Глава 19

Кто-то из куриц застонал… Маркиз издал смешок, Лекс печально с подвыванием вздохнул. Ладно, буду добивать противника. Противниц.

– Ну что ж, леди Милардис нас покидает и отправляется домой к любимым родителям, жареному мясу, пирогам, тортам и сладостям. А мы с вами приступаем к дальнейшему отбору. И следующий конкурс у нас…

Я со скепсисом посмотрела на мрачных девиц и на их не менее мрачное сопровождение. Жалко мне уже становится этот розарий. Но до тех пор, пока я всех не выведу и не изведу, – они стратегический враг, от которого надо избавиться.

– Шторы и ковры будете выбивать, – выдала я наконец.

Ну хоть что-то их проймёт, а? Когда остальные поймут, что им тут не рады, и сами уедут?

На меня вытаращились восемнадцать пар женских глаз, две пары мужских. Ну, и несколько от прислуги, мне не видно.

Лекс таращился и по-совиному моргал. Я еле удержалась, чтобы не показать ему язык. Маркиз взирал на меня искоса, и на его лице было написано: «Боги, и кого я только взял в свои помощницы?». Правда, потом выражение изменилось. Наверное, он подумал: «Слава богам, что не в жены».

Невесты же просто онемели. Но, вообще-то, я им про шторы уже говорила.

– Что? – невинно спросила я.

– Мы? – ошарашенно уточнила леди Рози. – Шторы?

– И ковры-ы-ы? – протянула леди Клара, хорошенькая блондинка.

Все невесты, надо отдать должное, очень привлекательные девушки. А некоторые ещё и неглупые. И лично я против них ничего не имею, наоборот, может, мы бы и подружились с некоторыми при других обстоятельствах. Но сейчас – увы.

– Леди Диана, – проигнорировала я вопросы. – Не будете ли вы столь любезны, чтобы побыть во́дой? Ваша считалочка нам сейчас очень пригодилась бы. Девять поровну не делится, поэтому первые пять выбывших займутся шторами, оставшиеся четыре – коврами. Завтра состав поменяется. А итоги конкурса я подведу сразу за два дня. И выбывших у нас окажется двое.

– Леди Эрика, вы в своём уме? – сухо спросила меня компаньонка леди Дианы.

– А есть сомнения?

– Большие, – кивнула женщина. – Мы приехали как гостьи маркиза ди Кассано. Чтобы познакомиться, присмотреться. Чтобы молодые могли пообщаться и получше узнать друг друга. И после этого его сиятельство смог бы выбрать себе невесту. А вместо этого вы… – Она покрутила в воздухе чайную ложечку, которую держала в руках. – Да ещё и морите нас голодом.

– Леди Эрика? – повернулся ко мне объект раздора, сложил руки на груди и изобразил внимание. Женишок наш драгоценный…

– Леди… – перевела я взгляд на обратившуюся ко мне даму.

– Госпожа Каламбе́ль.

– Госпожа Каламбель, – кашлянув, заговорила я. – Видите ли, в чём дело… Голодом вас никто не морит. Если вы не заметили, то и я, и его сиятельство, и его сын питаемся вместе с вами за одним столом. Далее, ни для одной из вас не секрет, что маркиз не нуждается в жене. Даже в самой удивительной и замечательной девушке. И инициатором вашего приезда является не он. Вы ведь в курсе, что он вас не приглашал?

– Да, – с неохотой, но вынуждена была подтвердить этот факт дама.

– Итак, что мы имеем. А имеем мы множество юных очаровательных леди, которые незваными приехали в дом мужчины, не желающего видеть их ни в качестве гостий, ни уж тем более в качестве жён. Так? И прошу коротко: да или нет?

– Да, – скривившись, но всё же ответила она.

