Глава 4

Дом Бурьяна. Кухня За несколько месяцев до этих событий «Калинка», – Туман послал мысленный запрос всем медведицам в клане. «Это я», – тихо ответила девушка. Волк тут же переключился на нужный канал связи, моментально оборвав все остальные. «Стужа. Альфа. Приказ. Кабан. Найти деву Калинка», – Туману тяжело давалось изучение иностранных языков, но молодой волк вообще не парился по этому поводу. Как мог, так и изъяснялся. Криво, косо и со всеми видами ошибок. «Глава клана. Бурьян. Дом. Кухня. Калинка», – хихикнула девушка и тут же пожурила себя за то, что посмеялась над беднягой волком и его произношением. Язык Белой Стаи кардинально отличался от языка медведей. Он был мелодичный и красивый. Калинка сразу влюбилась в певучее наречие и мечтала научиться говорить, как белый волк, но трусость мешала ей приходить на совместные уроки, которые организовала Веста. «Я понять деву Калинку. Не ругайся. Я иду. Кухня». Первое время волки думали, что все медведи беспрерывно рычат друг на друга и ссорятся из-за огромного количества согласных и несколько десятков вариаций произношения буквы «р». А на самом деле они в этот момент могли обсуждать погоду или последние сплетни. ***Несколько месяцев спустя. Дом Колояра. Поздняя ночь «Ягодка!» – Туман стоял под окном Калинки и ждал, когда девушка ответит. Благодаря Весте и ее нитям они могли общаться тайком, чтобы никто не подслушивал их разговоры, и это было прекрасно. «Туман, ты же должен быть в дозоре. Разве нет?» – девушка открыла дверь и вышла на балкон. «Все верно! Я выполняю прямой приказ Колояра», – волк бесшумно запрыгнул к Калинке на второй этаж, как ниндзя из фильмов про восточные единоборства. «Врушка, что ты тут делаешь? Тебя накажут». «Папка твой пригласил Весну на свидание и дал мне ценное указание охранять покой дочери от всех медведей на свете, – оборотень лукаво улыбнулся и стал загонять девушку в угол, раскинув руки. – Но он ни слова не сказал про волков», – заключив Калинку в свои объятия, Туман тут же поцеловал любимую в губы. «У тебя точно волк внутри живет, а не хитрый лис?» «Не понимаю, о чем ты говоришь, любимая? Какой лис? Я белый волк». «Ты втерся в доверие моему папе. Он думает, что ты классный парень, раз добровольно помогаешь на кухне. Пушистый поваренок с серыми глазками. Безобидный друг семьи». «Я страшный хищник. И всегда им буду». Волк гордо вскинул голову, пытаясь произвести неизгладимое впечатление на свою зазнобу. Был бы у него павлиний хвост, он бы и его распушил, и крылья приделал. Все что угодно, лишь бы Калинке нравилось. «Маму ты тоже одурманил. Шарлотка в твоем исполнении перевернула ее сознание и внутренний мир. Она хочет тебя усыновить, но не знает, как об этом тактично намекнуть Стуже и Мгле. Колояр не против взять тебя под свое крыло. Ну что? Хочешь стать моим старшим братиком?» – Калинка засмеялась, когда увидела кислое лицо Тумана. Какая она ему сестра? Эрекция душила бедного волка по ночам и не давала ему нормально спать и отдыхать. «А что насчет тебя, Калинка? Как ко мне относится мой маленький медвежонок? Как к своему старшему братику?» – Туман хитро посмотрел на девушку и улыбнулся ей. Калинка не стала отвечать на глупый вопрос оборотня. Она приподнялась на цыпочки и нежно поцеловала волка в губы, обвив его шею руками. Влюбилась медведица, да так сильно и страстно, что аж коленки тряслись от переполняющих ее незнакомых и приятных эмоций. Лесные Ромео и Джульетта. Сколько они смогут скрывать свои чувства от любопытных взглядов? Что будет, когда родители и все остальные оборотни узнают про их отношения? Скандал на всю тайгу, истерика родственников и тотальное осуждение окружающих. Затем будет показательная порка и изгнание волка, а потом дерзкий побег Калинки, вслед за ненаглядным оборотнем. – Я люблю тебя! – шептал Туман, обнимая медведицу за талию и прижимая к себе как можно ближе. Голова кружилась от поцелуев, но хотелось большего. Волк мечтал привести Калинку в свой дом и оставить ее