Глава 23

Её ладонь обжигает. Нет, она не горячая, вовсе нет, наоборот. Как льдинка. Но прикосновение… То, что она касается меня сама, по своей воле, почти по своей. Выполняет мою просьбу.

Тяжело дышать, хочется распахнуть ворот рубашки, а он и так распахнут.

Глотнуть хочется воздуха полной грудью, осмелеть, развернуться, уткнуться лицом в её колени, выше, туда, где смыкаются бедра.

Дышать ею.

Познать её.

Нет.

Права не имею.

Она не моя. Хоть и моя формально.

Чужая.

Ничья.

Любимая моя девочка.

Как же мне хочется сказать ей об этом! О том, что любимая.

Не могу.

И на это права у меня нет.

Я надеюсь, что пока, что всё изменится когда-нибудь. Надеюсь. Верю.

Хочу верить.

Наступит день, когда моя Таисия посмотрит на меня иначе. Когда я не буду для неё монстром. Когда я заслужу право на её взгляд, на прикосновение.

На ответное чувство.

Это нереально, конечно, я понимаю.

Но могу же я помечтать?

Просто помечтать о спокойной счастливой жизни с любимой женщиной.

- Булат, я… я устала. Я…Извините, но я хочу спать.

Как же не хочется двигаться, шевелиться, вставать не хочется. Нехотя вздыхая, поворачиваюсь, натыкаясь на её взгляд.

Мы тут совсем одни. В палате уже темно. Я прямо сейчас могу протянуть руку, обхватить её талию, притянуть к себе, сжать в объятиях, целовать эти бледные щеки до тех пор, пока на них не появится румянец. Заставить её чувствовать. Чувствовать!

Нет. Не могу.

- Жаль, что ты уже сняла свадебное платье.

- Почему?

- Хотел бы снять его сам, на правах мужа.

- Булат вы… вы обещали. Это фиктивный брак. Не заставляйте меня жалеть о моём решении! Я… я могу сейчас же пойти к Товию Сергеевичу и…

- Ладно, ладно, прости… Успокойся. Я тебя не трону. Только… ночь мне всё-таки придётся провести здесь.

- Где? – чувствую её испуг. Бесит.

Бесит то, как она меня… нет, не боится даже, это не страх. Пренебрежение. Безразличие.

Я для неё досадное недоразумение.

Что ж, придётся с этим жить. Нам обоим придётся.

- Булат, я не понимаю…

- Соседняя комната, там диван. Я лягу там сегодня. Чтобы ни у кого не было сомнений, что ночь мы провели вместе.

- Хорошо.

Ничего хорошего.

Я бы хотел провести свою первую брачную ночь совсем не так. Уверен, что и Таисия тоже.

Поднимаюсь, смотрю на хрупкую фигурку моей супруги.

Супруга. Раньше слово казалось холодным, каким-то расчётливым, что ли. Сейчас оно звучит совсем иначе для меня. Есть в этом слове какая-то непостижимая нежность.

Моя супруга. Раньше супругами называли двух коней или волов, запряженных вместе. В одну упряжку. Вот и мы теперь с Таей в одной упряжке. Не по своей воле. Не по желанию. Скорее вопреки, чем благодаря.

И всё-таки.

Супруги.

Беру её за руку, наклоняюсь, поднося ладонь к губам.

- Спокойной ночи, дорогая.

Прижимаюсь, вдыхаю аромат кожи. Всё еще сильно пахнет лекарствами, но и её тонкий запах присутствует.

- Спокойной ночи.

Нет, для меня она точно спокойной не будет.

Валюсь на диван в одежде, потому что не позаботился ни о чём. Дурак. Хоть бы что-то домашнее взял или спортивное!

Ладно, утром попрошу водителя привезти свежую рубашку. Костюм переодену в офисе.

Уверен был, что глаз не сомкну, но проваливаюсь в сон мгновенно, а выныриваю, когда слышу какое-то жалобное поскуливание.

Не понимаю, кто пустил сюда котёнка.

Осознаю, что это не животное, когда разбираю слово.

- Марик… Марик… Марат…

Она не мяучит как пушистый комочек, она зовёт своего любимого.

Всхлипывает, постанывает, дрожит вся… Кажется, её тело покрыто испариной, присаживаюсь рядом, проверяю, нет ли у неё жара. Лоб прохладный, но вся она словно в огне.

Трясётся мелко, вскрикивает. Ей что-то снится, возможно, кошмар.

Хочу избавить её от мучений.

Не знаю, кой чёрт заставляет меня это сделать, но я ложусь на больничную койку рядом с Таисией, обнимаю её, прижимая спиной к своей груди.

О, боги… Как это…странно.

Странно, потому что я наконец понимаю, что происходит с моей молодой женой. Во сне она испытывает самые сильные эмоции, возможно, ей снится мой брат, скорее всего это так, потому что Таисия упорно шепчет его имя, повторяя как мантру.

- Марик, Марик… боже, Марик, пожалуйста, Марат… пожалуйста.

Меня словно острым клинком пригвоздили к земле, не вырваться. Боль давит. И обида.

Почему он? Почему не я?

Почему он оказался первым? Первым увидел её? Первым спас?

Впрочем, я же понимаю, что, возможно, если бы я увидел её – прошёл бы мимо, скорее всего. Не разглядел, не увидел, не оценил.

Вот такой я.

И такая она.

Нежная. Слишком хрупкая в моих руках. Как бы не сломать ненароком.

Поздно, Булат, ты её уже сломал. Да, именно сломал, как бы она ни пыталась доказать обратное.

Вдыхаю глубже. Напитаться ароматом её страсти. Я ведь прекрасно понимаю, что сейчас происходит в этом её сне!

Она там с любимым мужчиной. Не со мной.

И ей там хорошо. Очень хорошо. Настолько, что еще буквально пара минут и я чувствую дрожь совсем иного характера. И стон. Невероятно нежный. Томный. Сладкий. Стон, который хочется выпить из её губ. Которым хочется наслаждаться. Воруя его у вселенной. Воруя у любимой женщины секунды её блаженства с другим.

- Марат…

Имя, слетающее с её губ, сильно бьёт по грудной клетке, взламывает её, пробирается к сердцу, чтобы сжать, терзать, давить. Кислотой полить.

Имя её любимого.

Имя моего погибшего брата.

Не моё.

И никогда не будет моим.

Или… будет?

Я хочу заставить её выстанывать громко – Булат! Думать обо мне в тот момент, когда она занимается любовью. Со мной.

Это будет.

Я не я, если не заставлю Таисию забыть обо всём и отдаться мне со всей силой страсти.

Я не я…

Прижимаю её мягкое, податливое тело. Пью её кайф большими глотками. Пусть так. Пусть не честно. Но всё-таки…

Наша первая ночь. Наш первый секс. Пусть такой. Ненастоящий, призрачный. Тот, который приснился ей, пусть и с другим. Тот, который представил себе я.

Наш. Мой и Таи.

Не в силах удержать себя в узде прижимаюсь губами к её шее, сцеловывая капельки пота с атласной кожи.

Девочка моя, моя милая девочка!

Как же хочется, чтобы стала моей! Как мне это нужно! Как воздух необходимо.

Чувствую, как Таисия расслабляется, растекается по моей груди.

- Марат…

- Спи, любовь моя, всё будет хорошо.

Даже если мне придётся весь мир перевернуть.