Глава 19

- Уходите! Убирайтесь вон! Как вы, вообще, посмели, вы…

- Тише. Я тебе ничего плохого не сделаю…

- Уже сделали! Очень много плохого! И вы… вы тут голый!

Меня просто трясёт от него! От этой ситуации! И еще мне страшно.

Очень.

Потому что с ним мне не справиться. Никак. Никогда…

- Кто виноват, что все мои вещи в жирном бульоне, я?

- И брюки? И… и трусы? – говорю еле-еле, дыхания не хватает. Не могу набрать воздуха.

Слепо тыкаюсь в его грудь, чтобы оттолкнуть, выбежать…

- Тая! Таисия!

Его руки близко. И сам он. Меня вырубает. Просто отключаюсь, падая ему в руки.

Прихожу в себя в своей постели. Понимаю, что глубокая ночь. В квартире очень тихо. Я сильно хочу в туалет.

Встаю тихонько, иду из своей комнаты через проходную гостиную.

Замираю, увидев Булата.

Он сидит на полу, прислонившись к дивану. Спит, откинув голову назад.

На диване он явно не поместился, чересчур большой. А на полу в самый раз. С голым торсом, чтоб его…

Интересно, какая у него кровать?

Не знаю, почему я думаю об этом.

Видимо приходит осознание, что свадьбы не избежать, всё это серьёзно.

Чудовищно.

Я его ненавижу.

Одна мысль о том, что он может быть причастен к смерти Марата…

Почему «может быть»?

Он точно причастен!

Если бы не Булат и их родня мы с Маратом бы поженились. Ему не нужно было бы уезжать ни в какие горы! Он не пошёл бы гулять по этим самым горам с компанией. Интересно, как он пошёл в горы? Что он вообще делал в этих горах? Почему он мне ни разу не позвонил? Он ведь не мог меня забыть, просто… вычеркнуть, правда? Это же мой Марат! Он меня любил! Он…

Он знал о том, что со мной произошло!

Знал и простил. И был таким нежным! Таким…

- Таисия? Что-то случилось?

Вздрагиваю, вскрикиваю от неожиданности.

- Прости, не хотел пугать.

Молча иду в уборную.

- Таисия…

- Пописать я могу? Или надо письменное разрешение брать?

- Если я скажу, значит будешь брать. – голос его глухой и, кажется, чуть насмешливый.

- Не боитесь, что я могу не сдержаться, и сделать это прямо на вас? – говорю, внутренне сгорая от стыда и желания сделать ему неприятно. Выбесить.

- Не боюсь. Это называется «золотой дождь», одна из разновидностей сексуальных игр, знаешь об этом? Я никогда не практиковал, но почему бы и не попробовать с тобой, а?

- Фу! – меня передергивает, какая мерзость! – Фу, гадость, вы хотите, чтобы меня стошнило?

- Только не на меня, пожалуйста, о такой сексуальной игре я не знаю.

- Вы… вы…

Нервно сглатываю убегая.

Меня трясёт. В туалете едва сдерживаюсь. Хочется ругаться громко и нецензурно, хотя я никогда этого не делала.

Захожу в ванную комнату. Включаю воду.

Вижу рубашку Булата, которая висит на сушилке. Он сидел с голым торсом, но в брюках. Огромный. Страшный.

Как он может стать моим мужем? Даже фиктивным? Он ведь постоянно будет рядом! Он… подавляет. Уничтожает.

Я… я просто не выживу рядом с таким как он. Я не смогу.

Умываюсь кое как, стараясь не намочить повязки на руках.

Мне нужно их менять. Надо как-то попасть в больницу.

Может, Булат и прав. Нужно вернуться туда. Нужно закончить лечение.

Может быть, стоит сказать ему, что свадьбы не будет, пока я не вылечусь?

Ахах! Конечно! Так он и согласился!

Опять вспоминаю этих уродов, которые завалили в общежитие.

