Глава 15

Подготовку к свадьбе начали уже сейчас. Разослали приглашения.

Еще два месяца, будет почти конец лета. К этому времени из Тира и Гилтаса должны прийти корабли, золото из Диджаза, да и торговля немного наладится. Есть время. Хотя свадьба, конечно, планировалась очень скромно, только то, без чего обойтись нельзя.

Я пыталась понять, что я чувствую.

Боюсь ли я этой свадьбы? Или мне все равно?

А ведь во время поездки в Лохленн я почти радовалась, я верила, что все теперь будет хорошо.

Не будет. По крайней мере, пока я не узнаю все наверняка. Во что бы я не верила, что бы не решила, сомнения все равно будут мучить меня.

Нужно узнать.

– Прости… – Флир догнала меня в саду рано утром. – Луцилия, можно поговорить с тобой? Выслушай меня.

Простое серое платье, волосы скромно собраны назад – как это мило.

– Простить?

Раскаянье на ее лице, в глазах – напряженное ожидание. Она казалась так взволнованна.

– Я очень виновата перед тобой. Я не думала, что ты так серьезно это воспримешь, так близко к сердцу, я хотела только подразнить, взбодрить тебя…

Не лучший способ взбодрить.

– Это не важно.

Мне не хотелось говорить об этом.

– Луцилия, ты сама не своя. Это ведь все из-за меня, да? Ты так сильно расстроилась?

– Нет, не из-за тебя.

Даже без нее мне хватает… Даже без нее! Так куда же еще?

– Прости… Это была всего лишь минутная слабость… – у Флир были такие большие, невинные, умоляющие глаза. – Этого не должно было случиться. Ты ведь сама отказалась от него, Луцилия. Ты бы видела, какой он был после твоего побега! Весь черный, места себе не находил. Прости… я все равно не должна была.

Она тяжело вздохнула.

Не хочу это слушать. Хочу придушить ее собственными руками.

Но вдруг подумала – почему бы и нет. Я все гадаю – как бы мне узнать правду, но, может, Флир поможет мне. Не важно, как я к ней отношусь, важно, что она может узнать для меня.

– Есть кое-что еще, Флир. Не только это.

– Да? А что случилось? – в ее глазах мелькнул живой интерес, раскаянья как не бывало.

Сад, пожалуй, не лучшее место.

– Я расскажу, – сказала я. – Но только давай не здесь. Пойдем, прогуляемся к морю.

– Расскажи. – Я видела, как ее распирало от нетерпения. Она уселась под старой оливой на берегу, и я села рядом.

Волны были высокие, прибой гудел и шелестел галькой, мы слышали друг друга, но буквально с нескольких шагов слов уже не разобрать.

– Ты видела Дэрина? – спросила я.

– Да, – кивнула она, глаза заблестели.

– Знаешь, он рассказал мне кое-что… – я задумалась, как бы лучше об этом сказать, не раскрывая Флир главного. – Он же был с Маргед, когда они бежали из города. Он все видел, видел, как они умерли, и сам был ранен. Но странно, что Эрнан рассказывал мне об этом немного иначе.

– А что Эрнан рассказывал тебе? – Флир даже подалась вперед, она всегда любила такие истории.

Я никогда не умела врать, никогда не умела играть правдоподобно, но сейчас самое время.

– Эрнан рассказывал мне, что они догнали королеву с сыном на берегу, в Соломенном заливе, когда те садились в лодку. Эрнан говорил, что приказал утопить Гарана, так же, как его отца. Но Дэрин рассказывал, что их догнали около леса и что Эрнан собственной рукой разрубил принца пополам.

Флир нахмурилась. Она так странно на меня посмотрела, словно ожидала чего угодно, но не этого. Почему? Сложно представить, что я с такой легкостью говорю о смерти? Или здесь что-то другое?

– Эрнан рассказывал тебе это?

Моя ложь слишком заметна?

Ну и пусть. Сейчас это не важно.

А может быть, она знает другой вариант?

– Может быть, тебе он рассказывал другое? – я сказала это и испугалась сама.

– Мне? – искренне удивилась Флир. – Да мы вообще ни о чем таком не говорили. Кто я такая, чтоб он рассказывал мне о таких вещах? А в постели было не до того… Прости…

Она спрятала взгляд, сделала вид, что смутилась, но я видела, как она смотрела на меня. С интересом. И все же вот в этом я ей верила.

