26

— Вы меня не поняли! — кричала я в пустоту.

Горячие губы легли на мою шею. Кожа тут же покрылась мурашками, а в глазах поплыло. Сильные руки сжимали талию и гладили мои бёдра. Хотела уйти, конечно, хотела, но он же так держит, что не сбежать. Марат прошёлся губами от шеи, добрался до мочки уха и подцепил ее кончиком языка, провел им по всей ушной раковине, и я невольно прогнулась в спине и тяжело задышала. Захотелось закрыть глаза и принять эту ласку. Пронзило жгучее, отрезвляющее чувство стыда. Я снова надавила на его плечи, но результата никакого не получила. Это борьба мухи и слона.

— Марат, остановись, я вовсе не хотела тебя провоцировать!

Затуманенный желанием взгляд серых глаз остановился на моём лице. Они были настолько тёмными, как небо в шторм, что даже слились с тёмно-синим цветом зрачка. Рука его потянулась к подбородку, поднимая его вверх на себя, а губы властно взяли мои. Поцелуй теплый, он кружил голову, заставлял хотеть наслаждаться и… продолжать. Немного грубый, с присущей Марату импульсивностью, и очень страстный. Еще немного – и я просто отключусь от реальности, позволяя его порочным полным губам, на которые я сама жадно смотрела вот уже несколько дней, ласкать себя.

От падения в пропасть меня спас звонок телефона. Марат прервал поцелуй и отпустил меня. Отправился к телефону, не сводя глаз с меня. Я же свои опустила вниз. Я позволила ему себя целовать. Идиотка. А как же мой жених? Так стыдно мне ещё никогда не было. Нет, уволюсь к чёртовой бабушке, и Марка попрошу помочь с неустойкой. Ну, скажу, что не справилась, работа тяжелая и начальник самодур… На то, что сейчас произошло, я уже не смогу закрыть глаза.

— Марат Ильдарович, такси приехало.