Глава 27

— Ну что ты всё гипнотизируешь это платье? Ты так на работу опоздаешь. Надевай давай.

— Не хочу, — перевожу хмурый взгляд на Еву.

— Можно подумать, у тебя есть выбор, — закатывает глаза. — Всё равно придётся надеть.

Придётся. И это бесит больше всего.

Проклятый гад! Специально же выбросил мою рабочую одежду, чтобы не оставить мне другой альтернативы. Всё предусмотрел!

Я уже во всех красках представляю какое самодовольное выражение будет на его лице, когда я приду на работу в подаренном им платье.

И так и хочется обломать ему весь кайф! Взять деньги из неприкосновенного запаса, пойти в магазин и купить себе новую блузку и новую юбку.

Только вот деньги эти не мои, а Машкины. И брать я их не могу. Более того, в кратчайшие сроки я к этой сумме должна волшебным образом «пририсовать» ещё парочку нулей…

— Ты уже думала?

— Что? — вынырнув из тяжёлых мыслей, рассеянно смотрю на Еву. — О чём ты?

— Видимо о том же, о чём ты сейчас так напряжённо размышляешь. Ты решила, что делать с деньгами?

Блин, да я всю ночь об этом думала. Заснуть всё равно не получалось.

— Я не знаю, Ев, — выдыхаю, падая на кровать рядом с проклятым платьем. — Я поговорила вчера с врачом. Он сказал, что клиника готова пойти мне на уступки и разбить платёж на несколько частей, чтобы я смогла выплатить сумму постепенно. Но первоначальный взнос я должна внести до операции. И это порядка сорока процентов от общей стоимости… Я вот думаю, в принципе, если я продолжу работать в баре и буду брать сверхурочные, то…

Замолкаю, не закончив фразу, потому что понимаю, даже в этом случае мне денег не хватит. Ещё же за Машино содержание в клинике надо платить…

Чёрт, мне даже продать ведь нечего! Ну разве что реально начать распродавать органы…

— Ладно, — подскакиваю с кровати. — У меня ещё есть время. Я что-нибудь обязательно придумаю. А сейчас надо на работу собираться.

Беру в руки проклятое платье и быстро натягиваю на себя. Специально поворачиваюсь к зеркалу боком, но глаза всё равно так и тянутся к собственному отражению.

Красиво. Реально красивое платье, и на мне оно село как влитое. И это тоже бесит! И то, что ткань явно дорогая и качественная, и то как мягко оно обтягивает бёдра, словно вторая кожа, делая их визуально более округлыми, а ноги более длинными. И то, как оно подчёркивает талию. И то, что мне, чёрт побери, самой оно нравится!

Всё это бесит!

— Лиз, ну что ты такая хмурая? Платье ведь и правда классное.

— Да потому что, Ева! Потому что этот козёл его специально для себя выбрал! Чтоб пялиться на меня, когда я в нём буду по офису расхаживать!

Гад озабоченный!

Хватаю со стола резинку для волос и завязываю на затылке тугой хвост. Лежащую рядом тушь для ресниц намеренно игнорирую.

Пойду на работу страшная и бледная как поганка. Пусть обломится! Вытаскиваю из шкафа свои старые капроновые колготки и быстро их натягиваю. Хорошо хоть это у меня имеется. И туфли я тоже свои надену! Китайские лабутены, как Горский их называет.

Вот и буду ходить в дорогущем платье и старых туфлях китайского пошива. Сочетание что надо! А те, что Горский мне подарил, сегодня же верну ему обратно вместе с чулками.

— Всё, ладно, Ев, я пошла. Захлопни за мной, пожалуйста, дверь, чтоб ключами не звякала. А то Алевтина Петровна опять скандал закатит.

Прихватив сумку, выбегаю в коридор и влезаю в старые туфли.

— Лиз, подожди, — Ева ловит меня за руку в тот момент, когда я уже одной ногой стою в подъезде. Вытаскивает из кармана халата конверт, дёргает молнию у меня на сумке, и сама вкладывает его в одно из отделений. — На вот, возьми.

— Что это?

— Это деньги. Я откладывала немного с каждой зарплаты. Ну, знаешь, на всякий случай. Мало ли что… Там правда всего тридцать тысяч… Капля в море. Но ты всё равно возьми, ладно? Мне так самой будет спокойнее.

