Глава 31.

Руслан.

Месяц спустя

Мы с Самиром покидали сходку и направлялись домой. Мои пацаны на внедорожнике держались позади нас, а в салоне нашей машины царило напряжение.

– Какой жучара, – негодовал Самир, резко перестраиваясь на другую полосу, его руки с силой сжимались вокруг руля.

– Успокойся, – ответил я, стараясь говорить спокойно. – Он не сможет повесить на меня эти трупы. Пусть еще докажет! Общество не идиоты. Они только и ждут его прокола, чтобы накинуться, – ухмыльнулся я.

Самир гневно нахмурил брови.

– Каким же ублюдком надо быть, чтобы взять и своих людей пустить в расход! А всё ради того, чтобы тебя подставить? – выругался себе под нос Сам, метая молнии из глаз.

– Череп сам себя загоняет в угол, – согласился я, стараясь не повышать голос. – Одержимость рано или поздно его погубит. То, что он убил своих людей, – это лишь способ попытаться избавиться от меня. Его словам никто не верит, ты сам мог слышать, как все прошло на сходке.

– Да, брат, но почему его отпустили? Таких обычно в расход отправляют, и дело с концом. Ведь это его люди тебя пырнули, – голос Самира на секунду дрогнул, в нём звучало волнение.

– На сходняке он заявил, что подозревает меня, и моё ранение тому доказательство. Преподносит всё с точностью до наоборот, – тяжело вздохнув, я посмотрел в окно, стараясь не думать о том, что могло быть, если нож мне всадили бы несколькими сантиметрами выше.

– Бред, – возмутился Самир, вновь сжав руки на руле.

– Ничего, разберутся. А мы подождем, пока Череп допустит ещё одну ошибку. Чую, в этот раз она станет роковой.

– Рус, думаешь, он ошибётся? – Самир бросил на меня напряженный взгляд, а я почувствовал, как внутри у меня закипает кровь.

– Иначе и быть не может, – ответил ему, откинувшись на сиденье. – Уж слишком велико его желание завладеть портом.

– Тогда, выходит, Череп не только о порте грезит, – заметил он хмурясь.

– А о чем еще, по-твоему? – спросил я, искоса глядя на него. И внутри стали расти тревожные мысли.

– Прости, брат, но, выходит, он хочет и Миру.

– Чего… чего-о, – задумчиво протянул. – А я такой расклад в расчёт не брал.

– Зря, – Самир прищурил глаза, его голос стал серьезным. – Я бы на твоем месте подумал и об этом.

– Угу, – произнес я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. «Лучше пусть это останется нашим предположением. В противном случае я не стану собирать сходняк, как в этот раз, а сам убью Черепа» – эти мысли терзали меня, и я сморщился, потянувшись к ребру.

– Что, брат, все еще болит? – сочувственно поинтересовался Сам, взглянув на меня обеспокоено.

– Немного, братишка, но уже гораздо лучше.

– Я бы эту падаль собственноручно придушил, – он кивнул, и его мышцы напряглись от гнева.

«Мой брат горяч и вспыльчив, не наделал бы глупостей», – сказал себе.

– Не горячись, – остановил его, стараясь сохранить спокойствие. – Нельзя пока. Пусть общество разберется. Нельзя идти против наших законов, только на себя удар примем, Череп только этого и ждёт. Будь терпимее, он сам себя подставит.

Какое-то время мы ехали в молчании, каждый в своих размышлениях. Наконец Самир прервал тишину:

– Слушай, Рус, а у Миры подруга хороша.

– Да вроде обычная, девка как девка, – спокойно ответил.

Когда я проходил лечение в больнице, уже тогда решил, по совету брата, пригласить подругу жены к нам, чтобы Мира не чувствовала себя одиноко. Созвонился с Олей и пригласил её на лето погостить у нас. На удивление, девушка оказалась гораздо сговорчивее, чем я предполагал. Спустя неделю мои пацаны встретили её в аэропорту, а все расходы по перелёту я взял на себя.

– Да нет, брат, не скажи, – многозначительно заулыбался Самир, его глаза призывно сверкнули.

– Не вздумай, – произнес я, обернувшись к брату с серьезным выражением.

– Что «не вздумай»? – Самир посмотрел на меня с недоумением.

