Глава 16

В бункере, сидя на руках у Викинга, я наблюдала за тем, как каждый каратель снимает свой шлем и представляется мне. Это был запретный ритуал. Когда в команде Аспида появлялся новенький каратель с бракованной прошивкой, остальные показывали ему свои лица. Первая мысль: «Хера себе! Вот это бомонд!» Астат, оказался белокурым длинноволосым блондином с тонкими чертами лица, как у сказочного эльфа или принца. Смазливый и слащавый до безобразия, аж глаза заболели. Прям мальчик-зайчик с кукольной внешностью, но омерзительным характером. Леший был жгучим брюнетом с короткой стрижкой и с миндалевидным разрезом глаз, как у дальнего потомка Тамерлана. Высокие скулы придавали ему благородный вид. Вот ничего не скажешь. Породистый красавец. У Оникса были слегка вьющиеся каштановые волосы, тонкие губы, прямой нос и он выглядел моложе всех. Хотелось спросить, а олененку Бемби есть восемнадцать лет? Он же еще совсем ребенок. Лицо было юным. Малец тоже мог претендовать на звание «я обязательно разобью твое сердечко». Ну и Ворон… Ворон был бывшим Шатуном, только огромным. Я, как ни старалась храбриться, но все равно вздрогнула, увидев его лицо вживую. Шатун был прекрасен – какой-то дикой необузданной звериной красотой. – У тебя пульс подскочил, малышка! Что-то случилось? – у бывшего киллера оказалась настолько обаятельная улыбка, что я моментально растерялась и отвела глаза, когда тот нахально подмигнул мне. – Может, ты меня узнала? – он небрежно провел пятерней по своим густым волосам и пристально взглянул мне в лицо, демонстративно включив при этом полиграф. Вот точно вредитель. – Красивый, – мне пришлось перебить речь нахала. Я знала, что врать нельзя, компьютер это сразу покажет. – Ты смущаешь меня. Дай мне немного времени прийти в себя и разобраться в своих чувствах. Я слишком растеряна. Все притихли, но детектор лжи молчал. – Я знал, что ты сразу в меня влюбишься! – Ворон по-своему истолковал мое поведение. – Я неотразим. – Почему у всех глаза желтые, кроме Викинга? – на самом деле это выглядело очень странно и даже пугающе. Слишком экзотично. – Побочный эффект, от перерождения. Ты «Ведьмака» не читала? Там все подробно описано. – Тогда почему Викинг остался голубоглазым? – Компьютер не рекомендовал засовывать его в капсулу. Викинг и так нестабилен в психоэмоциональном и энергетическом планах. Это опасно. И еще он боится замкнутого пространства. Пока начнется процедура, наш лесоруб все оборудование переломает, а вырубить его сознание мы не можем. – То есть он сам по себе такой здоровый? Без вмешательства извне? – вот это повергло меня в шок. – Ну да. Викинга нашли демоны в древнем заброшенном храме на периферии вселенной, запертым в каменном саркофаге. Они его вскрыли и поплатились за это жизнью. Из него рванул поток такой силы, что он испепелил все живое в радиусе километра, – выдал справку Оникс. Местный умник почему-то покраснел, когда я взглянула ему в глаза. Без шлема уже не такой дерзкий. Ну точно, как малое дитя, взрослой тетки застеснялся. – Он демон? – Мы не знаем, кто он, из какого мира пришел и сколько ему лет. Полный анализ склепа показал, что саван был закрыт в течение десяти тысяч лет, а Викинг утверждает, что все это время бодрствовал внутри. Стазис на минималках, – удивительно, даже голос Оникса был еще каким-то детским. Ну не мог ребенок с его внешностью быть безжалостным карателем. У желтоглазого сорванца все эмоции на лице были написаны «сейчас будет гадость». – Ужас какой? Викинг, бедненький, кто тебя запер? – я легонько погладила здоровяка по колючей щеке. Была у меня на самом деле одна нехорошая мысль на его счет. Тени любили изящно издеваться над своими жертвами. Может, Викинг тоже отличился, вот его и наказали. – Не помню. Мой разум затуманен и в голове полный бардак, – в светлых глазах отразились печаль и тоска, как у побитой собаки. – Я помню, как сжимал оружие все это время, пока находился в склепе. Или это вчера было, когда я засыпал с топором в обнимку? Не помню. Я тоже заметила, что Викинг ничего не помнит. Не помнит, где его кружка и куда он положил топор. Зачем ему кровать и подушка? Как зовут эту мелкую бабу и почему она не на кухне? Викинг часто называл меня обезличено, кыс-кыс-кыс или просто кися. – Каратели из разных миров исследовали Викинга вдоль и поперек, но ответов так и не получили. Компьютер