– Хозяин дома хоть и не рад, но терпит. Даже пошёл навстречу, не уехал по своим делам, а у него их, несомненно, много. И согласился рассмотреть победительницу отбора в качестве потенциальной супруги, если они понравятся друг другу и оба изъявят желание пойти к алтарю. Опять же, напомню, не потому, что он сам хочет этого. А потому, что его принуждает её величество. Взрослого состоявшегося мужчину, у которого уже есть ребёнок. Так?

– Да, – скрипнула зубами госпожа Каламбель.

– Я, вместо того чтобы исполнять свои прямые обязанности ассистента и заниматься бумагами, деловой перепиской и прочими поручениями своего начальника, трачу время на то, чтобы следить за конкурсом невест. Нелепым и странным. Можно подумать, ваши подопечные настолько некондиционный товар, что им необходимо проходить отбор у маркиза. Шли бы тогда к принцу, он всё же будущий король. Но нет, вы здесь, и мы все мучаемся и страдаем. Так?

– Да. Но как вы смеете сравнивать наших подопечных с товаром?! Да ещё с некондиционным?! Какая-то жалкая нищая дворяночка, зарабатывающая себе на жизнь ассистентом… Милочка, вы…

– Я вам не «милочка», госпожа Каламбель, – перебила я её похолодевшим голосом. – Я – леди Эрика ди Элдре, прямой потомок древнейшего аристократического рода. Многочисленные поколения моих предков верой и правдой служили короне долгие века и гордо несли своё звание и титул. А девиз на нашем гербе гласит: «Честь и верность». И мы верно охраняли земли королевства, поскольку наш замок стоял в Приграничье.

Я встала из-за стола. Следом за мной вскочил Лекс и поспешил подойти и занять место рядом. А маркиз, помедлив мгновение, с громким стуком опустил чашку, которая, жалобно тренькнув, развалилась на три больших осколка.

Поднимался его сиятельство медленно. И было что-то мрачное в том, как потяжелел воздух в столовой, как стало вдруг зябко.

– Никто, никогда и ни при каких обстоятельствах не смеет оскорблять меня и моих близких, – тихо и проникновенно произнёс до того развлекавшийся лорд Риккардо. – И не вам, госпожа Неизвестно-кто-такая, пренебрежительно отзываться о моём ассистенте. Если уж на то пошло, то её род ещё более родовитый и древний, чем мой. И, уж конечно, чем род любой из присутствующих здесь. Леди Диана, вам следует внимательнее относиться к выбору компаньонок. Эту особу я не намерен терпеть в своём доме более ни минуты.

– Маркиз, но… – растерялась девушка. – Простите её… Мы… Я…

– Леди Диана, я всё сказал. Вы, если пожелаете, можете оставаться и гостить далее. Вам я не отказываю от дома. Но чтобы этой… госпожи и близко тут не было. Даю время на то, чтобы быстро собрала вещи, и пусть покидает мою виллу.

– Да как вы смеете?! – вскочила госпожа Каламбель. – Хорошо, я готова согласиться, что ваша фаворитка из родовитой семьи, хоть и нищей. Но…

– Вон! – настолько низко, что мне сначала показалось, что я ослышалась, рыкнул Риккардо.

А в следующий миг компаньонку леди Дианы подхватил тёмный вихрь, закружил, вынес прочь из столовой. Она верещала, вращаясь вокруг себя, завёрнутая, словно коконом, магическим потоком. Все женщины вскочили и бросились следом. А госпожа Каламбель повторила невероятный полет из дома на улицу. Вместе со входной дверью.

– Опять работа столяру, – меланхолично произнёс за моей спиной голос Марио.

– Да-а-а, – протянула Летиция. – Вот уж довели они нашего маркиза. Отродясь такого не было. Обычно тихонечко уезжал и не появлялся, пока гостям не надоедало его ждать. Зря он взял отпуск в этот раз. А всё её величество со своим сватовством…

Я повернулась и посмотрела на них.

– Ох ты ж боги всемогущие! – отшатнулась от меня горничная, делая обережный знак. – Леди, а что это у вас с глазами?