там навсегда. Робкая, нежная, хрупкая девушка вела себя, как примерная волчица из древних, почти забытых сказок двуликих. Она с радостью принимала ласку от Тумана и дарила ее в ответ без влияния полной луны, сезонных обострений, запахов и звериной белиберды. Не было в Калинке медвежьей агрессии и страсти к насилию. Для Тумана она была самым удивительным и трепетным созданием. Жизнь без Калинки больше не имела для него никого смысла. Молодой волк сам не понял, в какой момент окончательно перестал обращать внимание, на то, что Калинка пахнет, как злейший и опасный враг из глубин тайги. Терпкие пряности, ароматные специи, душистые травы и запах вкусной еды смешались с запахом медведицы до такой степени, что первое время волк, опираясь исключительно на обоняние, думал, что разговаривает с шоколадным тортиком. Зверь внутри Тумана затаился и подозрительно долго молчал, наблюдая за ситуацией со стороны. Мохнатый поганец присматривался и делал для себя какие-то выводы. Он не бунтовал и не скандалил, когда хозяин под видом доброго самаритянина шел в гости к Калинке на кухню за новой порцией общения. Вторая сущность, наоборот, стала хвалить человека и беспрерывно гнать его к девушке. «Совсем с катушек слетел. Нужно пойти поколоть дрова или за дичью погоняться», – так бедный волк пытался оправдать свое неадекватное поведение и темные мысли, которые снежным вихрем постоянно крутились у него в голове. «Хорошенькая самочка. – подал голос зверь. – Робкая и нежная. Пахнет вкусно. Мне нравится. Одобряю твой выбор, человек. Берем!» Сначала оборотень думал, что у него случилось внезапное расстройство психики после вмешательства Весты в его мозг. Черноокая ведьма частенько проводила эксперименты над ним, но побочных эффектов волк сначала не ощущал. Правда, это было до поры до времени. Мохнатая сущность, заметив реакцию на лице Калинки в виде доброй улыбки и яркого румянца, окончательно ополоумела и стала беспрерывно капризничать и громко ныть в извилины мозга. Звериная натура настойчиво призывала Тумана к действиям сексуального характера по отношению к тихой медведице. «Заяви права на Калинку и сделай ее нашей истинной парой или я возьму все в свои лапы, глупый ты человечишка». Клыкастый гаденыш умудрялся филигранно запугивать хозяина и качать волчьи права на пустом месте. Обычно вторая сущность молчала и подавала голос только в крайних случаях, а тут помешательство и бунт на корабле. Шизофрения в стадии обострения. «П-с-с-с. Человек, нам с тобой нужно срочно схватить Калинку…» «Опять ты? – Туман устало перевернулся на спину и закрыл лицо подушкой. – Хватит пудрить мне мозги. Ночь на дворе. Дай поспать». «Давай утащим ее в дальнее логово. Это отличный план». «В вагон-дом?» «Да. Подальше от любопытных глаз. Я знаю, что мы сумеем уговорить сладкую ягодку стать нашей парой», – волк внутри довольно заворчал и начал потихонечку отбирать контроль у человека в надежде на то, что Туман не заметит изменений в организме. «Она нас возненавидит! Ты забыл уроки Яры по половому воспитанию? Я не хочу становиться насильником!» – грозно рявкнул человек и загнал волка в дальний угол своего сознания. Туман ментально пнул блохастый коврик под зад, чтобы зверь знал свое место и не пытался перехватывать контроль там, где его не просят. Туман до сих пор не мог простить себя за свое неадекватное поведение, когда он впервые увидел Весту. Головой двуликий все понимал и осознавал, что это неправильно, но тело требовало секса и разумная часть половозрелого мужчины тут же сдалась под натиском бушующих гормонов. Не было ему оправдания. Хорошо, что с Калинкой все было иначе. Медленно и постепенно. Можно даже сказать осторожно. Туман чувствовал себя в роли сапера на минном поле. Один неверный шаг. Бах! И все полетит в бездну. Туман был благодарен Яре и Колояру за то, что они на своих обязательных собраниях для взрослых и подростков старались донести до всех жизненно важную информацию о том, что нужно объяснять правила поведения