давно вышло за пределы допустимого, поэтому нас отпустили, чтобы продолжить конференцию.

— Я очень тобой горжусь, — прошептал Дима, когда мы вернулись на свои места.

Я улыбнулась ему в ответ, и стали слушать других докладчиков. Когда закончилась повестка конференции, министр поблагодарил всех участников, особенно отметив несколько докладов и наш, в том числе.

Выйдя в коридор, Дима попросил меня подождать его, а сам пошёл с кем-то поздороваться. Я отошла в сторонку, чтобы не стоять в проходе, когда ко мне неожиданно подошла его мама.

— Знаете, Ксения, надо признать, вам удалось удивить меня, поскольку, когда мой сын дал вам возможность самостоятельно озвучить доклад, я решила, что это будет провал. Но вы действительно хорошо подготовились.

— Спасибо.

— Не стоит, поскольку то, что я скажу дальше, вам совершенно не понравится. Я понимаю, что мой сын — настоящая мечта для такой девушки, как вы. Разве что вам повезло, и вы смогли чем-то привлечь его внимание. Однако настоятельно советую вам не обольщаться по этому поводу. Вы не сможете составить ему достойную партию, как бы замечательно вы сегодня не выступили.

— Не понимаю, как это может быть взаимосвязано? — спрашиваю, глядя прямо на неё.

— Вы ему неровня, и никогда не будете приняты нашей семьёй. Подумайте, прежде чем вы окончательно все разрушите.

И пока я не успела ей ничего ответить, она развернулась и быстро ушла.