Я опустила ресницы, подождала минуту на всякий случай, чтобы не показывать эмоции, и снова взглянула на слуг, но уже с улыбкой.

– А что вы говорили про отпуск? Я не расслышала.

– Ах, так это… Ну все же знают, что маркиз наш вынужден на время отойти от дел в этот раз. Королева ж приказала, и вот.

Маркиз стоял в холле и вид имел крайне мрачный. Смотрел он при этом почему-то на меня. Помедлив, он отвел от меня глаза, поискал притихшую расстроенную леди Диану и громко обратился к ней:

– Вы остаётесь? Слугам приказать вынести вон отсюда только вещи вашей дурно воспитанной компаньонки?

– Я… Мне…

– Не мямлите! – не выдержав, повысил голос лорд.

– Я уеду с ней. Неприлично оставаться в доме холостого мужчины юной девушке без сопровождения.

– Слава богам, хоть у кого-то сохранилось здравомыслие. Счастливой дороги домой, леди Диана. И ради всех богов, найдите уже себе супруга без моего участия. Я! Не! Хочу! Жениться!

Он обвёл взглядом всех дам, досталось и мне. И от ментальной тяжести силы дара маркиза хотелось пригнуться и спрятаться.

– Злится, – шепнул, приобняв меня за плечи, Лекс. Он как вышел вместе со мной из столовой, так и стоял молчком рядышком всё это время. – Правильно делает. Ещё не хватало, чтобы всякие грымзы оскорбляли тебя. Ты наша и неприкосновенна ни словом, ни делом. Пойдём?

– Куда? – не стала я делать попыток выпутаться из-под его руки.

– Не знаю. Просто пойдём. Посидим где-нибудь. Всё равно эти… после злости отца не сразу отойдут. Он сорвался, видишь, силу не сдержал. Сейчас леди начнут плакать, истерить… Требовать пирожных. Надо сказать Жоржетте морковки им почистить, что ли.

Я со скепсисом взглянула на придавленных негативным настроением хозяина виллы дам. Плакать? Всего лишь из-за того, что при них кого-то строго отчитали и отругали? Серьёзно?

Но тут леди Клара всхлипнула, а у леди Габриэллы по щеке потекла слезинка. Шмыгнула носом леди Офелия. К ней присоединился кто-то ещё…

– М-да. Марио, будьте добры, передайте Жоржетте, чтобы она им приготовила фруктов и моркови. Пусть грызут.

И в этот момент громко и протяжно завыл и заухал Кассель. Не знаю, где он пропадает последнее время. Но его почти не видно и не слышно. И сейчас вот пропустил всё представление.

– Эрика, вы всё развлекаетесь? – выплыл он из стены рядом. – Это самый странный и бестолковый отбор невест из всех, какие я видел. Ни одного нормального конкурса, но при этом число невест стремительно сокращается по разным причинам.

– Кхм, – кашлянула я.

– Кстати, дорогая, а ведь по итогам конкурса стирки и чистки обуви так никто и не отсеялся. Может, ещё парочку под шумок удалить? Сегодня такое чудесное утро, невесты так и выбывают, так и выбывают…

Вздохнула я, полюбовалась плачущими девушками, махнула рукой и пошла на кухню. Я тоже есть хочу, между прочим. А отбор и правда глупый получается и странный. Не быть мне профессиональной смотрительницей конкурсов и свахой. Ох не быть…

– Хорошее утро, – сообщил мне спустя десять минут лорд Риккардо, отыскав в уголке на кухне.

Я ела яблоко, отрезая от него ножом ломтики, а Жоржетта рассказывала мне, как шалил в детстве Лексинталь.

– Чем оно хорошее, если всю колбасу кто-то съел? – с намёком спросила я.

Сиятельный обжора на мгновение смутился, утащил у меня отрезанный ломтик яблока и с хрустом его сжевал.