— Спасибо, Ев, — обхватываю подругу за шею и прижимаю к себе. — Я тебе всё обязательно верну.

— Ладно, иди давай, — отмахивается. — Пока Алевтина Петровна не вышла.

* * *

На улице сегодня жарко, но с недосыпа меня немного знобит. Поэтому, выбежав из автобуса, я обхватываю себя руками за покрывшиеся мурашками плечи.

Блин, надо как-то взбодриться. Дурацкое нервное состояние меня доконает. Отвратительное ощущение, когда ты хочешь спать, но из-за волнения твой мозг тупо не отключается.

В итоге я хожу сонная, уставшая и рассеянная. А мне ещё сегодня на смену надо выходить в бар.

Это вторая. По договорённости с Борисычем, останется ещё одна. Но я всё же думаю, что не буду увольняться. Тем более, насколько я знаю, девочку на моё место шеф до сих пор не успел найти.

Всё же это дополнительные деньги и не маленькие…

Добежав до бизнес-центра, бросаю взгляд на дисплей телефона и ускоряю шаг, потому что я всё-таки опаздываю!

Чёрт! Ещё и туфли старые все ноги натёрли! В отличие от тех, что подарил мне Горский, мои жутко неудобные.

Да, я их померила! Но только лишь из праздного интереса. Носить я их не собираюсь.

— Светлана, Кирилл Сергеевич уже приехал? — выбежав из лифта, упираюсь ладонями в стойку ресепшена. — А что здесь происходит?

Запоздало оглядываю просторный вестибюль, который драит целая уборочная бригада.

— Это клининговая служба. Порядок наводят. Кирилл Сергеевич сказал, что задерживается. Будет где-то через час.

Клининговая служба. Охренеть просто можно! Сколько же денег они за такую уборку отстёгивают?

— А у вас что, в фирме нет уборщицы? — спрашиваю, смотря на то, как один из сотрудников клининга проходится по плинтусам парогенератором.

Боже. Они что, каждый раз такую доскональную уборку делают?

— Ну… есть. Просто сегодня Сергей Александрович со своей женой, Анной Михайловной, из отпуска возвращаются. Это президент компании. Вот мы и готовимся, так сказать…

— Поняяяяятно, — тяну задумчиво. — Ладно, я тогда пойду на своё рабочее место. — Вы случайно не знаете, Кирилл Сергеевич мне никаких заданий на утро не оставлял?

— Да вроде бы нет… Он мне ничего не говорил.

— Ну и хорошо, — улыбаюсь.

Поправив сползающий с плеча ремешок сумки, аккуратно обхожу помытые полы, захожу в кабинет и сажусь за своё рабочее место.

Ставлю пакет с туфлями и чулками под стол и в этот же момент у меня в сумке начинает вибрировать мобильный.

— Слушаю, — прижав телефон плечом к уху, включаю компьютер.

— Елизавета Алексеевна доброе утро. Это хирург из клиники вас беспокоит.

— Сергей Витальевич? — тут же напрягаюсь. — А что такое? Что-то случилось?

— Нет, всё в порядке. Значит, смотрите. Мы взяли у Маши анализы, необходимые для проведения операции. В принципе всё хорошо, все показатели в норме. Где-то через неделю сможем прооперироваться? У меня на четверг как раз освободилось окошко, там у мальчика проблемы с сердцем обнаружились.

— Через неделю?… — выдавливаю растерянно.

Чёрт, это отлично, конечно, только вот где достать деньги я ещё не придумала…

— Да, но, Елизавета Алексеевна, я надеюсь вы понимаете, что через неделю — это только сама операция. А дальше вас ждёт длительный восстановительный период. Где-то около полугода. Там и медикаментозное лечение, и радиоволны, и микротоки, занятия по ЛФК. Данная операция подразумевает под собой длительное восстановление. Это тяжёлый и долгий путь.

— Сергей Витальевич, а… чуть попозже нельзя… прооперироваться? Ну, там через две или лучше три недели?

— У меня там дальше запись забита до марта следующего года. Я могу, конечно, вас записать на март…

— Нет, не надо — выпаливаю.

Март — это ещё целых восемь месяцев, которые Маша проведёт прикованной к коляске. Она и так уже два года провела в стенах клиники. Я не прощу себе, если из-за меня ей придётся ещё так долго мучаться.