Раз уж начала, стоит идти до конца. Я собралась с силами.

– А мне он рассказывал. Я долго не могла с этим смириться, но в конце концов… Я никогда не любила Маргед. Мой брат был сволочью, все, что узнала о нем – так ужасно… Если бы Гаран вырос таким же… Если бы он остался жив, то мог бы вернуться и тоже пожелать мести. Он мог бы отомстить Эрнану. Он мог бы убить моих детей. Так же, как Эрнан вырос и убил сына Майлога. Флир, поверь, мне было сложно смириться со смертью ребенка, но другого выхода нет, я вижу…

Флир смотрела на меня так странно…

– Да, я тоже изменилась, – сказала ей, очень стараясь делать это естественно. – Сложно не измениться, когда весь твой мир рушится. На многое начинаешь смотреть иначе. Но сейчас мне нужна твоя помощь, Флир. Никто больше не сможет мне помочь.

– Конечно! Я сделаю все, что смогу.

– Ты не говорила с Дэрином еще?

– Нет. То есть я видела его, мы обменялись парой фраз, – Флир улыбнулась. – Но ни о чем таком мы не говорили.

– Хорошо. Тогда я хочу, чтобы ты пошла и поговорила с ним. Расскажи ему то, что говорил мне Эрнан – про лодку и про то, как утопили Гарана. Скажи, Эрнан сам рассказал тебе, еще тогда, когда вы были вместе. Расскажи ему и послушай, что он скажет. Будет ли он все отрицать или согласится с тобой.

– Зачем тебе это? – удивилась Флир. – Тебе так важно, утопили Гарана или зарезали? – она вдруг запнулась, покраснела. – Прости… Это, безусловно, важно. Но, может быть, ты хочешь узнать что-то еще?

– Пока только это, – сказала я. – Я хочу знать, как он отреагирует, и только потом проверить другую часть правды.

– Другую часть?

Я сжала пальцы, изо всех сил сделала усилие, чтобы улыбнуться.

– Узнай для меня это, и я расскажу кое-что еще.

* * *

Бабочка на окне. Живая, бьется в стекло. Я осторожно поймала, стараясь не повредить крылья, выпустила.

Помню, как однажды, еще ребенком, нашла мертвую цикаду под деревом, отогрела, оживила в ладонях. Она вспорхнула из моих рук, села на дерево и запела. Что-то было в этом… Она трещала вместе со всеми, но мне казалось, я слышу ее песню… я могу отличить ее от всех других. Чуть-чуть иначе, как-то неправильно.

Потом еще долго мне казалось, что я слышу ее в саду. Так странно, даже немного пугающе.

Если это возможно, я хочу узнать больше. Вспомнить или научиться заново. Понять. Мне все казалось – это важно, это имеет какой-то особый смысл.

В детстве мне приходилось прятаться от отца. Если бы сейчас была возможность, я бы хотела поговорить с ним. Я уже не ребенок, он мог бы мне объяснить. Почему уметь такое – ужасно. Но пока он был жив, мне было не до того… или просто не хватало сил поговорить.

Ингрун? Русалки знают о жизни и смерти куда больше. Но я даже не представляю, как можно с ней поговорить, как спросить. Да и решилась бы я сейчас?

Неправильная цикада с неправильной песней… что, если с людьми так же? Что-то меняется, и люди тоже становятся неправильными. Лучше смерть? А Эрнан? Как было с ним?

Я как-то рассказала Хаддину о бабочках, и он весь затрясся. Не знаю, что так подействовало на него. Он побледнел, замолчал и потом долго даже близко не подходил ко мне. Словно боялся. Словно я чудовище. А потом уже узнал отец и грозился запереть меня в башне, если я еще хоть раз сделаю что-то такое.

Постараться понять…

* * *

Лорд Коррин из Митра приехал раньше прочих гостей, задолго до положенного срока, но у него, очевидно, свои дела с Эрнаном. Один из самых богатых и влиятельных лордов королевства, едва ли не самый влиятельный. Вместе с ним приехал его брат, сэр Инир с женой, леди Руф, моей теткой по материнской линии.

Я помню ее, когда-то в детстве она приезжала к нам. Высокая худая женщина, уже заметно поседевшая, но сохранившая поистине королевскую осанку. Интересно, сильно ли она похожа на мою мать? Я не могла бы сказать этого наверняка, маму я не помнила, а по старым портретам определить сходство нелегко. Наверно, похожа.