не только юным медведицам: «замри, зажмурься и расслабься», но и не воспитывать насильников из своих сыновей. Гарантию, что чей-то перевозбужденный отпрыск не нарвется на мощную самку, которая окажется яростнее, злее и кровожаднее самца, теперь никто не давал. Яра была тому прекрасным примером, а многие девочки начали ровняться на своего кумира. Медведица никогда не давала себя в обиду и безжалостно уничтожала врагов, разнося их в пух и прах. Окровавленная Яра с горящими глазами и с оторванной головой в руках стала негласным символом Клана Бурых Медведей и Белой Стаи. Имя Ярость среди двуликих вызывало трепет. Прекрасная воительница, пришедшая из дремучих лесов, тренировала девочек с удвоенной силой, и они стали показывать неплохие результаты наровне с самцами. Общество и устои оборотней претерпевали радикальные изменения, но все они шли только на пользу. Веста оказалась права в своих суждениях, и в парах, где царила взаимная любовь и уважение, всегда рождались сильные малыши. В клане Бурых Медведей начался долгожданный беби-бум. А тем временем бестолковая и безмолвная ругань в голове Тумана и его зверя набирала новые обороты. «Мне пофиг, что ты там говоришь и думаешь, бесхвостый засранец. Хочу Калинку в пару. Хочу, хочу, хочу! Дай, дай, дай!» – дальше зверь издавал звуки, похожие на хныканье и плачь капризного ребенка. ***Десять минут спустя «Обиделся?» «Нет! На идиотов не обижаются. Их лечат». «Скажи честно, ты совсем отчаялся встретить истинную волчицу?» – Туман искренне пытался понять причину, из-за которой сильный зверь внутри него чувствовал себя несчастным и разбитым. «Не знаю, как ты, а я нашел свою истинную самочку, и она вовсе не волчица», – злобно огрызнулась несносная меховушка. «А как же дети?» – это был хороший вопрос. Звери жили инстинктами и гнали галопом своих хозяев, чтобы те успели оставить после себя потомство. Ведь жизнь оборотня могла оборваться в любой момент. «Разберемся. Будут у нас дети», – внезапно припечатал волк. «Ой, дурак! Совсем колпак поехал. Мы несовместимы с медведями», – Туман все-таки решил открыть страшную тайну своему зверю, которую и так все знали. «Кто тебе об этом сказал? Кто-то пробовал и у них не получилось? Сколько было смешанных пар? Мне нужны точные цифры и статистические данные о количестве попыток». Тишина. Туману нечего было ответить. Таких прецедентов в истории двуликих не было. Во всяком случае о подобном никто не слышал. «Мы усыновим или удочерим кого-нибудь, если у самих не получится. Раз безумная маньячка по имени Ярость смогла принять чужих детей, значит, и мы сдюжим. Род отца и матери пусть младшие братья продолжают, а я любви хочу», – волк начал подвывать, срываясь в очередную истерику. «Нет, с тобой явно что-то не так». «Это с тобой что-то не так! Ты только рот Калинки вылезал, а спуститься ниже даже не пытался. Конечно, она не понимает, какое удовольствие ты скрываешь. Вот наша ягодка и стесняется идти дальше поцелуев и объятий». «Поцелуи – это уже победа. Я не хочу ее напугать и оттолкнуть от себя. У Калинки и так сердечко бьется, как у напуганной пташки, когда мы остаемся наедине», – Туман даже думать боялся, какие ощущения испытывает его девочка, когда они милуются украдкой. Весна и Колояр всегда были рядом, да еще и Малинка с Вьюгой беспрерывно крутились под ногами и тихо дразнили влюбленных расчесывая им нервы. – Тили-тили-тесто, жених и невеста! – маленькие разбойники требовали сладости за молчание. Вьюга и Малинка первыми спалили подпольную контору с поцелуйчиками, но ябедничать взрослым не стали. Они поступили, как дальновидные бандиты и поставили молодых на счетчик. Туману и Калинке пришлось испечь большой торт с ягодами. Естественно, он достался только Вьюге и Малинке. «Мне мало поцелуев. Хочу больше! Иди и укради Калинку, трус несчастный! Я хочу любви-и-и-и-и. А-у-у-у-у!» И вот так Туман мучился всю ночь. Какой сон? Какой отдых? Беспрерывный внутренний диалог и ментальная ругань на повышенных тонах с матом.