– Не трогай девушку, – строго сказал я. – Я не шучу. В городе полно баб, еби кого хочешь, а Олю не трогай. Ты меня понял?

– Нет, не понял, – нахмурился Самир, сжав скулы. – Всё, что касается работы, я готов принимать и выполняю, но всё остальное тебя не касается. Не лезь в мою постель с советами.

Отвернувшись к лобовому стеклу, я сжал губы и вздохнул.

– Меня твоя постель не интересует, – произнёс я с легкой насмешкой. – Но если обидишь девушку, моя Мира приставит к твоим яйцам «Макаров», и я позволю ей это сделать, – улыбнулся, пытаясь добавить в слова немного юмора.

– Твоя Мира может – видел я, как труханул начальник охраны, когда она на него пистолет направила.

– Меня распирает от гордости, что моя девочка ради меня сорвалась, миновала все преграды, чтобы увидеть мужа, – я даже ненадолго представил себе эту картину, но Самир быстренько вернул меня в реальность:

– Да? Хм, странно, мне показалось, что она пришла тебя добить.

Выражение моего лица изменилось с блаженного на сердитое.

– Да заткнись ты уже! – слегка стукнул брата в плечо, не сдерживая эмоции.

А Самир потёр плечо после удара и, рассмеявшись, сказал:

– Очень хотелось стереть ту мечтательную улыбочку с твоего лица. Выходим, шеф, прибыли! – обратился ко мне, делая акцент на последних словах.

– Я тебя точно уволю, клоун… – ответил я, не удержавшись от усмешки в голосе.

– Кто же твою спину страховать будет? – Самир приподнял густые брови, пытаясь выглядеть серьезно.

– Поздно уже, поезжай домой, защитничек, – произнес я тихо, но с улыбкой.

Выйдя, захлопнул двери машины и направился к калитке.

– Руслан! – воскликнула Мира, помахав мне из сада, как только я вошёл во двор. Сощурив глаза от избытка чувств к жене, я направился через весь двор к ней.

– Что ты делаешь? – спросил, заметив, в её руках секатор.

– Хочу, чтобы эти прекрасные белые розы благоухали в нашей спальне, – сказала она, указывая на аккуратно срезанные цветы, лежащие стопкой на скамейке. Мира подошла ко мне, одаривая лучезарной улыбкой, и поцеловала лёгким поцелуем в губы. – Как твоё самочувствие?

– Здоров, как бык, – заверил её.

– Конечно, ты лукавишь, – сказала Мира, глядя на меня с озабоченным выражением. – Но я рада, что тебе гораздо лучше.

Я улыбнулся, подмечая: «Как всё-таки женщины умеют драматизировать даже в мелочах».

– Где твоя подруга? – спросил, притянув жену за талию, вдыхая её сладкий аромат.

– Оля спит уже, – тихо ответила она.

– Ммм… просто замечательно. А то я уже начинаю жалеть, что пригласил её, – пошутил я.

– В каком это смысле? – отклонившись от меня, жена пытливо сощурила глаза, заглядывая в мои настороженно.

– В том, что сегодня ты не отвертишься от меня, – ответил с легкой ухмылкой.

– Ц… – театрально закатила она глаза. – Татаринов, ты вообще о чем-нибудь кроме секса думаешь?

– Конечно, только о том, как трахнуть свою жену. Странные мысли для женатого человека, согласись? – я усмехнулся, подмигнув ей.

– Вообще-то тебе нельзя напрягаться, – сказала она, разъединяя наши объятия и подходя к розам, чтобы из одной кучи сделать две.

Приблизившись к ней сзади, я тихо произнёс рядом с её ухом:

– Безумно тебя хочу. Больно не сделаю, трусиха, – и, развернув её к себе, сграбастал на руки и понёс в дом.

– Руслан, мои розы завянут, если их не поставить в вазу! – в отчаянии воскликнула Мира.

– Ночью надо заниматься мужем, а не розами.

– Рус! Я серьезно! – вцепившись мне в шею, она взглянула на меня строгим взглядом.

– Да я это понял, как только увидел тебя с садовыми ножницами, – усмехнулся, глядя на жену.

Бросив взгляд на охрану, свистнул Кариму.

– Да, шеф! – тот тут же откликнулся.

– Забери розы со скамейки и поставь их в вазу… ну или в какую-нибудь ёмкость, что найдёшь на кухне.