Тетя глядела на меня с таким неподдельным сочувствием.

– Ты, должно быть, очень страдаешь здесь, моя дорогая?

Что сказать?

Страдаю. Но только не очень-то хочу об этом говорить.

И все же тетка пригласила меня к себе после ужина, и я не смогла отказаться. Это было бы просто неприлично.

Она занимала покои в Южной башне, высокие светлые комнаты, выходящие прямо к морю, рокот волн был слышен даже отсюда.

– Я так рада тебе, моя милая! – тетка раскрыла объятья, ожидая, что я подойду и поцелую ее, как в детстве.

Я подошла. Наклонилась, чуть коснулась губами ее щеки. Впрочем, она сама не стремилась обняться со мной, коснулась моего плеча кончиками пальцев.

– Я тоже рада, тетя.

Села рядом.

Она разглядывала меня так пристально, изучая. Давно не видела, конечно, я сильно изменилась… выросла.

– Как ты тут, моя дорогая? Тебе тяжело? Одиноко?

Столько приторного сочувствия в ее голосе, что мне стало нехорошо. Словно все это уже было со мной. Но не могу же подозревать в чем-то даже родную тетку? Ее-то в чем мне подозревать? Что не так?

Наверно, я просто схожу с ума.

– Все нормально, тетя, – постаралась улыбнуться.

– Нормально? – искренне удивилась она. – После всего, что тебе довелось пережить? Даже при том что приходится терпеть это чудовище? Убийцу? Луцилия, милая, не нужно скромничать, со мной ты можешь поговорить откровенно, я желаю тебе только добра.

Я как-то сразу подобралась.

Добра?

Нет, я слишком подозрительна. Так нельзя.

– Ничего, тетя. Женщине не приходится выбирать свою судьбу. Вряд ли я была бы более счастлива в Тааракаре, став женой Фиро Орса. Здесь я, по крайней мере, дома.

– О, бедная моя девочка!

Мне показалось, тетя сейчас расплачется.

Она щелкнула пальцами, и тут же появилась служанка с кувшином вина, налила ей и мне, поставила перед нами поднос с изысканными сладостями и засахаренными фруктами.

– Угощайся, дорогая, – предложила тетя. – Я знаю, что король посадил весь двор на хлеб и воду, но мы, к счастью, можем позволить себе немного маленьких вольностей.

Я поймала себя на том, что пытаюсь оценить, сколько это стоит.

Да, пожалуй, последние месяцы и впрямь были не легки.

Отпила немного вина.

Что сказать?

Жаловаться на судьбу не хотелось.

– Луцилия, милая, он не слишком мучил тебя? Я вижу, ты так подавлена.

Мне показалось, сейчас она спросит: «Ну, и как он в постели?» Совсем как Флир. Но нет, конечно, тетя говорила о другом.

– Эрнан всегда был добр ко мне, – сказала я.

Было так странно, неловко и неуютно. Словно приходилось в чем-то оправдываться.

– Луцилия, если бы я только могла как-то помочь тебе?!

Помочь? Нам нужны деньги, тетя, очень нужны. Судя по «маленьким вольностям», у вас с этим все в порядке, так, может, поделитесь?

Я поняла, что мне эта ситуация напоминает. Тот старик, посол Тааракара, тоже искренне мечтал мне помочь.

– Спасибо, тетя, – сказала я вслух. – Я очень ценю ваше сочувствие.

Она поджала губы, чуть нахмурила брови. Очевидно, думала, что со мной будет проще.

Чуть откинулась назад, на спинку кресла, разглядывая меня.

– Ты никогда не думала, Луцилия, что было бы так чудесно уехать из этого ужасного места и все забыть?

Даже так?

– Однажды я думала об этом, – сказала я. – Но так вышло, что достопочтимый Адаль-ин-Дидар, придворный врач и лучший друг тааракарского эмира, лишился головы, пытаясь мне помочь. Его голова долго украшала собой стену. Его и не менее уважаемого Римано Тьюра.

Тетка побледнела, у нее даже вытянулось лицо.

Неожиданно поняла, что мне это доставляет удовольствие. Я не доверяла ей. И даже, кажется, понимала, куда она клонит. Лорд Коррин привез с собой дочь Эйрем, совсем юную и очень красивую.

– Луцилия… – тетя уже почти справилась с собой. – Милая, мы не собираемся тебя похитить.