Не хотела бы я снова пережить этот шок и ужас. Не хотела бы.

Выхожу в коридор. Булат что-то читает в телефоне. Сосредоточен. Может есть какие-то новости о Марате?

- Что случилось? Он жив? – говорю не думая, подхожу к нему близко.

Булат поднимает на меня глаза. Тёмные, мрачные. Как омуты в лесных озёрах. Когда-то давно мы с мамой ездили купаться на такое озеро, недалеко от дачи маминой подруги. Вода была торфяная, черная. Местные из деревни рассказывали, что в центре озера тот самый тихий омут. Попадёшь туда и всё, черти заберут.

Булат не похож на чёрта. Он рангом повыше. Демон. Такой, какие были раньше ангелами. Падший ангел, который недооценил силу тёмной стороны.

- Что ты смотришь, Таисия?

- Скажите, что он жив, пожалуйста. Я буду вашей женой, отдам вам ребёнка, всё сделаю. Только скажите, что он жив…

Молчание. Глухой вздох. С шумом тянет воздух в легкие, которые у него, наверное, огромные как турбины.

- Я и сам бы хотел сказать тебе, что Марат жив. Я… он был моим любимым братом. Я растил его. На руках качал, учил на велике гонять, на горных лыжах стоять, на сноуборде. Машину водить тоже учил его я. И… девчонок кадрить.

- Неужели… - сама не замечаю, как по моему лицу текут слезы.

Марат… Представляю двух братьев, которые в детстве бегали по горным тропам, смеялись, гоняли на великах. Марату было двадцать пять, Булату, наверное, около тридцати пяти. Разница десять лет. Прилично.

Марат боготворил брата. Любил. Очень любил! А он…

- Зачем вы сделали это с ним?

- Что?

- Это же вы, вы его убили! Если бы не вы…

- Я любил его. Он был моим братом! Как ты можешь так говорить? Ты… девчонка!

- Убили! Вы убили! Вы! Если бы не вы и этот ваш поганый клан, Марат был бы жив! Вы уничтожили всё самое светлое, нашу любовь, наши чувства! Вы всё растоптали! Вы…

- Я не мог поступить по-другому! Марат знал, что будут последствия! Я ему говорил!

- Вы убили, уничтожили, сломали! Вы разрушаете всё, к чему прикасаетесь, вы убийца! Негодяй! Вы меня хотели сломать. Но вам это не удалось. Я не сломаюсь, я выдержу! Слышите? Я буду бороться до конца! Я… я сама убью вас, слышите? С этой минуты, знайте, я…

- Да уймись ты, нельзя тебе нервничать! Ребёнок…

- Которого вы хотели вытравить, да? Убить, как убили его отца! Вы демон! Исчадие ада, вы…

- Хватит!

Он давно уже стоит напротив, возвышается, задевая головой люстру. Гигантский, злой, жестокий.

Я смертельно его боюсь и не боюсь вовсе! Храбрюсь! Я правда не позволю ему ломать меня! Ни за что! Я…

Мне дурно, дышать тяжело, голова чугуном наливается, тяжестью.

Хлопаю глазами, понимая, что просто свалюсь сейчас.

- Дурочка… Глупое создание.

Я у него на руках. Не знаю, как он это сделал. Одно движение и всё. Держит крепко.

- Завтра вернёшься в клинику и будешь лечиться. И спокойно носить ребёнка, поняла.

- Ненавижу.

- Я знаю, малышка. Ненависть, очень сильное чувство. Гораздо сильнее любви. Подумай об этом.

- Ненавижу!

С вызовом смотрю в его глаза, хочется плюнуть ему в лицо, но…

Он прижимает крепче, губы очень близко, он весь очень близко. Это омерзительно, но я чувствую его горячий рот на своём. Пытаюсь увернуться и не могу. Жадно, жарко, очень крепко. До боли.

Булат меня целует! Брат моего Марата целует меня!

Я в аду…