– Так ты решаешь свои дела, да? Как только тебе приспичит? – Мира посмотрела на меня, приподняв свои брови с нарочитым укором.

– Когда мне приспичит, я просто иду в туалет, – хмыкнул, стараясь казаться серьезным.

– Ой, как остроумно! Меня сейчас порвёт от смеха! – высказалась она, сверля пронзительным взглядом пока я нёс её в дом.

– Так смейся. Люблю твой заливистый смех, – улыбнулся и с ноги открыл двери в наши комнаты. Занёс её в нашу спальню и аккуратно поставил на ноги. Глядя на неё в предвкушении, скинул пиджак и сказал: – Раздевайся, жена! – подмигнув ей.

– Что, вот так сразу? – удивлённо посмотрела она на меня.

– Ну если хочешь, я могу перед этим рассказать тебе пару анекдотов, – ответил шутливо.

– Да ты сегодня весь состоишь из юмора, – с укором произнесла Мира.

– Ну что такое? – приблизившись, обнял и приподнял её подбородок. – Меня боишься?

– Никого я не боюсь… – поджала губы, а потом тише добавила, опустив взгляд, – просто мне волнительно.

– Не надо волноваться, – прошептал, склоняясь к ней и покрывая лёгкими поцелуями шею. Потянулся к одежде Миры, стараясь раздеть нерешительную жену. – Как же я хочу тебя, – бормотал от охватившего меня возбуждения, открывая её белоснежную грудь. – Я мечтал об этом с самой больницы, так сильно хотел облизать твои сосочки… Они мне снились, маленькие, с розовыми ореольчиками, – мой голос перешёл на шёпот, я облизывал грудь жены между потоков слов, которые сыпались из меня.

Окончательно сняв с неё всю одежду, я принялся за свою, сбрасывая футболку, брюки и бельё, не отводя глаз от расширенных в возбуждении зрачков Миры.

– Ты такая красивая, девочка моя, – произнес я с улыбкой, откинув одежду в сторону, затем взял её в охапку, кинул на кровать и забрался следом.

– Не надейся, что сегодня я тебе позволю уснуть раньше пяти, – проговорил с игривой серьезностью.

– Руслан… Руслан! – неожиданно встревожилась жена.

– Что случилось? – спросил, отрываясь от её груди и приподнимаясь на локтях.

– Оля же за стенкой, – тихо произнесла она.

– Мира, – выдохнул я, на секунду опуская голову, – её комната в конце крыла расположена.

– Но ведь на нашем же этаже, – выпучив глаза, пыталась втолковать мне всю «серьёзность ситуации».

– Так, всё, женщина! Тихо-о, – сказал, ущипнув её за сосок, что вызвало у неё неожиданный вздох.

– Ах-х… – простонала Мира, и в её глазах вспыхнул огонь.

– Во-от… Именно такие звуки ты и должна издавать на супружеском ложе, а не болтать. А теперь иди сюда, – произнес я и, пока она дрожала от возбуждения, расположился между её стройных ног. Захватив её губы, я просунул глубоко язык, сцепив наши руки в замок и заведя над её головой.

Я страстно целовал рот Миры, покусывая мягкие губы. Оторвавшись, посмотрел на неё, разжал наши ладони, медленно провёл пальцем по её припухшей после моих укусов губе и проследил за своим действием.

– Скажи, что любишь, – тихо произнес, не отрывая взгляда от её уст.

– Я не люб…лю, – её голос сорвался.

Подняв глаза, я посмотрел в расширенные зрачки жены, прочитав в них смешанные чувства.

– Ты врёшь, я же всё вижу, Мира.

– А если видишь, зачем спрашиваешь? – спросила, дотронувшись до моей щетины.

– Хочу услышать это из твоих уст.

– Очень хочешь? – поинтересовалась, водя изящными пальцами по моей щеке.

– Да, – ответил я с чувством в голосе.

– А ты меня? – спросила с лёгким смущением.

– Мне кажется, что да, – сказал я, и на миг её пальцы остановились, она явно не ожидала такого откровения.

– Ты колешься щетиной, – тихо произнесла Мира, её глаза блестели в полумраке комнаты.

– Надо будет побриться, – ответил тихо в тон ей, мне так не хотелось разрывать ту идиллию, что царила между нами, а это была именно она. Наверное, мы впервые достигли этого состояния вместе. – Ты так и не не сказала.