– Эрика, вы просто чудо. За одно лишь сегодняшнее утро вашими стараниями поголовье кур уменьшилось на три головы. У нас выбыли леди: Беатрис, Милардис и Диана. Ну, и их сопровождающие, конечно.

– Да, неплохо, – отрезав себе ещё кусочек, я быстро положила его в рот, а то маркиз и за ним уже руку протянул.

– Жадина! – сообщил он мне и отобрал яблоко совсем. Вместе с ножом. – Вы непревзойдённо доводите людей. Где научились?

– В приюте, само собой, – хмуро ответила я, глядя, как наглое сиятельство доедает мой фрукт.

Жоржетта хмыкнула, подошла тихонечко и вручила мне другое яблочко. Краснобокое и румяное. И ножик.

– Ой! Яблочки! – ворвался в кухню светловолосый ураган. – Эрика, можно? – и отобрал моё яблоко.

Мрачно раздувая ноздри, я гипнотизировала взглядом двух аристократических прожорливостей.

– Ну не жадничай! – правильно понял меня мальчишка. – Я тебе в саду новое выращу, хочешь?

Его отец издал смешок, подтащил ногой табурет и сел рядом со мной.

– Привыкайте, Эрика. Вы теперь с нами заодно.

– Кушайте, леди Эрика, – с улыбкой вручила мне Жоржетта третье яблоко. И нож.

– Эрика, поедешь со мной в деревню? Я тебе округу покажу, – позвал Лексинталь.

– Поеду. А зачем?

Он воровато оглянулся и прошептал, перегнувшись через стол:

– За мясом. И колбасой.

– Я с вами! – припечатал маркиз. – Я есть хочу.

– Вообще-то, мы знаем, кто ночью слопал последнюю колбасу, – обиженно сказал ему сын.

– Да! – добавила я.

– Я проголодался, а она пахла и заманивала, – ничуть не устыдился маркиз. Отложил огрызок и попросил себе целое яблоко у поварихи.

Следующие минут пять мы трое с аппетитом хрустели, сидя за кухонным столом на кухне. А Жоржетта, мурлыкая под нос песенку, готовила гороховую похлебку к обеду.

В общем, плюнули мы, образно выражаясь, на истерику в курятнике и сбежали. Уходили огородами… А именно – через окно в моей башне.

– Я просто поражаюсь вам, – задумчиво сообщило нам фамильное привидение рода ди Кассано.

Он наблюдал за тем, как я перебираюсь через подоконник, а Лексинталь меня снаружи собирается ловить.

– Чему именно? – оглянулась я.

– Эрика? – дёрнул меня за ногу Лекс.

– Погоди. Тут ваш пращур поражается нам, – сдула я с лица прядку волос, выбившуюся из причёски. – Кассель, что странного-то? Чему ты удивляешься?

– А я, кажется, знаю, – хмыкнул нынешний маркиз и, приподняв меня за подмышки, ссадил прямо из комнаты в объятия своего сына, стоявшего снаружи. – С вашим появлением, дорогая моя невеста, каждый день полон сюрпризов.

– Ой, да ладно. Вы постоянно сбегали от своих невест, мне слуги всё рассказали.

– Но ни разу я не делал этого через окно. Я взрослый серьёзный мужчина, а из-за вас веду себя словно пацан. Почему мы не могли уйти через парадный вход?

– Ути-пути! – погладил воздух над головой своего потомка Кассель. Кроме меня этого никто не видел, и призрак распоясался, кривлялся и корчил рожи. – Мальчик снова вспомнил, что он живой.

– Я ведь уже поясняла, – сдерживая смех, я положила руку на локоть Лекса. – Потому что тогда нас застукают ваши куры и захотят с нами.

– Не захотят. Они будут до вечера плакать, – фыркнул пацан.

– А вот и нет. Кассель мне доложил, что они там плетут интриги. Спелись на почве голодания и здорового образа жизни.

– Правда, что ли? – замер на подоконнике, свесив одну ногу вниз, лорд Риккардо.