все время выдавал ошибки на запросы. Плюс он неуправляемый, – Оникс специально подмигнул мне и расхохотался, когда Викинг ревностно прижал мою тушку к своему телу. Бородатый мужик был жадиной и зорко следил за своим имуществом. – Меня хотели засунуть обратно в склеп, – пожаловался Викинг и сам потерся своей щекой о мою ладонь, как огромный кот. – Но вредный шланг не позволил другим закопать меня заживо. – Какой ужас! Они совсем больные? – ублюдки с программой вместо мозгов хотели замуровать живое существо, только потому, что оно не вписывалось в идеальную концепцию их мироустройства. – Я обещал слушаться и помогать садовому инвентарю. У него глаза добрые. – Викинг, не придумывай. У кого глаза добрые? У Аспида? – Оникс покрутил пальцем у виска. – Я серьезно! – обиделся бородач и засопел, как сердитый ежик. Вот это поворот. Викинг действительно мог уловить по мимике характер человека или карателя, а вот остальные этим навыком явно не обладали. – Аспид правда хороший. – Ну-ну! Стокгольмский сидром во всей красе, – пропел Оникс и продолжил рассказ. – Мы стараемся адаптировать Викинга в нашем обществе, но у нас это хреново получается. Зато тебе за короткий промежуток времени удалось его приручить. Ты действительно ведьма. Викинг теперь сам себе бутерброды делает и чай заваривает с сахаром. Чудеса! Каратели одобрительно загудели, делая мне комплименты. Вылавливать в городе агрессивного голого мужика с топором наперевес остальные каратели уже откровенно устали. Он умудрялся прорубить себе дорогу даже через железобетонные конструкции военного бункера, который располагался под огромной горой. – Спасибо Бурьяну и Яре. Они меня снабдили провиантом на месяц вперед. Есть сырое мясо и пить свежие яйца, это, конечно, круто, но как-то по-варварски, – любой здравомыслящий человек на такой диете сто процентов умом тронется. – Это ладно. Леший пару лет назад по приколу показал Викингу короткий ролик из компьютерной игры и сказал, что это видео про него. Якобы хроника подвигов и летопись жизни великого война, – Ворон тоже подмигнул мне, чтобы побесить Викинга. Мужики явно над ним издевались, а голубоглазый дуралей велся на их провокации, как маленький ребенок, и не понимал, где правда, а где ложь. – Это случайно не та игра, где главный герой, бегает с топором и всех месит. Там еще скандинавская мифология и у лысого бородача проблемы с проявлением эмоций. – Красотка, дай пять! – Ворон выставил свою ладонь. – Я все думала, кого он мне напоминает. Буян и Булат обожали эту игру. Мы вместе рубились по вечерам в приставку, когда они были подростками. – Жалко мы не видели перекошенных лиц Астата и Аспида, когда Викинг вышел абсолютно лысый из ванны с топором и сказал, что ему нужно срочно найти своего бога и решить с ним семейные проблемы. – Ошалеть! – я засмеялась в голос и поймала неодобрительный взгляд белобрысика. Сука сверлил меня своими желтыми фонарями, как товарищ Берия. – Да, мы тоже ржали, но недолго. Аспид шутку не оценил и всех нас наказал. – Как наказал? Побил? – в моем понимании мужики всегда решали проблемы на кулаках. Во всяком случае, медведи не брезговали помахать когтями. – Мы месяц не ходили к фениксам, – и столько трагедии в одном предложении. Они, как дети, обиделись на своего сурового начальника. – Да ребят, вы абсолютно правы. У Аспида крутой нрав. – в этот момент я подумала, не о том, что главный каратель – злой деспот, а о том, что Аспид был действительно смелым мужиком, раз не побоялся взять под свою опеку, несколько дебилов и одного совершенно неизвестного, опасного и невменяемого персонажа с топором. – Все вешались от неудовлетворенности, кроме Викинга. Этот гад может подрочить на порнуху и спокойно лечь спать. Гребаный везунчик. Наверное, еще сны эротические видит, – Ворон тяжело вздохнул и мечтательно посмотрел на своего боевого товарища. – А вы не можете? Простите за откровенный вопрос. – Вопрос отклонен. – резко вставил Астат свои пять копеек и состроил сучье лицо. Честное слово, меня так и подмывало спросить у Аспида, кем был в прошлой жизни блондин? Похоже, что неизлечимым венерическим заболеванием, которым страдали только пассивные педики. Космический триппер сумели поймать каратели и засунуть в камеру для перерождения. Тварь получилась стандартная снаружи, но злобная внутри. – Ой да ладно тебе, Астат. Она