– Люблю, – призналась Мира. – И сама не понимаю, когда это произошло. Просто в какой-то день я вдруг осознала это.

– Это не столь важно, девочка моя, – ответил я, спускаясь поцелуями по её изящной фигуре. Мои губы нежно касались её груди, живота, бёдер, а между поцелуями я произнёс: – Ты моё солнце, моё небо, половина моего сердца.

– Русла-ан… – позвала она меня с лёгким смятением, когда я спустился поцелуями к лобку.

– Тише… тихо, моя девочка. Просто раздвинь ножки, ничего не бойся. Я лишь поцелую, тебе это понравится.

– Рус… – выдохнула Мира, в её голосе слышалось возбуждение.

– Ты уже мокренькая, – раздвигая пальцами гладкие губки, надавил кончиком языка на клитор.

Инстинктивно Мира подалась бёдрами навстречу моему языку. Улыбнувшись этому факту, я просунув ладони под ягодицы обхватил их и с рыком потянул на себя. Закрыв глаза, неторопливым движением лизнул чувствительный узелок, вспоминая вкус своей женщины. Услышав тихий стон Миры, оторвался и посмотрел на поплывший взгляд.

– Я скучал по твоему вкусу, Мира, – хрипом вырвалось из горла.

– Русла-а-ан… что ты такое… Мне никогда не было так стыдно, как сейчас. Ты вообще понимаешь, как меня смущаешь? – слабые попытки улыбнуться мне ей не удались.

– Напрасно, Мира. Между нами химия, и это сильнее нас, и ты это чувствуешь не хуже меня. Не так ли?

– Чувствую, – смущённо кивнула, глядя в глаза.

– Раздвинь шире ножки. – Прикусив губу, она подчинилась. – Ещё, солнце моё. – И снова «да» с её стороны. Я склонился и пошло прошёлся языком по всей раскрытой промежности. Медленно, задевая клитор, который при каждом соприкосновении с моим языком пульсировал, как от тока. Жалобные стоны Миры ласкали слух. Я испытывал не меньшее удовольствие от того, что делал.

Продолжая в том же темпе, сфокусировавшись на чувствительной точке, порхал над ней языком, постепенно прибавляя темп по мере того, как клитор твердел. Мира стала задерживать дыхание, прерывистые стоны рвались из горла, и я уже в предвкушении того, что она вот-вот кончит… С силой сжал её ягодицы, кружа на клиторе, пока жену не прорвало, и Мира кончила, выгибаясь дугой и цепляясь за простыни. Сжимала белоснежную материю напряженными ладонями, а спустя пару секунд… может, чуть больше, её накрыло второй волной, и она протяжно закричала. Именно в этот момент, обхватив ладонью член, я вошёл, осторожно проталкивая головку в мокрое лоно. Сердце рвалось наружу – как же она, пульсируя, сжимала меня своими стеночками в момент экстаза!

– Ммм… Мира-а… девочка моя… – сделал первый толчок и, опёршись на один локоть, вытер собравшиеся капельки пота под её глазами. – С ума сойти, как ты сексуальна, – я сделал ещё один толчок, и жена открыла глаза, всё ещё пьяным взглядом посмотрела на меня. – Обними меня ногами за бёдра. – Ни слова не говоря, выполнила то, что я сказал. – Вот так, – толчок, – вот та-ак, – бормотал я в губы, не отводя взгляда, – вот та-а-ак, – толчок. С каждым разом ускорял темп, вбиваясь в узкую дырочку жены, пока не услышал её стоны снова. – Чёрт возьми, Мира… ты космос… космос. Хочешь кончить снова? – я усмехнулся, открывая для себя сексуальную сторону жены. Перевёл её ноги в другое положение, прижав их к груди, входя глубже и подкручивая бёдра задевая членом чувствительные места на стенках лона.

– Рус-с-сл-а-а-ан… – кончая, Мира простонала моё имя.

«Разве может быть что-то прекрасней в супружеской постели, чем услышать во время оргазма жены своё имя», – сказал я себе.

– Мира… какая ты быстрая… чё-ёрт…

Она снова стала сжиматься кольцом, и это неописуемое ощущение, я же еле успел достать член, бурно кончая на внутреннее бедро Миры…