А так… так у Машки есть шанс в следующем году пойти в первый класс в нормальную школу для здоровых детей.

Это моя мечта, о которой раньше, я даже думать боялась, чтобы лишний раз себя не расстраивать, потому что она казалась мне недостижимой. А теперь я уже ни за что от неё не откажусь!

— Записывайте нас через неделю. Я к этому времени найду деньги.

— Вы уверены?

— Уверена.

— Ну хорошо, тогда жду вас не позже среды. Нужно будет подписать бумаги и внести предоплату.

— Хорошо… я буду… я приду в общем.

Скидываю вызов и тут же открываю в компьютере сайт одного из местных банков, ища там информацию по кредитам.

Чёрт, везде требуют справку о доходах, которой у меня нет!

В баре у меня была мизерная ставка. Там основная часть зарплаты шла от чаевых.

С теми доходами, что проходили там по официалке, мне даже ноутбук в рассрочку не продадут…

Можно было бы взять справку из ГорКонсалта, но, судя по той информации, что написана на сайте банка, я должна проработать официально не менее года. А я тут только на испытательном сроке… Проклятье!

У остальных банков примерно такие же требования! Да и кредитной истории у меня нет! Мне такую большую сумму точно не дадут. Разве что…

Разве что попробовать в микрозайме взять. Я слышала, что там бабки выдают быстро и просят только паспорт.

Открываю сайт одной из контор, беру стационарный телефон и набираю номер.

— Добрый день, компания «Быстрые деньги».

— Девушка, я бы хотела займ взять, — сжимаю трубку телефона, чувствуя, как от волнения начинают потеть ладони.

— Наличиные или безнал?

— Лучше наличными.

— Да, конечно, — слышу, как на том конце провода девушка начинает быстро стучать по клавишам и немного расслабляюсь. — На какую сумму хотите оформить займ?

Проговариваю в телефон цифру и стук по клавишам тут же стихает.

— Эээ… вы знаете, такие суммы у нас ещё не брали. Мне необходимо будет уточнить информацию. Давайте я переговорю с руководством и свяжусь с вами в течении получаса?

Проклятье! Я так и знала!

— Да, хорошо. Тогда буду ждать от вас звонка… Спасибо.

Кладу трубку, тяжело выдыхаю и упираюсь лбом в ладони!

Чёрт! Башка ещё от нервов разболелась!

Кручу головой и, приложив пальцы к шее, начинаю её разминать.

И в этот же момент, чувствую, как поверх моих ладоней ложатся чьи-то руки.

Точнее, я точно знаю чьи. Потому что в следующую же секунду ноздрей касается запах морского одеколона.

— Давай помогу, Елизавета Алексеевна. Самой себе массаж делать неудобно.

Быстро щёлкаю мышкой, сворачивая окошко с браузером, и поворачиваюсь лицом к Горскому.

Сегодня на нём ярко синие брюки и такого же цвета жилетка.

Рукава белоснежной рубашки как всегда закатаны до локтя, а несколько верхних пуговиц расстёгнуты. И я невольно бросаю взгляд на выбивающиеся из выреза чёрные волоски.

В память некстати врезаются воспоминания о сегодняшнем сне.

Они настолько живые, что, кажется, даже сейчас я чувствую тепло песка, капли воды на лице, и то, как эти самые волоски тёрлись о мою грудь.

Стоит мне только подумать об этом, как меня резко бросает в жар и щёки моментально вспыхивают.

— О чём задумалась, Лизок? Только не говори, что обо мне, — сквозь шум в ушах слышу голос Горского.

Боже… он что, мысли умеет читать?

— А вы что, ещё и массажист, Кирилл Сергеевич? — быстро перевожу тему, бросая взгляд на руку босса, по прежнему лежащую у меня на плече.

— Вообще-то у меня чёрный пояс по эротическому массажу. Могу продемонстрировать. Скажем, сегодня вечером у меня дома.

Массаж простаты сам себе продемонстрируй, кобель.

— Знаете что, Кирилл Сергеевич…

— Знаю, Лизок. Знаю. Кстати, шикарное платье. И на тебе отлично смотрится, — не успеваю я среагировать, как Горский садится рядом со мной на корточки и заглядывает под стол на мои ноги. — Жаль только, что чулки не надела. Я ж тебя всю ночь в них представлял.