– А то! Готовят бунт. Так что колбасу нам сейчас придётся прятать очень тщательно и скрыть заклинаниями, чтобы даже запах не просочился. Иначе вас ограбят в вашем собственном доме. Голодные женщины и куры – это страшные существа, ваше сиятельство. Лекс, запомни это на будущее.

Все три маркиза зафыркали и засмеялись.

В общем, в деревню мы пробирались украдкой. Зато там вломились в дом старосты и потребовали самый сытный мясной обед, какой только может быть. Плохо, что не оказалось таверны или трактира. Было бы проще.

Маркиза и его сына знали хорошо, относились к ним с уважением, лишних вопросов не задавали. И уже через час мы трое, объевш… Нет, будем называть вещи своими именами – обожравшись, лежали кверху округлившимися пузиками. Для наших сиятельств выдали одеяло, которое расстелили на травке под яблонями.

Лежали. Переваривали. Смотрели на облака. Или не смотрели, а бессовестно дремали.

– Эрика…

– Мм-м?

– Ты спишь?

– Мымы.

– Это нет?

– Что тебе надо, злобное дитя? – не открывая глаза, лениво поинтересовалась я.

– А почему я сейчас-то злобное?

– Ты опять не даёшь мне спать.

– А когда он ещё был злобным дитём? – заинтересовался лорд.

– Н-ну… Был.

«Злобный деть» бессовестно засмеялся.

– Я же «ребёнок», мне положено не давать родителям спать. А ты моя будущая мачеха.

– Мечтай… – фыркнула я. – У тебя отец есть, вот его и мучай. Или заведи себе няню.

– Только если она будет такая же красивая и потрясающая, как ты, – подполз ближе пацан. Повозился рядом и положил голову мне на живот.

– Я сейчас лопну, – сдавленно просипела я, напрягаясь. – Я же объелась.

– Ой! – Голова убралась с моего живота и переместилась выше. Привалилась к моему плечу. – Эрика, а давай ты тогда подождёшь, пока я вырасту?

– Зачем?

– Раз не хочешь становиться моей мачехой, давай я на тебе женюсь. Только мне нужно немного повзрослеть. Я не хочу, чтобы ты исчезала из нашей жизни.

– Ребёнок, ты с ума сошёл? Я старше тебя – раз. Я не хочу за тебя замуж, ты мой друг – это два. И ты мне не нравишься как мужчина – это три.

– Да я тоже совершенно не хочу на тебе жениться, ты мой друг, – фыркнуло несносное создание. – Ну а что делать-то? Придётся. Не отпускать же тебя.

– Я вам не мешаю? – вкрадчиво поинтересовался лорд Риккардо.

Мы с Лексом примолкли, раздумывая, мешает он нам или нет. Ответил, как ни странно, мальчишка:

– Нет, не мешаешь.

– А почему вы тогда строите планы о совместном будущем, исключив из них меня? Вообще-то, Эрика всё ещё моя невеста.

– Отец, у тебя невест на вилле ещё восемь штук осталось. Имей совесть.

– Это временно. Мой ассистент избавит меня от них. Останется только одна.

– Но ты же всё равно не собираешься жениться на Эрике. А она не хочет за тебя. Приходится мне брать проблему в свои руки. Не можем же мы остаться без неё.

– Без проблемы? – хихикнула я.

– Без тебя, глупая! – сердито запыхтел Лекс. – Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь уехала от нас. Ты нам нужна.

– Да я пока и не планирую. Будем вместе учиться. У нас контракт на год с его сиятельством.

– Ладно, за год я что-нибудь придумаю, – согласился он.

Маркиз ди Кассано хмыкнул:

– Да уж, молодое поколение… Мой сын ещё не вырос, но уже пытается увести у родного отца невесту.

Лекс засопел, но ничего не сказал. Я тоже промолчала. За год многое изменится, разрешится не только эта сложная ситуация, но и главная, из-за которой я тут очутилась.