– Конечно, – я почти смогла улыбнуться. – Просто не хочу, чтобы моя любимая тетушка как-то пострадала от рук этого чудовища, моего будущего мужа. Я очень переживаю за вас.

– Так, значит, ты сама хочешь выйти за него замуж?

– Конечно, – сказала я. – И стать королевой.

* * *

Смятенье и радость одновременно. Я почти бежала по коридору.

Я оставила тетю в расстроенных чувствах, она не ожидала такого от меня.

Но теперь я должна была увидеть Эрнана, поговорить. Я хочу до конца понять, что происходит.

Стража у двери. Значит, у него кто-то есть? Я замялась на мгновенье, но дверь распахнулась передо мной.

– Луцилия! – Эрнан поднялся мне навстречу. – Рад видеть тебя.

Рядом с ним, за столом, сидел лорд Коррин.

Эрнан уже подошел ко мне, и только тогда лорд решил, что ему тоже следует встать.

– Ваше высочество, – он чуть склонил голову.

– Я не помешала вам? – спросила я.

– Мы обсуждали важные государственные дела, ваше высочество, – холодно произнес лорд Коррин. – Я прошу простить меня, но если его величество не будет против, я хотел бы попросить вас все же ненадолго оставить нас, чтобы мы могли закончить.

– Думаю, мы уже закончили, лорд Коррин. Если пожелаете, мы поговорим позже.

– Как пожелаете, ваше величество.

Я видела, что лорд был недоволен, но свои чувства показывать не спешил. Он поклонился королю.

– Что он хотел? – осторожно спросила я, когда лорд Коррин вышел.

Я слишком прямолинейна, да? Просто сейчас не могу ждать.

Эрнан улыбнулся, и от этой улыбки стало как-то теплее и проще. Несмотря ни на что.

– У него было предложение ко мне.

– Он хотел выдать за тебя свою дочь?

Слишком прямолинейна! О, боги…

Но Эрнан засмеялся, чуть наклонил голову набок, глядя на меня так, словно видел впервые.

– Ты знала, да?

– Нет, – холодок пробежал по спине. – Так это правда?

– Хотел, – согласился Эрнан.

– И что ты об этом думаешь?

– Тиль… – Эрнан взял меня за руку, чуть потянулся, словно собираясь поцеловать, но так и не поцеловал. – Нам, конечно, нужны деньги, но не настолько. Мы справимся и сами.

Его глаза смеялись.

Нет, он был ужасно серьезен, и в то же время я видела, что моя откровенность радует его. Он видит, что я с ним. Что в этот раз я не хочу никуда бежать и…

И я… Я обрадовалась. Словно камень упал с плеч. Наверно, и не сомневалась в нем, но было так важно услышать… Он не откажется от меня. Никогда.

Все.

Ужасно захотелось обнять его, но… все же что-то было между нами. Что-то такое, что не давало доверять до конца и быть до конца счастливой. Правда или ложь…

– Он предлагал денег? – спросила я.

– Он предлагал руку дочери и хорошее приданое. Но кто сказал тебе?

– Моя тетя предлагала помочь мне и увезти куда-нибудь подальше из этого страшного места.

– И ты отказалась?

– Я думаю, что это место не такое уж и страшное, – пожала плечами. – Возможно, я смогу привыкнуть.

– Тиль…

Он обнял меня, привлек к себе.

Я…

Я стояла и слышала, как бьется его сердце. Чувствовала его тепло. Его руки, такие надежные и крепкие… Я хотела обнять его тоже, хотела прижаться к нему. Но отчего-то не могла. Словно что-то мешало. Словно неведомая сила сковала меня. До дрожи.

Я так хочу ему верить. Всегда. Без оглядки. Так хочу.

Но все же…

Подняла глаза, встретившись с ним взглядом.

Наверно, он понял все. Стиснул зубы.

– Как же я без тебя, Тиль? – сказал очень тихо. – Как же я могу отказаться от тебя?

Я поняла, что плачу.

* * *

– Он очень удивился, Луцилия, – Флир уже ждала меня. – Он сказал, что я маленькая лгунья. Сказал, что не может быть такого, не мог мне Эрнан рассказать такую чушь.

Так все же, Дэрин говорит правду? Или дело в другом?

Нет, я не могла ему верить…

Я должна узнать больше.

Как бы научиться разбираться в таких вещах?