Знал бы он, что мне ночью снилось…

— Вот, кстати, на счёт чулок, — вытаскиваю из под стола пакет и протягиваю его Горскому. — Заберите обратно. И туфли тоже.

— Господь с тобой, Елизавета Алексеевна. Чулки, конечно, красивые, кружевные. Но как-то не мой размерчик. Тебе они больше подойдут. Туфли, кстати, на меня тоже не налезут. Да и боюсь, мои друзья, престарелые байкеры, не поймут, если я буду расхаживать в таком виде. А вот тебе в самый раз. Так что носи, — не вставая с корточек, упирается ладонями в стул в миллиметре от моих коленок. — Тем более, что платье ты всё же надела.

— Я его надела, потому что вы мне не оставили выбора! Вы выбросили мою одежду! — выпаливаю, бросая взгляд на руки Горского. Чувствую, как моя кожа вспыхивает в тех местах, где её почти касаются ладони босса. — Заберите, Кирилл Сергеевич.

— Лизок, не хочу тебя расстраивать, — проходится взглядом по моим ногам. — Но чулки тебе тоже придётся надеть.

— Это ещё почему?

— А у тебя стрелка на колготках пошла.

— Где?

— Вот здесь, — не успеваю я среагировать, как Горский натягивает колготки на моей правой ноге, обхватывает обеими руками и резко тянет в разные стороны, разрывая на части.

А потом, не дав опомниться, в два счёта стаскивает с меня туфли, поднимается на ноги и идёт с ними к окну.

— Вы совсем охренели, — подскакиваю с места, когда вижу, что Горский открывает окно, и в порванных напрочь колготках несусь следом.

— Кирилл Сергеевич, верните туфли, — выпаливаю, порываясь вырвать их у этого козла.

— Кирилл, — задирает вверх руку с моими туфлями.

— Чт-то? Не поняла?

— Скажи Кирилл. По имени меня назови, Лиза. И я верну тебе туфли.

Ну уж нет. Не дождётся он от меня этого!

Козёл!

Манипулятор проклятый!

Прикусив губу, снова встаю на носочки и подпрыгиваю, в надежде выхватить туфли из рук босса. Но в тот момент, когда моя рука практически дотягивается до его запястья, Горский ловит меня за талию и рывком прижимает к себе.

Босые ноги в разорванных колготках повисают в воздухе, и из моих лёгких с шумом выбивается воздух, когда я ударяюсь грудной клеткой об грудь босса.

— Вкусно пахнешь, Лизок, — крепче перехватывает меня за поясницу. — Что это за духи?

— Ушастый нянь, — сглатываю, почувствовав как его пальцы проходятся по моим позвонкам. И непроизвольно выгибываюсь, крепче обхватывая Горского за шею.

— Что? — ухмыляется, снова демонстрируя ямочки на щеках.

Чёртовы ямочки. В первый раз вижу их так близко. Да и вообще, всего Горского. Так близко. В первый раз…

— Я говорю, от меня пахнет гелем для душа Ушастый нянь.

— Пользуешься детским гелем? — вздёргивает брови. — Ты меня так добить решила что ли?

— Нет. Добила бы я вас по-другому… с превеликим удовольствием, — желательно ногами по одному месту. — Просто в магазине на детские товары была акция «два по цене одного». Кирилл Сергеевич… отдайте туфли.

Мысленно проклинаю себя за внезапно охрипший голос.

— Ты знаешь правила, Лизок, — а нет, всё нормально. У Горского он тоже хриплый.

Хотя нет. Ни черта это не нормально! Вообще всё, что сейчас происходит, ничерта не нормально!!!

— Кирилл, — прикрыв глаза, медленно выдыхаю, — Отдай мне, пожалуйста, туфли.

Сердце рикошетом влетает в рёбра, когда я называю босса по имени, и начинает барабанить там как умалишённое. А когда я думаю о том, что Горский это наверняка чувствует, оно разгоняется ещё хлеще.

— Так то лучше, Елизавета Алексеевна, — опускает взгляд на мои губы, и я машинально провожу по ним кончиком языка. Вижу, как в этот момент у Горского дёргается кадык, от того, что он сглатывает.

— Так то лучше, — повторяет. — Но… нет.

— Чт-то? — выдавливаю растерянно.

А в следующий момент босс ставит меня на ноги и выбрасывает мои туфли в распахнутое окно с пятнадцатого, твою мать, этажа!!!