Глава 11

Я замахиваюсь и бью Макара тяжелой сумкой. Наконец, он отрывается от своей соседки. Смотрит на меня вытаращенными глазами. А я вижу только одно: какие же красные у него губы… От целований на морозе. – Мира? – Что здесь происходит? – задаю пусть и глупый, но закономерный вопрос. Мне действительно хочется знать, что он ответит. Не могу разобрать, какие эмоции отражаются в глазах Макара. Страх, удивление? – Что ты здесь делаешь? – спрашивает, открыв рот, как идиот! – Какая разница, что я тут делаю? Что ТЫ тут делаешь? Его «благоверная» отодвигается подальше, вид у нее довольный. Я жалею, что моя сумка не коснулась ее головы… Вера встаёт и говорит: – Я пойду, как разберёшься, заходи в гости. Я в шоке от ее слов. Это со мной он должен разобраться, по ее мнению? – Бессовестная, – вырывается из меня, но так тихо, что, кажется, никто не слышит. – И давно это у вас? – спрашиваю громче. Хотя бы на этот вопрос он способен ответить? Вера уходит, а Макар встает со злополучной скамейки, выставляет руки вперед, как будто я его бить собираюсь… – Мирусь, ты все не так поняла. – Боже мой! Не называй меня так! И что тут можно не так понять? Только не говори мне, пожалуйста, что любишь меня, а с ней просто целуешься. Я все равно не поверю! Я кричу на всю улицу. Хорошо, что из прохожих – только пожилой дедушка, переходящий дорогу. Я никогда прежде не вела себя так эмоционально. Но я раньше и не попадала в такие ситуации. Вот, значит, почему говорят, что все парни – козлы? Макар тяжело дышит и опускает глаза вниз, чешет свой затылок. – Ты права, я не должен тебе так говорить. Это теперь глупо. Мне жаль, что ты все это увидела вот так. Я хотел нормально поговорить. Я люблю ее. И она меня тоже. Мы поняли это вчера! – Что? Макар смотрит себе через плечо и, когда убеждается, что Вера уже зашла в свой дом, отводит меня в сторону. Я отталкиваю его. Мне вдруг стали противны его прикосновения. Да и сам он теперь как будто незнакомый мне человек… – Послушай, Мира, извини, как я уже сказал, я хотел расстаться с тобой нормально, встретиться… поговорить, но вышло так, как вышло. Теперь ты сама всё видела. Я всегда был влюблён в Веру, но она была недоступной… До вчерашнего вечера. Меня окутывает холод, я спрашиваю: – Что произошло вчера? – Я пришел с тренировки, и Вера сама пригласила меня к себе в гости… ну, я не мог отказать. Сама понимаешь: первая любовь, она такая. Стискиваю зубы, чтобы не закричать. Я думала, что это я его первая любовь. Он мне так говорил, я точно помню. Неужели никому нельзя верить? Я хочу задать ему вопрос, но мысли путаются, я сама не понимаю, что хочу спросить. Макар кладет свою руку мне на плечо: – Прости, Мира, ты хорошая девчонка, но сейчас я понимаю, что у нас были не самые лучшие отношения… в плане искры. Может, это к лучшему, что так получилось. К лучшему? Сам променял меня на Веру, и теперь говорит «так получилось»? Почему именно вчера? Вот что не дает мне покоя… Смахиваю его руку, разворачиваюсь и ухожу. Обидно до ужаса, я надеялась на этого человека. Даже хотела забеременеть от него, чтобы не выходить замуж за Владимира Александровича. Хорошо, что я не успела сделать такую глупость… Как ехала в автобусе, не помню. И куда собиралась ехать, тоже не помню. «Очнулась» только напротив фирмы моего будущего «мужа». Ноги сами меня привели в это место… Ладно. Я просто захожу в его кабинет без стука и сажусь на стул. Не смотрю на него. Он протягивает мне какую-то белую салфетку. Только сейчас понимаю: ведь, правда, по моим щекам текут слезы. – Что случилось, расскажи мне. Что-то с отцом? – Нет, – кручу головой и почти плачу. Не знаю, почему я пришла именно к нему. Владимир Александрович – вообще неподходящий для утешения человек. Мысли встают на место. Я понимаю, что приехала сюда вовсе не для того, чтобы плакаться. Я хотела спросить, откуда он узнал про моего парня. Бывшего теперь парня. Вытираю слёзы той самой протянутой мне салфеткой и спрашиваю, подняв глаза: – Откуда вы узнали, что Макар не тот человек, которому стоит доверять? Это вы подстроили? Да? – Я хотел показать тебе, что он не достоин твоего внимания, – спокойно отвечает. Я не ожидала, что он так просто это скажет. И даже не будет оправдываться. Я открываю рот… но не знаю, что спросить. – Естественно, я не занимался этим сам. Мой помощник узнал, что твой Макар неравнодушен к соседской девчонке. Ей дали денег, а дальше ты знаешь… Меня шокирует каждое его слово. Но больше всего тот факт, что Вера сделала это из-за денег. Представляю, как «обрадуется» Макар, когда узнает, на кого он меня променял. Я кручу головой. Вот это методы! И все ради чего? – Значит, думаете, расчистили себе дорожку? Думаете, раз теперь я свободна… то. Стойте! А может, дело с моим отцом тоже вы подстроили? Чтобы был повод выйти за вас замуж? Как всегда, Владимир Александрович сохраняет ледяное спокойствие. – Нет, я тебе уже говорил, что не имею никакого отношения к делу твоего отца… Просто мне выгодно посадить настоящего преступника. И ты вышла бы за меня, даже если бы твоего отца никто ни в чем не обвинял. Как меня бесит его тон! И то, что он все время повторяет, что я стану его. Думает, что он властелин мира? – Очень сильно сомневаюсь, – встаю и отвечаю с такой язвительностью, на какую только способна. – Я беременна от Макара! Понятно, вам? Не стать мне вашей женой. Извините.