теперь с нами в команде. – махнул рукой Ворон. – Компьютер через чип в голове управляет всеми процессами в нашем организме. Нам для полноценного существования не нужно есть и спать. Мы как роботы. – Но энергия откуда-то берется? – Фениксы – это награда за проделанную работу. Они наша подзарядка и разрядка. Птички нам нужны для баланса силы. Нас так держат на коротком поводке. Хочешь жить, иди и делай свою работу хорошо и постарайся не сдохнуть. Услуги девочек стоят очень дорого, а в Нижнем мире платят копейки. – Так, а в чем проблема завести себе собственных фениксов? Взять птичку в ипотеку на сто лет и раскидать на всех расходы? – Нельзя. Это закон. Все фениксы стоят на строгом учете и работают не только с карателями. Демоны тоже зависят от обмена энергией, как и другие расы. Фениксов мало. Желающих много. Дефицит. Но главное, что заниматься сексом, хоть и в мечтах, можем только мы. Каратели с изъяном. Остальные уходят от них просто в хорошем настроении. – А заниматься с ними сексом по-человечески? Демоны, например, не могут? – Феникс неосознанно спалит любого, кто прикоснется к открытому участку тела. Птички как атомные реакторы. Вечно полыхают энергией и не могут это остановить. Они постепенно выгорают и умирают. – Но Верона… Она трогала руками Аспида. Полуобнаженная девушка сидела у него на коленях, – ух, какая это была горячая сцена. Захотелось найти краски и запечатлеть на холсте этот эротичный момент. Даже у меня мурашки по телу пробежали, а я, на секундочку, фригидная. – Мы в военных костюмах. Это гарантия нашей безопасности. Без защиты нет любви. Все как у людей. Остальные страждущие получают энергию на расстоянии несколько метров. Адресно и быстро. Фениксы очень опасны. – Бедные бабы, – мне стало обидно за них. Все ими пользуются и никто не любит, а если и любит, то только дистанционно и через защиту. – Почему бедные? Им все нравится. Особенно мы, – выдал Ворон. – Конечно, вы им нравитесь. Они ничего не помнят. У них нет выбора, дурень. – Они его потеряли, когда нарушили тот или иной закон или сами решили стать фениксами, – огрызнулась мерзким тоном, злобная сучка по имени Астат. – Нет, ну кто я такая, что бы судить? А я еще думала, что это у оборотней дурдом на выезде. Ошиблась. Везде есть какие-то перекосы. – Ты права, козявка. Дурдом – это у нас в бункере. Мы, если честно, боимся Викинга, – шепнул мне на ушко Леший, чтобы еще больше взбесить громилу с топором. – Почему? – Викинг попытался дернуться, чтобы ударить Лешего, но я закрыла ему глаза ладошкой. Мы часто играли с ним в «ку-ку», когда у мужика резко портилось настроение. – Он самый мощный из нас. Трехметровую бабу мы найти ему не можем который год. Фениксы бессильны, а гормоны у полоумного бородача скачут, как на американских горках. Его хер по утрам стоит так, что даже нам не по себе от этой картины, а одежду он не очень любит. – Боитесь стать Яриками? – я убрала ладошку и облегченно выдохнула, так как Викинг довольно улыбнулся, моментально забыв про все свои обиды на товарищей. – Недалек тот день, когда трехметровый богатырь с топором начнет заглядываться на наши несчастные пуканы, а ты сама видела его болт. Смерть от ректального кровотечения неминуема, и никакой автомат Калашникова и военный костюм не спасут от многочисленных анальных проникновений, – продекларировал Леший и снова начал провоцировать Викинга на эмоции. – Куриная жопа, у нас первый в расстрельном списке. Он тут самый симпатичный и Викинг на него часто засматривается и облизывается на его зад, – мерзко съязвил Астат. Ого, а у него оказывается есть чувство юмора. Правда, как у урки из подворотни. – Астат, ты тоже смазливый! Ты вообще на девчонку похож со своими длинными патлами. Хватит меня пугать. Я не хочу быть опущенным! Я пришел к карателям творить добро и справедливость, а не становиться пидарасом, – Ворон недовольно скрестил руки на груди, несознательно защищая себя. – Ты думаешь, что сам попросился к карателям на работу? – ох, видели бы вы лицо Астата в этот момент. Там было столько эмоций и ни одной положительной. Кажется, он тоже знает правду про Шатуна и его перерождение. – Конечно! Я бывший черный дракон по имени Дроган, который не смог пережить смерть своей матери, Дейнерис Таргариен. Вот я и прилетел в бункер за забвением. – Да-а-а, мальчики. У вас реально филиал Кащенко.